: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Крымская экспедиция.

Рассказ очевидца,
французского генерала.

Перевод с Французского.

Публикуется по изданию: Крымская экспедиция. Рассказ очевидца, французского генерала. СПб., 1855. 

 

XIV.

Итак, к вечеру мы стояли на Бельбеке. На левом берегу реки возвышались Русские укрепления.
Лорд Раглан и начальник Французского главного штаба не решались атаковать их. На военном совете, собранном в 10 часов вечера в главной квартире лорда Раглана, решено было: вместо того, чтобы форсировать Бельбекскую позицию и атаковать северные укрепления Севастополя, направиться через Черную [57] речку и занять позицию с южной стороны города на возвышенной равнине Херсонеса, берега которого изрезаны множеством заливов, удобных для стоянки кораблей.
Отсюда, после усиленного бомбардирования, при содействии флота, армия могла попытаться произвести штурм. Если же атака отрытою силою будет признана невозможною, то приступить к правильной осаде, что представляло ту выгоду, что войска, расположенные тылом к морю, находились в постоянном сообщении с флотом, чем облегчалось снабжение их продовольственными и военными припасами.
Главная ошибка предприятия раньше или позже должна была повредить всему его развитию. Соображения, составленные в Париже, были трудно исполнимы, поэтому основанные на них действия не могли увенчаться благоприятными результатами.
С 24-го Сентября выражение Гамелена, назвавшего нас искателями приключений, сделалось фактом. Мы безотчетно шли далее и далее по ложному пути, нами избранному. [58]
Плоды нашей победы при Альме были уже потеряны.
25 и 26-го совершили мы наше знаменитое фланговое движение, предначертанное накануне в палатке лорда Раглана.
Неизвестность страны, встреченные нами на пути глубокие овраги, поросшие непроходимым лесом, недостаток воды и проводников до крайности затрудняли движение.
Сент-Арно почти в предсмертной агонии старался казаться бодрым. Мысль о скором приступе занимала его поминутно; он полагал, что после краткого усиленного бомбардирования легко будет овладеть городом. «Император будут доволен вами, - говорил он с улыбкой слабым голосом. – Мы исполнили его приказание. Конечно, ему принадлежит вся честь этой экспедиции… Через 10 дней ключи от Севастополя будут в его руках… Теперь Империя утверждена… И здесь ее крестины…»
Выходя по временам из своего предсмертного забытья, он повторял эти слова, услаждая ими свою агонию. Не раз он вспоминал [59] про 2-е Декабря, но слова его были бессвязны, а мысли тяжелы и непонятны.
26-го мы прибыли на Черную речку.
Маршал приказал позвать к себе всех дивизионных и бригадных генералов и пытался сказать им последнее слово, но по слабости не мог. Сделавши последнее усилие, он сказал окружающим: «Я не думаю ошибиться в намерениях Императора, передавая главное начальство над армией Генералу Канроберу в ожидании утверждения Его Величества».
Тут по знаку маршала Мартемпрей подал генералу Канроберу бумагу, заключавшую в себе его временное назначение.
Но Канробер, не принимая ее, вынул из кармана пакет с Императорской печатью, по виду которого можно было заключить, что генерал носил его довольно долгое время в кармане.
Сент-Арно не выразил при этом ни малейшего изумления. Голова его упала на подушку, и он проговорил только ослабевающим голосом: «хорошо». [60]
Какие особенные права имел генерал Канробер на командование армией, увлеченной в такое трудное предприятие?.. Не знаю.
Если история будет строга к памяти маршала Сент-Арно за необдуманное слепое исполнение данных ему предначертаний, который водил нас из Варны в Евпаторию, из Евпатории на скалы Херсонские, то гораздо строже осудит она меру, которая усугубила первоначальную ошибку и поставила нас в положение, из которого нет другого исхода, как бесчестное отступление, сознание своего бессилия или гибель.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2021 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru