: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Лесли И.П.

Смоленское Дворянское ополчение 1812 года

Публикуется по изданию: Лесли И.П. Смоленское Дворянское ополчение 1812 года. Смоленск, Губернская Типография. 1912.

 

Отрывок из письма одного Смоленского помещика. От 4 сентября 1812 года

 

Сын Отечества 1812 года часть 1 № 3 стр. 122—124.
...У нас по Вяземскому уезду начался скотский падеж: от моего дома, в 20 верстах, прогнали к французской армии 500 польских быков: они заразили весь скот и сами подохли. Петербург безопасен: француз армию почти всю растерял. Через Вязьму, взад и вперед к Москве и Смоленску идут французские войска, но очень мало. На сих днях проводили наших пленных воинов из Москвы через Вязьму, в том числе штаб и обер-офицеров: из них шестеро явились ко мне, а между ними и один родственник мой. Он сказал, что дорогой из Москвы слабых, пристрелено 611 человек, и в том числе четыре офицера. [60] Войска французские очень слабы без пищи. Мужики весь хлеб меж собой поделили, а им не дают. Дом мой до сих пор не ограблен и весь Бельский уезд, а впредь Богу видимо будет. В хоромах моих – три француза были, но чудо невероятное – десяти лет мальчишка с девкой, которая для меня печи топила, выгнали их оттуда. Мальчишка закричал: «Ребята, сюда!» Они бросились в избу к матери, стали просить хлеба и молока, но в это время наши три солдата, ушедшие из плена, явились в избу, хотели их схватить и вести в Сычевки. Услыша одно имя «Сычевки», французы кинулись бежать. Скажу тебе друг мой, что у нас с 1 августа все барыни и господа повыздоровели: не слыхать ни о истериках, ни о конвульсиях, подагра сама без лекарей проходит. У меня родная тетка, лет 77, четвертый год в параличе, без рук и ног и без языка, а теперь стала ходить, только не говорит. Одного управителя у нас по соседству «залило» водою, но французские камердинеры неосторожно до нага раздели и привели в движение: вода открылась, и сделалось легче. Но на месте Россиян французы в Смоленске все издыхают, да и русские, которые к ним прилипли, лежат лоском. Еще скажу тебе анекдот: Майор и кавалер Георгиевский, живущий от меня в 25 верстах, лет 75, стал на пути, где шли французские войска: они обошлись с ним очень жестоко, а так же с женою его. Потом выгнали из дому, в избенку, где они жили, а дом занимали французы. Я сжалился над ними и приказал племяннику своему выкрасть их из дому, что ему и удалось. Теперь этот майор идет на службу и готовится к сражению – не от безумия, а от досады: «как де могли меня бить французы.»... Жена его упросила племянника не брать в плен живущих у ней шесть итальянцев и седьмого их попа, за то, что добрые люди. Сейчас получил поклон от сына моего из-под Калуги, села Воронова: он ранен в грудь, но не так тяжело, скоро надеется быть опять во фронте, что меня крайне утешает, за веру, Царя и за отечество. Дух имеет бодр. Отходя отсюда, оставил он матери царских заслуженных двести рублей – платит долг справедливой благодарности.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru