: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Швейковский П. А.

Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской Армии

 С.-Петербург, 1898 год.

 

Публикуется по изданию: Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской Армии. Действующее законодательство со всеми комментариями. Составил П. А. Швейковский, Военный Следователь Петербургского Военного Округа. - СПб., 1898 год.

 

II. Правила о дуэлях и законодательные мотивы к этому узаконению.

 

Глава I. Законодательные мотивы к узаконению о дуэлях.

§ 1. 13-го мая 1894 года последовало Высочайшее утверждение особых «Правил о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде», каковыми правилами окончательно разрешился возбужденный еще в 1892 году в военном ведомстве законодательный вопрос о дуэлях в обществе офицеров.
До издания этого закона были замечены случаи, хотя и редкие, оставления в рядах армии офицеров, оскорбивших своих товарищей и не давших им за то должного удовлетворения, или офицеров, потерпевших оскорбление и не озаботившихся принять соответствующие меры к восстановлению своей чести, а равно и другие случаи, когда ссора между офицерами, начавшаяся по сравнительно ничтожному поводу и потому без всякого вреда для чести, могущая окончиться примирением, разрешается, однако, дуэлью, которая обставляется притом несообразно тяжелыми условиями и влечет гибельные последствия для дуэлистов1.
Под упомянутыми выше «должным удовлетворением» и «соответствующими мерами» в частях войск, где понятия о чести стоят на достаточной высоте, а до такого [113] именно уровня собственно и желательно довести эти понятия во всех прочих частях, понимается в известных случаях не что иное, как поединок, дуэль2.
В видах совершенного устранения подобных случаев на будущее время, в военном министерстве и возникло предложение о необходимости более целесообразной постановки вопроса о дуэлях в офицерской среде с тем, чтобы с одной стороны содействовать к повышению общего уровня понятий о чести в среде офицеров, а с другой – достигнуть насколько возможно большего соответствия условий дуэли, где она неизбежна, с относительной важностью поводов к ней в каждом отдельном случае.
Тщательное обсуждение этого вопроса прежде всего убедило, что в целях поставленной военным ведомством задачи, какое-либо изменение наказуемости дуэлей осталось бы без результата, так как в виду коренной черты всякой дуэли – возможности для заинтересованных сторон потерять даже жизнь на самой дуэли – большая или меньшая строгость наказаний за нее остается без влияния на число поединков. Это вполне подтверждается и опытом истории3. Бесцельной и даже невозможной представляется затем и полная безнаказанность поединков в офицерской среде, так как, не говоря уже о том, что в этой среде случаются дуэли с участием и гражданских лиц, которых пришлось бы тоже оставлять безнаказанными, а потом, в силу последовательности, освободить их от наказаний и за всякую дуэль (вне офицерской среды), нельзя было упустить из вида, что не всякая дуэль даже и между одними офицерами может быть оправдываема соображениями интересов армии: возможны дуэли, вызываемые мотивами, сводящимися к далеко неблагородным побуждениям ненависти, мести и злобы по личным соображениям; кроме того, случаются дуэли по таким сравнительно ничтожным поводам, когда дело, без всякого вреда для чести обеих сторон, может окончиться примирением, [114] и когда, следовательно, дуэль ничем не оправдывается4. Но если не оказывалось разумного основания изменять наказуемость дуэли, а равно вводить и полную безнаказанность всякой офицерской дуэли, то, очевидно, для постижения намеченной цели, оставалось обратиться не к последствиям дуэли (наказуемости), а к самому ее существу, т. е. к вызывающим ее обстоятельствам и к ее условиям. Иначе говоря, целесообразными представлялись только меры, направленные, так сказать, к урегулированию дуэлей, к установлению такого порядка, который обеспечивал бы, по крайне мере, чтобы дуэль происходила лишь в случаях действительно серьезных, когда она признается действительно неизбежною по укоренившемуся мнению всей офицерской корпорации, и чтобы во всех менее важных случаях дуэль, по возможности, устранялась уместным в этих случаях (т. е. без вреда для чести заинтересованных сторон) примирением сторон5.
После такого заключительного вывода предстояло изыскать лишь тот орган, при помощи которого в каждом отдельном случае с точностью выяснялось бы, насколько серьезное оскорбление, нанесенное офицеру, чтобы невызов за него на поединок или непринятие вызова могли, в видах поддержания чести офицерского звания, влечь за собою удаление офицера со службы. Таким органом, как видно из постановлений иностранных законодательств, особенно же германского6, признаются, собственно в военной среде, единственно лишь суды чести. В российской армии суд общества офицеров представляет готовую уже форму суда чести. На основании ст. 130 Дисц. Устава 1888 года7 суд общества офицеров ведает поступки офицеров, изобличающие отсутствие в них правил порядочности, нравственности и благородства; ему предоставлено разбирать и случающиеся между офицерами ссоры. Избираемый в этих видах всеми офицерами отдельной части чуд общества офицеров, очевидно, представляет в ней лучший авторитет по всем вопросам [115] чести и благородства; он лучший посредник между офицерами в их ссорах; он же, вместе с тем, и верный хранитель и выразитель традиций своей части по вопросу о дуэли. Решение его в каждом отдельном случае ссоры между офицерами, что она не вызывает или что она требует дуэли, может с полным успехом заменять мнение по сему предмету всего общества офицеров. При наличности такого органа, как названный суд, устранение из армии недостойных офицеров и уменьшение гибельных последствий дуэли может быть скорее всего обеспечено предоставлением суду общества офицеров права свободно высказывать свое мнение об уместности или неуместности дуэли в каждом отдельном случае и участвовать затем вместе с секундантами в установлений условий самой дуэли, когда последняя оказывается неизбежною; главное же, удалять из своей части тех офицеров, которые оказались в подлежащих случаях потребовать или дать должное удовлетворение за оскорбление8. Там же, где такого суда нет или когда дело касается штаб-офицеров или генералов (не подведомственных суду общества офицеров) указанные обязанности суда общества офицеров возлагаются на непосредственного начальника части.
По изложенным соображениям 13 мая 1894 года и последовало Высочайшее повеление об установлении для военного ведомства особых «правил о разбирательстве ссор, случающихся между офицерами», в виде приложения к 130 ст. Дисц. Устава 1888 г., сущность которых излагается ниже.

 

Глава II. Сущность закона 13 мая 1894 г. (приказ по военн. вед. 1894 г. за № 118).

§ 2. Приказом по военному ведомству от 20 мая 1894 г. за № 118 объявлено: Государь император, по всеподданнейшему докладу Соединенного Собрания Главных [116] Военного и Военно-Морского Судов, в 13-й день сего мая, Высочайше повелеть соизволил:
I. Установить для военного ведомства, в виде приложения к ст. 130 Дисц. Устава 1888 года, следующие «Правила о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде»:
1) «Командир полка о всяком оскорблении, роняющем достоинство офицерского звания, нанесенном офицером своему товарищу, а равно нанесенном офицеру посторонним лицом или офицером другой части, передает на рассмотрение суда общества офицеров.
2) Суд общества офицеров, по рассмотрении дела, с соблюдением правил ст. 149 Дисц. Устава9, принимает меры к примирению в том случае, если признает примирение согласным с достоинством офицера и с традициями части10; в противном же случае постановляет, что поединок является единственно приличным средством удовлетворения оскорбленной чести офицера. [117]
3) Когда поссорившиеся, согласно определению суда, решат окончить ссору поединком, суд общества офицеров употребляет свое влияние на секундантов в том смысле, чтобы условия дуэли наиболее соответствовали обстоятельствам данного случая.
4) Если в течении двух недель по объявлении решения суда общества офицеров поединок не состоится и отказавшийся от поединка офицер не подаст просьбы об увольнении от службы, то командир полка входит по команде с представлением об его увольнении без прошения.
5) Обязанности суда общества офицеров, указанные в предшедших §§, возлагаются непосредственно на начальников частей в таких случаях, когда названного суда в части не имеется или когда самый случай, не касаясь обер-офицеров, превышает пределы его ведомства.
6) Особый порядок направления дел о поединках в офицерской среде и разрешения их в подлежащих случаях помимо суда определяется в особых постановлениях Военно-Судебного Устава (прим. к ст. 553)»11.
II. Дополнить ст. 55312 воен.-суд. устава следующим примечанием:
«Следственное производство о поединке между офицерами, по роду своему подлежащее судебному рассмотрению, препровождается с заключением прокурорского надзора подлежащему начальнику, от которого, вместе с бывшими по данному случаю постановлениями судов общества офицеров, представляется по команде Военному Министру для всеподданнейшего доклада Государю Императору тех из сих дел, которым не признается [118] возможным дать движение в установленном судебном порядке».
III. В приказе по воен. вед., от 23 мая 1897 г. за № 151, объявлено:
Государственный Совет мнением положил: статью 1243 устава уголовного судопроизводства (Св. Зак., т. XVI, ч. I, изд. 1892 г.) дополнить следующим примечанием: «Предварительное следствие о поединке, в котором, при участии лиц гражданского ведомства, оба привлекаемые к ответственности противника или один из них принадлежат к военнослужащим офицерского звания, представляется прокурором окружного суда прокурору судебной палаты, которым препровождается к Военному Министру или Управляющему морским министерством, по принадлежности, при заключении о дальнейшем направлении дела. Если, по соглашению Военного Министра или Управляющего морским министерством юстиции, не будет признано возможным дать делу движение в общем судебном порядке, то Высочайшее соизволение на прекращение дальнейшего по такому делу производства испрашивается Военным Министром или Управляющим морским министерством, по принадлежности, всеподданнейшим докладом, за общим с Министром юстиции подписанием».
IV. По приказанию Шефа корпуса пограничной стражи, приказ по воен. вед. за №118 от 20 мая 1894 г., относительно «правил о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде», вполне распространяется и на части этого корпуса (приказ по войск. отд. корп. погр. стражи 1894 г. за №45).
V. Дела о поединках, состоявшихся в местностях, подведомственных гражданскому начальству, между одними военнослужащими подлежат расследованию через судебного следователя гражданского ведомства, исключая случаев, предусмотренных 99 и 100 ст. Воин. Уст. о наказ. (реш. Гл. Воен. Суда от 7 сент. 1895 г. по делу о хорунжих Солодовникове и Балалаеве). [119]

 

Глава III. Разъяснения относительно применения закона 13 мая 1894 г. (Приказ по воен. вед. 1894 г. за № 119).

§ 3. В дополнение к приказу по военному ведомству от 20 мая за № 118, с изложением Высочайше утвержденных «Правил о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде» и особого примечания к ст. 553 Воен.-Суд. Устава, объявлено, для руководства всех начальников частей:
1) что означенные Правила, не касаясь вообще общих прав суда общества офицеров входить во всех без исключения случаях в обсуждение неблаговидности поведения офицера и постановлять об удалении недостойных офицеров из части, нисколько не ограничивают сих прав и в отношении каждого случая дуэли, когда обнаружится, что офицер, защищая свою честь или давая удовлетворение оскорбленному, не проявил при этом истинного чувства чести и личного достоинства, а обнаружил старание соблюсти лишь форму, и
2) что впредь, по точному смыслу указанного примечания к ст. 553 Воен.-Суд. Устава, в определенном им порядке подлежат направлению и рассмотрению все следственные дела о дуэлях в офицерской среде, хотя бы состоявшихся и помимо суда общества офицеров, а следовательно, без всякого с его стороны постановления по поводу ссоры, вызвавшей поединок (прик. по воен. вед. 1884 г. за № 119).

Порядок рассмотрения судом общества офицеров вопроса о поединке.

§ 4.
I. Рассмотрение дела о столкновении (ссоре) между офицерами или между офицерами и посторонними лицами (гражданского ведомства) подлежит суду общества офицеров той части, в которой состоит на службе офицер, получивший оскорбление (пункт 1, ст. 1 прик. по воен. вед. 1894 г. № 118).
II. Рассмотрение дела о подобном столкновении начинается [120] не иначе, как по распоряжению командира части; но если суд получит сведение о случае оскорбления офицера той же (т. е. своей) части войск ранее командира, то председательствующий в суде докладывает последнему об этом случае (1 пункт ст. 1 прик. по воен. вед. 1894 г. за № 118 и 141 и 145 ст. Дисц. Уст).
III. Суд общества офицеров рассматривает подобные дела в порядке, указанном 149 и последующими статьями Дисц. Устава.
IV. При рассмотрении этих дел, суд решает исключительно вопрос о том: возможно ли в данном случае примирение, или же поединок представляется единственным средством удовлетворения оскорбленной чести офицера, при чем суд руководствуется общепринятыми понятиями чести, охранением достоинства офицерского звания и традициями части (пункт 2 ст. 1 прик. во воен. вед. 1894 г. за № 118).

По поводу донесений о поединках, как о чрезвычайных происшествиях.

§ 5.
Начальником Штаба одного из Округов возбужден был вопрос о том, следует ли и после выхода приказа по военному ведомству 1884 года за № 118 доносить о поединках среди офицеров по приговорам судов общества офицеров, как о чрезвычайных происшествиях.
Главное Военно-Судное Управление, с которым, предварительно разъяснения возбужденного вопроса в указанном [121] смысле, сделано было сношение, соглашаясь с доводами Главного Штаба, со своей стороны присовокупило, что приказ по военному ведомству 1894 г. № 118 является лишь дополнением к ст. 130 Дисц. Устава изд. 1888 года и, заключая в себе только некоторые постановления о поводах к поединкам и об участии в этом случае суда общества офицеров и военных начальников, ничем не затрагивает других распоряжений правительства, касающихся поединков. Равносильное в указанном отношении значение имеет приказ по военному ведомству того же года за № 119, подтверждающий лишь общие права суда общества офицеров входить во всех случаях в обсуждение неблаговидности поведения офицеров и устанавливающий особый порядок направления и рассмотрения всех следственных дел о поединках в офицерской среде.
В виду сего и требования указанной выше ст. 136 «Полож. о сроч. и внесроч. донесениях в войсках», Главное Военно-Судное Управление признало, что о всех поединках, случающихся в рядах армии, необходимо доносить на Высочайшее Имя, как о чрезвычайных происшествиях (отношение Начальн. Главн. Шт. от 29 ноября 1895 г. № 54.999 на имя Командующего войсками Финляндского военного округа).

Компетенция суда общества офицеров по делам о поединках.

§ 6.
I. На практике возникли недоразумения относительно применения закона о дуэлях (приказ по воен. вед. от 20 мая 1894 г. за № 118), вследствие недостаточного и слабого усвоения общих начал (II ч., § I), положенных в основу Высочайше утвержденных правил о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде. Так, например, в одной войсковой части два обер-офицера нанесли обоюдные тяжкие оскорбления, и один из них отказался дать удовлетворение чести своего товарища, заявив, что выйдет на поединок не иначе, как по постановлению суда общества офицеров. Между тем означенный суд хотя и признал обоих виновными, одного в меньшей, а другого в большей степени [122] (именно того, который отказался от поединка), однако ограничился лишь сделанием им за то внушения.
Такой приговор постановлен вопреки положительного требования 2 п. 1 ст. приказа по военному ведомству 1894 года за № 118 и свидетельствует, по справедливому указанию Командующего войсками подлежащего округа, насколько еще слабо усвоено мысль, положенная в основу этого закона, и насколько члены офицерского суда той части не прониклись сознанием своего назначения быть охранителями чести и достоинства офицерского звания.
Действительно, суд общества офицеров – как лучший авторитет по всем вопросам чести и благородства и как верный охранитель достоинства офицерского звания – уполномочен законом высказывать свое мнение лишь об уместности или неуместности дуэли в данном случае, т. е. быть или не быть поединку, и только лишь в этом смысле может последовать решение этого суда; никакого иного постановления суда быть не может. Суд вправе признать, что ссора между офицерами не вызывает, т. е. не требует дуэли, и в таком случае принимает меры к примирению, если признает примирение согласным с достоинством офицера и с традициями части, при чем суд руководствуется общепринятыми понятиями чести и традициями части (2 и 1 ст. пр. в. в. 1894 г. № 118). Следовательно, закон, уполномочивая суд свободно высказаться за неуместность дуэли, вводит вместе с тем известное ограничение: «если то будет согласно с достоинством офицера и с традициями части, т. е. если то не будет противно установившимся возвышенным и благородным понятиям о чести и доблести офицерского звания». Как видно из законодательных мотивов (II ч., § 1), законодатель имел в виду, устранить поединки лишь по сравнительно ничтожным поводам и потому без всякого вреда для чести и доблести офицерского звания могущим окончиться примирением13. [123]
В противном же случае, т. е. когда, по установившемся в корпусе офицеров взглядам на вопросы чести, одно примирение (извинение) для восстановления оскорбленной чести офицера недостаточно, а равно и в случае несостоявшегося примирения14,– суд постановляет, что поединок является единственно приличным средством для удовлетворения оскорбленной части офицера.
Точно также и в виду указанных соображений нельзя признать соответствующим требованиям приказа по воен. вед. 1894 г. за № 118 следующий приговор: по делу об оскорблении действием, нанесенном одним из офицеров своему однополчанину-офицеру, при чем обиженный не озаботился принять содействующих мер к восстановлению своей чести, суд, не входя даже в обсуждение вопроса о применении упомянутого приказа, постановил об удалении из полка офицера-обидчика.
II. Суд общества офицеров вправе входить в обсуждение вопроса об оскорблении относительно только обер-офицеров (а не штаб-офицеров, которые не подведомственны сему суду) и притом своей части. Но рассмотрение дела о столкновении между офицерами разных частей войск или между офицерами и посторонними лицами подлежит офицерскому суду той части, в которой состоит на службе оскорбленный офицер. В Германии же и Австрии подобные дела подлежат ведению суда общества офицеров третьей части.
III. Закон о дуэли 13 мая 1894 г. имеет в виду исключительно офицеров, состоящих на действительной службе15, но не распространяется на запасных (кроме призванных из запаса или прикомандированных к войскам – см. I часть книги, § 12) и отставных офицеров; хотя в интересах поддержания и возвышения значения и достоинства офицерского звания следовало бы подчинить действию этого закона и вообще ведомству суда общества офицеров как всех состоящих в запасе [[124] армии, так равно и отставных офицеров, уволенных от службы с мундиром.
IV. По духу законодательства суд общества офицеров является особым регулятором чести: на него возложена ответственная обязанность, дать офицеру средство выйти из щекотливого положения, без ущерба для чести обеих сторон. Нередко столкновение или ссора происходит из-за неважных, летучих мотивов, и в подобных случаях обязанность суда предупредить дуэль. Следовательно, деятельность суда должна быть по преимуществу примирительною, и только в случаях действительно серьезных и тяжких оскорблений чести, когда дуэль является тем неизбежным средством, которое признается мнением всей офицерской корпорации, суд постановляет об обязательности поединка.
В случае признания возможности примирения, суд обязан принять меры к примирению, хотя бы вызов на поединок последовал до рассмотрения дела в суде.

Меры, принимаемые судом для примирения.

§ 7.
Какие меры должен принимать суд общества офицеров для примирения, – указаний не существует; следовательно, ему предоставляется право действовать по личному усмотрению, сообразно обстоятельствам дела и характеру противников. Но когда поссорившиеся убедятся доводами суда, то председатель оного призывает их и просит подать друг другу руку в знак примирения.

Письменность производства суда.

§ 8.
Постановление суда общества офицеров по поводу ссоры, вызвавшей поединок (2 п. 1 ст. прик. по в. в. 1894 г. № 118), излагается письменно. Этим постановлением и ограничивается вся письменность производства суда.
В случае признания неуместности примирения и необходимости поединка, суд указывает лишь в своем постановлении, что поединок является единственным средством удовлетворения оскобленной части офицера. [125]

Насколько обязательно решение суда для общества офицеров.

§ 9.
Решение (постановление) суда общества офицеров не имеет обязательной силы, т. е. не имеет вида служебного приказания; а потому за каждым офицером сохраняется полная свобода выбора – драться на дуэли или оставить службу. Хотя законом от 13 мая вовсе не вводится обязательная дуэль, но в силу исторически образовавшегося в обществе взгляда, что иногда только кровью можно смыть нанесенное оскорбление и что только трус и человек бесчестный может отказаться от поединка, лучшая часть общества и армии с презрением относятся к тем из офицеров, которые не разделяют этого взгляда, и армия исключает их навсегда из своей среды. Долг каждого офицера уметь защитить свою честь, которая должна быть для него дороже жизни. Уклонение от поединка есть явное нарушение указанного долга, за которое подобный офицер должен подлежать удалению из части. Поэтому – если в течение двух недель, по объявлении решения суда, поединок не состоится и отказавшийся или уклонившийся от оного офицер не подаст просьбы об увольнении от службы, то он увольняется без прошения (4 п. 1ст. прик. по в. в. 1894 г. № 118, см. II ч. § 2).

Случаи столкновения обер-офицера со штаб-офицером или с генералом, или с чиновником военного ведомства.

§ 10.
По действующим военным законам (99 и 100 ст. Воин. Уст. о Наказ.16) обер-офицеру безусловно воспрещается, под страхом уголовного наказания, вызывать на поединок штаб-офицера или генерала (как старших), а тем более своего начальника, хотя бы и в обер-офицерском чине, по делу, касающемуся службы. Но офицеры высшего ранга (т. е. штаб-офицеры и генералы) могут вызвать на поединок обер-офицера без всякого ограничения (если он не начальник), и в таком случае применяется 5-й пункт «правил», объявленных в приказе по воен. вед. 1894 г. за № 118.
Гражданские чиновники военного ведомства, в том [126] числе и военные врачи, в отношении закона о дуэли рассматриваются как лица «посторонние», т. е. гражданского ведомства, исключая тех случаев, когда такой чиновник является начальником офицера.

Случаи столкновения с гражданскими чинами.

§ 11.
В случае столкновения офицера с лицом гражданским возможно крайне неловкое и тяжелое положение офицера, когда он оскорблен лицом гражданским, отказывающимся от дуэли. Обычай прежде всего требует, чтобы при начале дела была удостоверена правоспособность гражданского лица дать удовлетворение17. Неправоспособный к удовлетворению чести человек едва ли может подорвать нравственную репутацию офицера, а в случае распространения подобными лицами ложных слухов или клеветы, офицер всегда может обратиться к защите законов. Но если столкновение произойдет между офицером и лицом, правоспособным дать удовлетворение, то дело мало чем разнится от столкновения между военнослужащими18. О столкновении с гражданскими лицами, роняющем достоинство офицерского звания, командир части передает на рассмотрение суда общества офицеров (II ч. § 2), который и разрешает вопрос как о правоспособности гражданского лица, так и о необходимости вызова на дуэль этого лица.
При обсуждении проекта правил о дуэлях, некоторые из военных начальников возражали, что «с установлением проектированных правил возникнет возможность крайне неловкого и тяжелого положения офицера в тех случаях, когда он оскорблен лицом гражданским, [127] отказывающимся окончить ссору поединком. Что останется в таком случае делать офицеру: принудить обидчика к дуэли, убить его или оставить свою часть?» Но приведенное возражение признано неубедительным. «прежде всего возможность крайне неловкого и тяжелого положения офицера в тех случаях, когда он оскорблен лицом гражданским, отказывающимся от дуэли, очевидно, нисколько не зависит от рассматриваемого закона; она полностью существовала и ранее. Кроме того, нельзя не заметить, что раз сам офицер, потерпевший оскорбление от частного лица, со своей стороны потребовал от последнего должного удовлетворения, послал к нему вызов, т. е. сделал все, что от него зависело, но встретил отказ, то предписывать ему, в самом законе, какие-либо дальнейшие меры к удовлетворению – нельзя; поэтому в правилах о поединках (13 мая) прямо и выражено, что если, вопреки решению суда, не последует поединка, то увольняется от службы офицер, отказавшийся от поединка [мотивы к проекту]19.
Суд общества офицеров не властен понудить частное (гражданское) лицо драться с офицером на дуэли. А потому, если гражданское (или «постороннее», как называет закон о дуэли) лицо не пожелает принять дуэль, или если офицеру будет возбранено судом общества офицеров принять вызов от гражданского лица или вызвать его на поединок, то в таком случае эти лица обращаются в обыкновенный (уголовный) суд. который и разрешает дело об оскорблении чести.
Во избежание опасности столкновений военнослужащих с неправоспособными гражданскими лицами рекомендуется избегать таких публичных мест и заведений, где можно натолкнуться на людей дурно воспитанных и грубых. Особенная осторожность и особенный такт необходимы в тех случаях, когда офицер знает, что не может требовать приличного для себя удовлетворения; тем не менее, как честный человек, офицер не может отказать в удовлетворении, если таковое у него требуется. [128] В особенности же офицер не имеет права отказаться назвать сою фамилию или дать свою карточку, хотя бы имел дело с человеком неизвестным или даже с сомнительной личностью.

 

Глава IV. Условия дуэли (техническая сторона поединка)20.

Общее положение.

§ 12.
Законодательство наше не дает никакого определения дуэли, предоставляя это определение обычаю. Исторически же сложившееся на Западе и у нас понятие поединка таково:
Поединок есть условленный бой между двумя лицами, смертоносным оружием, для удовлетворения поруганной чести, с соблюдением известных, установленных обычаем условий относительно места, времени, оружия и вообще обстановки выполнения боя.
Обычное право дуэлей выработано во Франции, а из Франции распространилось по всей Европе, где и приобрело гражданство. Выработанные французскими обычаями правила дуэли появились в печати, в первый раз в 1836 году, под названием «Essai sur le duel» (сочин. графа Шатовильяра). В 1879 году вышел в свет «Nouveau Code duel» (гр. Верже), в котором сгруппированы все выработанные и освященные обычаем правила дуэли, применяясь к возникшим в новейшее вермя обычаям. Этот кодекс дуэли признан общественным мнением Европы и имеет полную силу не только во Франции, но и вне пределов ее. В 1894 году вышла книга Кроаббона «La science du point d’honneur», представляющая собою комментарий упомянутого сочинения Шатовильяра и сравнительное исследование дуэли во всех европейских государствах. Французские обычаи дуэли Кроаббон изложил на основании книги Шатовильяра, [129] которой он придает значение писаного закона, подлежащего строжайшему соблюдению. Поэтому при изложении обычных правил дуэли, я буду, главным образом, руководствоваться этими источниками.

Вызов и принятие вызова. Общий характер поединка. Лица, участвующие в бою. Кто признается неправоспособным. Отказ от дуэли. Оружие. Мотивы дуэли. Место, время, равенство шансов боя. Преимущество огнестрельного оружия. Секунданты; условия, которым они должны удовлетворять; нравственная ответственность секундантов. Выборы распорядителя (посредника) и значение последнего. Переговоры между секундантами. Сношения их с клиентами. Общие условия дуэли. Роль суда общества офицеров в установлении условий дуэли. Условия дуэли сообразно тяжести оскорбления. Случаи оскорбления, нанесенного несколькими лицами, и наоборот.

§ 13.
Из указанного в предыдущем параграфе определения вытекают следующие условия поединка:
I. Поединок есть бой условленный. Бой или дуэль должны быть непременно условленны, т. е. должны быть следствием взаимного соглашения или договора сторон. Это требование выражено и в нашем законе определением наказания за вызов и за принятие оного, т. е. за предложение и за изъявление на него согласия. В этом взаимном согласии и заключается отличие поединка от нападения, так называемой attaque, т. е. одностороннего нападения, если оно сопровождалось смертью противника, будет обыкновенным убийством; действия же защищавшегося будут актом самообороны.
Для действительности договора дуэли не требуется, чтобы оба противника вступали между собою в непосредственные переговоры; напротив того, общепринято, что всякое непосредственное сношение между сторонами (противниками) прекращается немедленно после вызова и выбора секундантов и что договор дуэли заключается не самими дуэлянтами, а посредниками или секундантами. По французским обычаям, при дуэли различается вызов непосредственный, на месте, или спустя известный [130] срок21. В первом случае вызов, конечно, делается самим оскорбленным, но затем считается, по обычаю, неприличным, чтобы какие-либо дальнейшие переговоры велись непосредственно поссорившимися. Вызов, спустя известное время, делается словесно или письменно22, но во всяком случае через третьих лиц. Считается полным нарушением обычаев отнесение вызова в квартиру противника самим вызывающим: даже передатчики вызова должны уклониться от каких-либо подробных переговоров с самим вызываемым23. Секунданты (или картельщики) при передаче вызова должны избегать всякого рассуждения с противником и требовать ответа тотчас же24. Все переговоры о прекращении мирным путем возникших недоразумений, а затем и обсуждение самых условий поединка должны происходить между секундантами. Всякое свидание противников, всякие переговоры между ними об условиях дуэли возбраняются освященными обычаем правилами и составляют – как замечает гр. Шатовильяр – «une précipitation blâmable», так как, с одной стороны, такое личное вмешательство противников может только [131] раздуть ссору и отягчить условия дуэли, а с другой, все эти соглашения не имеют практического значения, так как они могут быть отменены (уничтожены) секундантами, которые имеют право контроля этих условий. Без скрепы, так сказать, свидетелей (секундантов) никакой договор дуэлянтов не имеет силы.
От описанной формы дуэли (поединка в тесном смысле, duel) отличают так называемую recontre или дуэль внезапную, т. е. поединка, без перерыва задуманного и выполненного, когда обе стороны немедленно взялись за оружие. Но и эта форма, в сущности, ничем не отличается от первой, ибо и та и другая предполагают одинаково взаимное соглашение противников на поединок.
II. Поединок есть бой, т. е. размен ударами холодным оружием или размен выстрелами, действительно последовавшими или долженствовавшими последовать; поэтому бой, как признак дуэли, существует, хотя бы выстрел последовал только с одной стороны, как например: противник дал осечку или (при стрельбе по очереди) не успел сделать выстрела25. Этим условием боя дуэль, в тесном смысле слова, отличается от пари на смерть, от смерти по жребию и т. д.
Понятие дуэли исчезает или, по крайней мере, переходит в понятие неправильного поединка, коль скоро договор устраняет возможность и необходимость взаимного боя, сражения или борьбы, заменяя их условием самоубийства или самоистребления противника. Это – так называемая американская дуэль, особенность которой заключается в вынутии жребия – «жить» или «не жить»: вынувший «жить» может остаться наслаждаться ее благами, вынувший же «смерть» - обязуется честным словом лишить себя жизни немедленно или в известный срок. К этой категории следует отнести дуэль пилюлями, из коих одна отравлена, а другая нет; а также дуэль на очковой змее, которую впустили в темную комнату, где находились [132] оба противника26. Сюда же относится дуэль у обрыва. Из всех видов дуэлей, так называемая, американская дуэль является наиболее безнравственной, бесчеловечной и наиболее опасной для государства. Этот вид дуэли не подходит, по своей юридической конструкции, под постановления о поединке, так как резко отличается от поединка отсутствием боя, отсутствием всех традиционных условий боя, и потому такая дуэль считается недостойною офицерского звания. По действующим законам случаи американской дуэли преследуются как самоубийство или покушение на него (1472 и 1473 ст. Улож.) и как склонение к самоубийству, наказуемое как участие в убийстве (1475 ст. Улож.). Проект же нового Уложения предполагает признать американскую дуэль особым самостоятельным преступлением, хотя и помещает в главе о «поединке» (см. прилож. 413 ст.).
III. Бой должен быть между двумя лицами. Признак единоборства вытекает даже из самого названия: «поединок», т. е. борьба один на один. Хотя с конца XVI столетия и вошел было в силу обычай, что в дуэли принимали участие свидетели-секунданты (seconds) и тьерсы, но из них каждый выбирал отдельного противника, так что каждый участвовал в единоборстве. На этом же основании поединок не теряет своего характера, ежели бы несколько офицеров одного полка вступили бы в бой с таким же количеством офицеров другого полка, дерясь, однако, хотя и одновременно, но один на один27. Как оскорбленный, так и оскорбитель должны драться на дуэли сами лично. Заместители допускаются только в исключительных случаях, например: в случае болезни или преклонных лет оскорбленного близкого родственника, а также в случаях оскорбления семейства или общества (корпорации, учреждения), и в этих последних случаях только член этого семейства или сочлен общества могут требовать удовлетворения28. [133]
Неправоспособными дать удовлетворение признаются: 1) лишенные честного имени (по суду или по приговору общественного мнения и вообще совершившие, как всем известно, поступки, противные правилам чести, например, шулера); 2) не достигшие совершеннолетия, кроме лиц, состоящих на государственной службе; 3) умалишенные; 4) лица, стоящие на низших степенях культуры, т. е. лица, за которых вообще нельзя ручаться, что они будут соблюдать условия дуэли; 5) лица, подавшие уже жалобу за нанесенное оскорбление в уголовный суд; 6) должники, вызывающие своих заимодавцев, пока не покончат с ними счетов, но вызов должника заимодавцем допускается. Правоспособность же офицера на удовлетворение, за исключением случаев, указанных в 5 и 6 пунктах, вне сомнения. В тех случаях, когда не ясно, следует ли считать лицо способным или неспособным дать удовлетворение, офицеры обращаются за решением к суду общества офицеров своего полка.
Лицо, отказавшее вызывающему его на дуэль, несмотря на то, что вызывающий принадлежит к способным дать удовлетворение, считается нарушившим обязанности честного человека и исключается навсегда из общества (офицеры из полка), в котором вращаются офицеры и джентльмены. Случай несостоявшегося примирения указан выше (1-я выноска на 123 стр.). За одно и то же оскорбление удовлетворения можно требовать только один раз. После неудачной дуэли между Арманом, Карель и Эмилем де-Жирарден (во Франции) последний получил другой вызов по одному и тому же делу; но маршал гр. Эксельман и депутат Делор объяснили, что за одно и то же оскорбление достаточно одного удовлетворения. Жирарден не принял второго вызова, а общественное мнение вполне одобрило его образ действий.
IV. Бой должен производиться смертоносным оружием. Это требование выставляется прямо в установленных обычаем правилах о дуэли и может быть выведено из 1506 ст. нашего уложения о наказаниях, определяющей окончательным [134] моментом для примирения противников момент «обнажения или приготовления к бою оружия»; существенное же условие всякого боевого оружия – его смертоносность. С отсутствием же этого признака не будет и дуэли. Общеупотребительным и освященным вековым обычаем оружием дуэли является так называемое благородное, каковым почитаются из огнестрельных – пистолет и притом, по обычаю, гладкоствольный29, а из холодных – сабля, шпага30, палаш, шашка, эспадрон31. Всякое иное оружие, не принятое обычаем, не может считаться оружием «поединка» в техническом значении этого слова, хотя бы такое оружие было смертоносное, хотя бы такой бой был заранее условлен между противниками, хотя бы он был веден с соблюдением установленных ими правил, при свидетелях и т. п.; и виновные будут отвечать по общим правилам об убийстве и телесных повреждениях, а не по постановлениям о дуэли.
Отступление от этого общего правила может быть вызвано особенными исключительными условиями, в коих находились противники и каковые всегда могут быть констатированы судом, благодаря которым оружием дуэли может быть и не принятое по обычаю. На такие формы дуэли (duels exceptionnels, дуэли исключительные, необыкновенные) секунданты должны соглашаться только в крайних случаях, и в таких случаях все подробности должны быть с точностью определены на предварительном совещании секундантов. Таковою исключительною дуэлью считается, например, дуэль на карабинах или ружьях, на пистолетах на слишком близких расстояниях (дистанция 10 шагов) или на пистолетах, из которых только один заряжен; последняя дуэль известна под термином «стрелять через платок»32. [135]
По обычаю предполагается, что дуэль должна происходить на оружиях не только одного рода, но, по возможности, и одного типа. Поэтому не только не допускается дуэль на огнестрельном с одной стороны и холодном с другой, на оружии ударном и колющем, но считается даже неправильною дуэль на ружьях с одной стороны и пистолетах с другой, на пистолетах разного калибра и т. д. Поэтому, например, при дуэли на шпагах или саблях секунданты должны всегда удостовериться перед началом дуэли (contre-visite), что оружие обоих противников одного и того же рода, равной длины, одинаковой гибкости, одинаково отточены, заострены и без зазубрин и т. д., и только после такого осмотра они могут передать оружие дуэлянтам. При дуэли на пистолетах требуется, чтобы они одинаково были неизвестны обоим противникам и, во всяком случае, не бывшие раньше у них в употреблении, чтобы разница в длине ствола не превышала трех сантиметров и чтобы мушки и прицелы были настолько закреплены на стволах, чтобы не было возможности их передвинуть; исключая случаи, когда противники могут пользоваться собственными пистолетами: [136] тогда лучше всего мушки снять.
Хотя обычаями установлена классификация оружия для обид легких и для обид тяжелых, но подобную классификацию, по крайней мере в нашей армии, следует признать нерациональною, так как дуэль, по духу закона 13 мая 1894 года, возможна лишь в случаях тяжких оскорблений; отсюда следует, что у нас не может быть различия в выборе оружия сообразно тяжести оскорбления. Точно также не могут быть допускаемы установленные обычаем странные правила «о затуплении» холодного оружия. Сабли, палаши, эспадроны или шашки должны употребляться отточенными, с заостренными концами. Поединок должен оканчиваться смертью или, по крайне мере, нанесением раны, нарушающей равенство между бойцами. Дуэль же на оружии с округленными (затупленными) концами – одна комедия, которая не может быть допускаема в армии.
V. В основании поединка лежит мотив удовлетворения чести, поруганной оскорблением, или самого дуэлянта, или близких ему лиц. Не требуется, чтобы налицо был объективный состав оскорбления, в юридическом смысле; достаточно субъективное чувство обиды, испытываемое одним из дуэлянтов, независимо от того, оскорблен ли он непосредственно перед поединком или задолго до него33. Безразлично также, относится ли обида к сфере семенной, домашней жизни оскорбленного или касается иных сфер его частной жизни, или сферы служебной, общественной. Но если в основании поединка не было мотива удовлетворения чести, то он не составляет, собственно говоря, поединка, хотя, впрочем, этот признак [137] трудноуловимый, так как для желающего драться на дуэли по иным мотивам – сводящимся к далеко неблагородным побуждениям ненависти, мести и злобы по личным соображениям – всегда открыта возможность нанести противнику оскорбление и сделать дуэль неизбежною именно для удовлетворения чести. Чтобы предупредить подобные явления, новый закон о дуэлях (13 мая 1894 г.) и установил порядок, который обеспечивает, по крайне мере, чтобы дуэль происходила лишь в случаях серьезных, когда она признается действительно неизбежною по укоренившемуся мнению большинства офицерского общества, и чтобы во всех прочих, менее важных случаях, могущих без вреда для чести заинтересованных сторон окончиться примирением, дуэли или вовсе устранялись бы, или смягчались бы установлением условий, строго сообразуемых с относительною важностью повода к дуэли. Таким регулятором является суд общества офицеров – истинный выразитель мнения всего офицерского общества отдельной части, а потому если он не признает в известном случае дуэль необходимой, то она ничем уже не оправдывалась бы, но по той же причине легко может быть и предупреждена в этом случае, в силу авторитетности суда общества офицеров по вопросам чести.
Обязанность суда общества офицеров состоит в том, чтобы, по мере возможности, способствовать мирному улаживанию столкновения, однако без ущерба для чести34; если это не удастся, а вместе с тем столкновение, по своему характеру, не может быть улажено без унижения чести оскорбленного, то дело решается поединком, и дальнейшие переговоры ведутся уже секундантами обеих сторон; при чем суд общество офицеров оказывает нравственное влияние на секундантов (см. ниже, стр. 145). (II ч., § 2, пункт 3).
У некоторых молодых офицеров существует совершенно ложный взгляд на поединок. Они полагают, что [138] поединок есть пробный камень их личной храбрости, и потому – ищут случая подраться. Очевидно, они как бы забывают, что жизнь офицера принадлежит не им, а Государю и Отечеству35.
Подобный взгляд есть величайшее легкомыслие, не достойное звания офицера, и служит признаком недостаточного усвоения общих начал защиты чести, положенных в основу правил о дуэли. Некоторые высшие военные начальники, разъясняя назначение закона о дуэли, издали соответственные приказы, из которых обращает на себя внимание приказ Командующего войсками Киевского военного округа генерал-адъютанта Драгомирова, ото 31 июля 1894 года, такого содержания. В приказе Командира 12 Армейского корпуса от 22 июля сего года сказано:
«Приказом по Военному ведомству сего года за № 118 дарована новая царская милость, право защищать с оружием в руках самое дорогое для нас – честь».
«Эта милость тем более налагает на нас обязанность держать себя в среде товарищей и в обществе так, чтобы не подавать повода к недоразумениям и ни на минуту не забывать, что со дня поступления на службу жизнь наша принадлежит не нам».
«Вполне разделяю этот взгляд и искренно желаю, чтобы офицеры войск Округа, держа себе со строгим достоинством, в то же время строго различали те прискорбные случаи, когда нарушение чести действительно требует крови, от пустяшных столкновений, которые в порядочном обществе офицеров – где товарищество сильно, а старшие пользуются должным авторитетом – всегда могут и должны кончится миром».
VI. Выполнение поединка предполагает соблюдение известных, установленных обычаем правил. Последние относятся к месту, времени и вообще обстановке [139] поединка. Соблюдением этих условий и правил гарантируется честность и благородство поединка и устраняется возможность не только вредных для противника злоупотреблений, но и явно преступных посягательств на его личность, под видом или через посредство дуэли.
а) Что касается места и времени, то, будучи чисто фактическими условиями, они определяются в каждом конкретном случае36; но относительно способа и порядка дуэли на практике представляют различия, так как этот способ или определяется в подробностях в предварительном соглашении дуэлянтов или их представителей; или намечается договаривающимися только в общих чертах, так что подробности дуэли должны быть регулированы по установившимся обычаям; или же, наконец, некоторые их этих условий дуэли прямо определяются в законе.
б) Так, одно из существенных условий правильной дуэли, выработанное путем обычая и свято охраняемое законом, есть равенство шансов боя для обеих сторон. Под этим равенством понимается равенство шансов внешних, но отнюдь не внутренних, т. е. равенство оружия и условий нападения или защиты. На сем основании не требуется вовсе, чтобы противники одинаково хорошо владели оружием37, были одинаковой физической силы, обладали бы одинаковым хладнокровием и т. д. Вопрос о возрасте дуэлянтов обходится и в законах и в практике молчанием; посему будет правильным и поединок между юношей и старцем38. На основании указанного принципа равенства требуется: а) одинаковость оружия (шпаги, сабли, пистолета); б) одинаковая известность или неизвестность его противникам39; и в) одинаковая опасность40. [140]
По моему мнению, дуэль на холодном оружии является наиболее грубым способом дуэли, так как противники, увлекаясь и ожесточаясь, доходят до крайней ярости и в этом состоянии не только забывают все правила фехтовального искусства, но превращают бой в какую-то драку и благородным оружием – шпагой или саблей – действуют точно дубиной или оглоблей. Вот почему следовало бы вовсе исключить холодное оружие из оружий для дуэли или, по крайней мере, указать, что огнестрельному оружию следует отдавать предпочтение пред холодным. В пользу этого исключения говорит еще то соображение, что не всякий офицер умеет хорошо владеть холодным оружием (требуется владеть по всем правилам фехтовального искусства), а стрелять всякий умеет более или менее искусно. Нередко обиженный не умеет владеть или владеет плохо холодным оружием, а обидчик – очень хороший фехтовальщик; а при этих условиях и привилегия обиженного – выбор оружия (именно холодного) обращается в нуль и даже в отрицательную величину. Это неравенство в дуэли на холодном оружии особенно рельефно проявляется, когда противники отличаются между собою возрастом и телосложением. В этих случаях громадным преимуществом пользуется молодой и более подвижный или сильный дуэлянт, который быстро доводит своего противника до изнеможения сил и, пользуясь этим, наносит ему решительный удар. Как мы уже указали, при дуэли на холодном оружии противники всегда приходят в возбужденное состояние, и секундантам трудно регулировать самый бой и своевременно приостановить его в виду наступления неравенства сил дуэлянтов. Равно нельзя рассчитывать в этих случаях на великодушие противника, которое в минуту опасности проявляется крайне редко. В виду этих соображений, самым лучшим и гуманным способом дуэли является огнестрельное оружие, при чем следовало бы установить в нашей [141] армии употребление не гладкоствольных пистолетов, которые составляют уже археологическую редкость, а револьверов, употребляемых в войсках в данное время. Некоторые стоят за гладкоствольные пистолеты в виду меньшей, как будто, опасности для жизни и здоровья раненного противника. Но это мнение неосновательное. При гладкоствольном пистолете можно гладкой пулей угодить прямо в сердце или раздробить кость, а конической пулей можно промахнуться или попасть в мягкую часть.
в) Обыкновенно поединок происходит при секундантах, но он возможен и без секундантов (так называемый recontre), и отсутствие этих посредников во время самого боя преследуется нашим законом (1509 ст. Улож.). По французским обычаям, дуэль без свидетелей не считается дуэлью41. Нет сомнения, что секунданты не только регулируют бой, устраняя из него все то, что является продуктом злобы и мести или излишнего самохвальства, но они наблюдают и за тем, чтобы противники соблюдали во время самого боя все условленные правила, а не превращали бы его в простую резню или умышленное посягательство на жизнь и здоровье42. Одним словом, секунданты несут нравственную ответственность в деле поединка и обязаны вносить в дело умиротворяющее начало, но не придавая столкновению преувеличенного значения.
Число секундантов обыкновенно полагается по два с каждой стороны; но дуэль в присутствии одного секунданта у каждого противника не будет неправильною. По французским обычаям, в секунданты избираются лица, не причастные к данному делу, послужившему поводом к поединку, и притом пользующиеся доверием сторон; поэтому не могут быть секундантами: 1) лица, имеющие сами право требовать удовлетворения от одной из сторон; 2) лица, сами участвовавшие в оскорблении, бывшем причиною поединка; 3) отец, брат, сын и вообще близкий родственник не могут быть секундантом ни у своего родственника, ни против него; 4) лица, про которых известно, что они нарушили правила дуэли или участвовали в таком нарушении. [142]
Каждый из дуэлянтов вправе поблагодарить своих секундантов и выбрать себе других и наоборот: секунданты могут сложить с себя свои обязанности. Это допускается лишь до начала дуэли, и дуэлянт немедленно извещает о том секундантов своего противника, и вновь избранные секунданты вступают в переговоры с секундантами другой стороны. К выбору секундантов следует относиться с чрезвычайной осторожностью, так как им приходится вверять четь и жизнь свою. Обязанность секунданта не только в том, чтобы управлять боем, а и в том, чтобы способствовать благородным образом мирному улаживанию столкновения. Нередко бывало, что незначительные столкновения, которые могли бы с успехом окончиться мирным путем, без всякого ущерба для чести, принимали чрезвычайно серьезный характер, единственно благодаря секундантам. А потому секундантами следует избирать людей серьезных и имеющих должное понятие как о важности обязанностей секунданта, так и о правилах дуэли. Принятие на себя этой, вполне ответственной обязанности, составляет нравственный и святой долг товарищества. Поэтому офицер части не имеет права отказаться от обязанности быть секундантом, за исключением тех случаев, когда дуэль не разрешена судом общества офицеров, или когда дуэлянты предполагают драться несогласно с установленными секундантами условиями.
г) Секунданты выбирают из своей среды «старшего – распорядителя» (посредника), и последний непосредственно наблюдает за правильным ходом боя и разрешает недоразумения, возникающие вовремя поединка43.
Секундантам следует воздерживаться от всякого разглашения дела, в котором они принимали участие, и в особенности от полемики в печати.
д) Вызов и принятие вызова составляют самые первые моменты дуэли (§13, п. I); за ними следует при всяком, так сказать, нормальном поединке наиболее существенная [143]подготовительная часть – переговоры между секундантами, выбранными сторонами44. Офицеры, между которыми произошло столкновение, выбирают по два секунданта из среды товарищей. Секунданты предварительно должны ознакомиться с обстоятельствами дела (столкновения) и с желаниями своего клиента45, а затем уже они (секунданты) сходятся и в общем собрании выясняют, в чем именно состоят оскорбление и кого именно следует считать оскорбленным; после чего обязаны приложить все старания к мирному разрешению возникших недоразумений46. Если бы, однако, оказалось, что столкновение Было действительно серьезно настолько, что нельзя покончить дело миром без ущерба для чести какой-либо из сторон, или если противники отказались выяснить истинную причину ссоры, заявив под честным словом, что причины такового умолчания представляются действительно серьезными, то и тогда секунданты должны употребить все старания, чтобы дуэль состоялась на условиях наиболее льготных и равномерных. Обо всем этом составляется протокол, который предъявляется дуэлянтам. По окончании же дуэли составляется другой протокол.
е) Самые условия, определяемые дуэлянтами или секундантами, могут относиться или к самому порядку боя, или к его предполагаемым последствиям. Что касается первой группы условий, то они зависят, главным образом, от рода выбранного оружия и представляются в особенности разнообразными при дуэли на огнестрельном оружии, т. е. на пистолетах47; а по отношению ко второй – различают три вида дуэли: дуэль до первой крови, дуэль до наступления невозможности [144] со стороны одного из дуэлянтов продолжать бой или дуэль до тяжкой раны (duel à outrance), и дуэль с условием биться на смерть. По существующим обычаям секунданты не должны предлагать дуэль «на жизнь или на смерть» или соглашаться на нее48. Смотря по важности обстоятельств, вызвавших поединок, в виде исключения, когда дело идет о тяжком оскорблении, может быть поставлено в условие вести дуэль до первой потери одним из противников возможности продолжать ее, до получения раны кем-либо из противников. При поединке же на пистолетах он, безусловно, оканчивается выпуском заранее назначенного числа выстрелов, которыми должны обменяться противники, хотя бы при этом и не произошло поранения. Обыкновенно производится только один обмена выстрелами, и даже при самых тяжких оскорблениях не допускается более трех обменов, не принимая в уважение результата. При всякой дуэли на пистолетах секунданты могут смягчить ее сокращением времени, определяемого для производства выстрелов (обыкновенно назначается 10 и не менее 3 секунд), но, во всяком случае, эта мера не должны давать какой-либо выгоды одному из противников.
У нас, в военном ведомстве, суды общества офицеров49 играют некоторую роль в установлении условий дуэли: они обязаны употреблять свое влияние на секундантов в видах устранения несообразно тяжелых условий дуэли, влекущих за собой гибельные последствия (II ч., § 2, I ст. п. 3), В некоторых случаях (5 п. I ст. пр. по в. в. 1894 № 118) законом уполномочиваются и начальники части влиять на установление условий дуэли. (См. II. ч., § 2, п.5). [145]
К сожалению, эта роль нашего суда чести крайне ничтожная: не принимая участия в организации и выполнении поединка, суд оказывает только нравственное влияние на секундантов с целью установления наиболее соответствующих условий его (3 п. «правил», прилож. к прик. по в. в. 1894 г. за № 118), но суд не дает ни предписаний, ни указаний об осуществлении поединка, ни условий боя, предоставляя все это секундантам. Это нравственное влияние суда выражается в том, что если секунданты обратятся в суд с «протоколом» условий поединка, то суд, по рассмотрении сего протокола, дает указания, необязательные для секундантов, в виде совета, на установление условий наиболее соответствующих характеру столкновения. В интересах же дела следовало бы суду чести предоставить решающее значение: дабы сам суд устанавливал бы условия поединка, а секунданты принимали бы участие в этом суде в качестве совещательных членов50. Такое совместное установление условий поединка наиболее гарантировало бы правильность этих условий.
ж) Если секундантам не удастся уладить дело мирным путем или если они окончательно убедились, что дело не может кончиться без дуэли, то они сообща определяют вид дуэли, дистанцию, место и время боя51, о чем и сообщают своим клиентам, и если последние согласны, то берут с них обещание соблюдать их решение честно.
При выборе оружия секунданты должны сообразовываться не только с тяжестью оскорбления, но и с желанием оскорбленного, которому, по обычаю, принадлежит право выбора оружия, рода дуэли и расстояния. Объем этих прав оскорбленного зависит от степени (рода) [146] оскорбления (offense, как называет французский писатель Verger)52. Offense составляет всякое слово, письмо, рисунок, жест, удар, оскорбляющие самолюбие, деликатность или честь лица. Степени и оттенки такого оскорбления бесконечно разнообразны, но они могут быть подведены под три главные группы: 1) оскорбление простое (легкое), т. е. такое, которое не затрагивает самую честь человека, а лишь какие-либо несущественные стороны его характера, его внешности, привычки и т. п.; эти «легкие обиды» допускают извинение и примирение; но эти же обиды, выражаясь в особенно-язвительной форме, могут делаться тяжкими; 2) оскорбление, соединенное с бранью (offense avec insulte); и 3) оскорбление, соединенное с побоями, ранами, ударами, действием (offence avec coup et blessures); к этой последней группе относится взведение таких обвинений, которые ложатся неизгладимым пятном на человека, как, например, обвинение в низких поступках, в шулерстве и т. п.53.
Оскорбления, указанные во 2 и 3 пунктах, как затрагивающие честь человека и его доброе имя, признаются тяжкими, причем «оскорбления действием всякого рода», во всяком случае, относятся к разряду обид, не допускающих примирения. Разрешение вопроса о характере обиды предоставляется суду общества офицеров или, при неимении такового, начальнику части; при чем необходимо иметь в виду следующее правило: не следует считать обиду (оскорбление), нанесенную в нетрезвом виде, наравне с обидой, нанесенной в нормальном состоянии и здравом уме.
Сообразно этой группировки оскорбления, оскорбленный пользуется следующими правами: при оскорблении первого рода (при простой offense) – выбор оружия, при оскорблении второго рода (offense avec insulte) – выбор оружия и рода дуэли; при оскорблении третьего рода (offense avec coup et blessures) – выбор оружия, рода дуэли и расстояния. По словам Кроаббона, в нескольких решениях французских судов было признано, что огнестрельное оружие [147] должно считаться более смертоносным, чем холодное (Croabbon, стр 322–323). При выборе огнестрельного оружия – предоставлено право на «число пуль». Все эти условия должны быть рассмотрены и утверждены секундантами.
На обиду не должно отвечать обидой же, а ответивший – теряет преимущества в отношении поединка; а если обиженный ответил более тяжкой обидой, то сам превращается в обидчика.
В случае непринятия оскорбленным извинения54, по решению секундантов, он теряет свои права, и выбор оружия решается жребием. Секунданты могут отклонить: холодное оружие, если их клиент, вследствие изувечения руки, не может владеть этим оружием, или если клиент без правой руки или без одной ноги55, или дуэль на пистолетах, если их клиент одноглазый, и если он не нанес оскорбления второго или третьего рода. Во всех случаях отклонения холодного оружия оскорбленный пользуется при всех родах оскорбления правом выбора рода дуэли на пистолетах и расстояния56.
За обиженного, способного биться, другому выходить на поединок не дозволяется. Но если оскорбление нанесено несколькими лицами сообща, то обиженный имеет право избрать одного из обидчиков и вызвать его не дуэль; а если случится наоборот, то обиженные выбирают одного представителя, который и вызывает обидчика, и в этих случаях избранный представитель пользуется всеми правами обиженного.
За каждую обиду допускается лишь один поединок.

Подготовительные действия к бою.

§ 14.
а) Секунданты должны озаботиться об оружии и до отправления на место боя освидетельствовать его,– соответствует ли оно требуемым условиям [148] (см. предыдущий §, пункт IV). Оружие доставляется на место дуэли секундантами и передается противникам пред началом боя. Секунданты же обязаны привести с собою врача57 для подачи медицинской помощи.
Во всяком случае, предварительные условия должны быть настолько разумно строги, чтобы последовавший за тем поединок не имел вида шутки или состязания в искусстве владеть оружием.
б) Обе стороны обязаны прибыть вовремя на место поединка. Промедление допускается не более 15 минут сверх назначенного срока; по истечении этого срока можно удалиться и секунданты составляют об этом протокол.
По истечении 10 минут после прибытия противников на место дуэль должна быть уже начата.
в) Прибывши на место поединка, противники и секунданты вежливо приветствуют (поклоном) друг друга, причем первые хранят полное молчание.
г) Затем секундант, распоряжающийся дуэлью, делает попытку к примирению сторон в тех случаях, когда судом общества офицеров признавалось возможным вообще допустить примирение и которое ранее не могло почему-либо состояться58.
д) Если примирение не состоится, то распорядитель предлагает одному из секундантов прочесть вслух «вызов»59, и спрашивает противников, обязуются ли они честно выполнить изложенные в вызов условия. После утвердительного ответа распорядитель объясняет [149] правила дуэли и обращает внимание дуэлянтов, что они не имеют права раньше команды: а) «начинать» (при поединке холодным оружием) подаваться вперед и скрестить оружие; б) «взводить» или «к бою» взвести курки и ранее вторичной команды «стрелять» не производит выстрела; а по команде «стой» обязаны мгновенно приостановиться.
е) После этого делаются последние распоряжения:
Секунданты обозначают место поединка, т. е. отмечают места для противников по возможности настолько однообразные, чтобы ни для кого из них не проистекали бы какие-либо выгоды от лучшего распределения солнечных лучей, от ветра и предметов, находящихся позади. Предельные точки (барьер), через которые противники не должны переходить, обозначаются палками, ветками или белыми карманными платками.
При дуэли холодным оружием места для противников должны быть удалены настолько, чтобы концы шпаг (когда бойцы подаются вперед) не касались друг друга, а между концами сабель (при выпаде) оказалось пространство в один метр. При дуэли на пистолетах эти места обозначаются на протяжении 15–40 шагов друг от друга.
Секунданты заряжают оружие, не торопясь и с величайшим вниманием; сперва заряжает одна сторона, потом другая, но обязательно в присутствии другой. Иногда заряжают пистолеты заранее, предоставляя это оружейному мастеру (вообще третьему лицу), но в присутствии секундантов обеих сторон; после чего они приносятся на место дуэли под печатью. Если у обоих дуэлянтов свои собственные пистолеты, то может быть им дозволено заряжать самим в присутствии всех секундантов; при этом последние сообща определяют величину заряда.
На месте поединка секунданты обязательно свидетельствуют еще раз оружие, соответствует ли оно своему назначению.
Секунданты бросают жребий на оружие
60 и место. При поединке на холодном оружии – снимается верхнее [150] платье (кроме рубашки) до пояса. Из карманов вынимается все, даже при поединках на пистолетах. Секунданты удостоверяются, нет ли на груди у противника своего клиента какого-либо предмета, могущего парализовать удар или оказать сопротивление пуле61, и приглашают противников следовать на указанные жребием места и, по предложению распорядителя, передают им оружие.
Затем секунданты становятся
62 рядом со своими доверителями и притом так, чтобы не мешать бойцам в свободном движении, и чтобы каждый из соперников имел возле себя одного своего секунданта и одного противной стороны; а при поединках на пистолетах – в нескольких шагах (7–8) в сторону, по линии, параллельной направлению выстрелов, и таким образом, чтобы к каждому противнику находился ближе секундант чужой. Распорядитель становится в нескольких шагах в сторону от противников и притом так, чтобы они и их секунданты были на его глазах.
Позади секундантов стоял с каждой стороны врачи63.
и) Распорядитель-секундант подает команду и начинается бой.
Кроме лиц, участвующих в дуэли, никто из посторонних лиц не имеет права присутствовать на месте боя. Между тем у нас, в армии, в некоторых полках – вопреки установленным обычаем дуэли – поединки происходят в присутствии всех офицеров полка, во главе с полковым командиром.

Существо самого поединка (боя) на холодном оружии и на пистолетах. Разные виды поединка на пистолетах.

§ 15.
Поединок на холодном оружии. I. Старший секундант (распорядитель) с дуэлянтами становится на [151] средину поля64, становит их подле себя, друг против друга, и командует: «три шага назад». По исполнении дуэлянтами этой команды, распорядитель дает им одновременно оружие; затем отходит в сторону и командует: «К бою готовься», и когда противники станут «en garde», отходит в сторону и командует «начинай».
Бой начинается по команде: «начинай». До этой команды не допускается соприкосновение клинков, а если бы это произошло, то последние должны быть разъединены, и виновному в этой опрометчивости следует сделать выговор и потом уже возобновить поединок по правилам.
II. После команды дуэлянты могут податься вперед; нагибаться, кидаться направо или налево и наступать на противника с той или с другой стороны (произвольно) дозволяется; но пользоваться концом сабли и колоть65, а равно парировать клинок свободной рукой воспрещается. Оружие следует держать в правой руке, но можно драться и, держа его в левой руке, предупредив об этом заранее секундантов противной стороны66, но невооруженная рука отнюдь не должна принимать участия; удары и уколы клинком во все части тела допускаются. Вообще приемы боя должны соответствовать правилам фехтовального искусства.
III. Если у кого-либо из противников выпадет из рук оружие или сломается67, то противная сторона не имеет права воспользоваться этим для нанесения удара обезоруженному. Равным образом и вооруженные тем же оружием секунданты немедленно обязываются своим [152] вмешательством прекратить бой. Воспрещается наносить удары упавшему противнику и хватать его за руку или за оружие. После перовой раны, а в важнейших случаях – при серьезном поранении одного из противников – бой обыкновенно считается оконченным. При поранении, обезоруживании или падении дуэлянта каждый из секундантов обязан приостановить бой командой: «стой!». Секундант-распорядитель может приостановить бой и по другой причине, например, потому, что один из противников переступил границу «поля», или потому что они сошлись «грудь с грудью», или потому, что считал бы противников утомленными, но в последнем случае этот распорядитель обязан предупредить о своем желании секундантов противной стороны. С этой целью он поднимает оружие вверх, после чего один из секундантов противной стороны, если пожелает перерыва, приподнимает оружие, в знак согласия, таким же образом или произносит тотчас: «стой!». Если бы дуэлянты не приостановили бы боя, то секундант останавливает их, парируя их оружие своим68. При приостановке по какой-либо причине боя секунданты обязаны, как только последовала соответствующая команда, приступить вплотную к дуэлянтам, их разъединить и заставить, чтобы они отступили назад и опустили клинки. Два младших секунданта остаются при своих клиентах и наблюдают за ними, а старшие секунданты совещаются. Для продолжения прерванного боя поступают так же, как и при начале боя: противники, переступившие границу поля, становятся на места таким образом, как и в первый раз, и притом так, что переступивший границу становится к ней спиной, в трех шагах от нее, и бой продолжается лишь после команды распорядителя: «начинать». Но если противники не переступили границы поля, то при приостановке боя они остаются на своих местах, и отвоеванное у противника место ему не возвращается, но каждый из бьющихся делает по одному шагу назад.
IV. После каждого поранения бой приостанавливается, [153] а затем, если возможно, продолжается. Вопрос о характере раны решает врач. Рана считается серьезною та, которая делает бой неправильным. Но, по желанию раненого противник, бой продолжается, если только секунданты найдут его способным к продолжению его.
V. Если дуэлянт трижды нарушит границу «поля», то считается уклоняющимся от поединка, и таковой оканчивается, а об этом нарушении правил честного поединка заносится секундантами в протокол.
VI. Если бы один из дуэлянтов был ранен или убит вопреки правил дуэли или против обоюдно заключенных условий, то секунданты обязаны изложить сущность дела в протоколе и безотлагательно возбудить судебное преследование виновного. В военном же ведомстве распорядитель-секундант доносит командиру части, который уже возбуждает уголовное преследование, причем предварительное следствие производится обязательно по всякого рода дуэли.
VII. По окончании поединка противники подают друг другу руки.
§ 16. Поединок на пистолетах. I. По прибытии на место поединка, один из секундантов заряжает пистолеты в присутствии остальных, после чего, отвернувшись от них и от дуэлянтов, перемешивает пистолеты и, покрыв их платком, предлагает дуэлянтам, которые становятся на места боя, указанные им жребием, и держать полученные пистолеты дулами вниз и со спущенными курками. Секундант-распорядитель отходит от дуэлянтов в сторону и спрашивает их: «готово?»; получив утвердительный ответ, командует: «к бою». По этой команде противники взводят курки и подымают пистолеты к своей голове, дулом вверх. Затем распорядитель подает окончательную команду («начинай» или «стрелять») и начинается бой69.
II. Дуэль на пистолетах, как было уже указано, имеет несколько видов; а потому и команды, и самый характер боя представляются разнообразными70. [154]
1) При дуэли на пистолетах, стоя неподвижно.
Дистанция 15–40 шагов; первый выстрел принадлежит оскорбленному, при дистанции в 40 шагов, и когда ему нанесено оскорбление 2-го или 3-го рода; при меньшей дистанции и при оскорблении 10го рода право первого выстрела решается жребием, бросаемым секундантами. Распорядитель командует сначала «к бою» или «взводить», а спустя несколько секунд: «стрелять» (или «начинай»). После произнесения последней команды, дуэлянты должны стрелять по очереди, как кому следует; причем первый выстрел должен быть сделан в течение одной минуты или (по условию) 10 секунд и даже менее, но никак не менее 3-х секунд после команды; для второго выстрела тот же срок, считая от того момента, когда последовал первый выстрел71; по истечении этого времени дуэлянт теряет право стрелять. Секунды считаются вслух распорядителем или одним из секундантов72, следя по часам за секундной стрелкой, и, отсчитав условленное число «раз, два и т. д.», командует «стой». Таким образом, противник производит выстрел между командами «паз» и «стой».
2) При дуэли: стоя неподвижно и стреляя по желанию, т. е. произвольно (à volonté).
Дистанция 26 шагов, и противники становятся спиной друг к другу; подается команда «стрелять» или «начинай» (по этой команде противники обращаются друг к другу и взводят курки); затем секундант-распорядитель, с часами в руках, начинает громко считать посекундно: «раз, два, три» и т. д. до одной минуты или (как принято в некоторых государства) до 10 секунд и даже менее, но не менее 3-х секунд, и затем командует «стой». Дуэлянты обмениваются выстрелами между командами «раз» и «стой».
3) При дуэли с движением вперед.
Дистанция не более 30 шагов, но барьеры отстоят [155] не менее 10 шагов. Противники становятся с опущенными пистолетами в руках, а секунданты стоят попарно по обе стороны и против середины барьера в 10 шагах. По команде «к бою» или «взводить» противники взводят курки и подымают пистолеты дулом вверх, а по команде «вперед марш» идут вперед к барьеру, который, однако, не должны переходить. На этом расстоянии (т. е. между первоначальным местом и барьером) они могут стрелять (не выжидая новой команды), но для выстрела должны остановиться, но могут и после остановки целиться и, не выстреливши, опять продолжать движение вперед. После выстрела надо ждать, стоя на месте, ответного выстрела противника, которому (т. е. последнему) дается, считая от первого выстрела, только известное число секунд (10–20) для движения вперед и для выстрела73. Осечка считается за выстрел, и вторичного заряжания и выстрела не полагается. Упавший раненый имеет право стрелять лежа. Такая дуэль – если никто не был ранен – не может быть приостановлены ранее четвертого выстрелы. В случае поранения кого-либо из противников, дуэль немедленно прекращается, хотя бы раненый имел впереди еще оба выстрела и если не выстрелил в самый момент получения раны.
4) При дуэли с безостановочным движением вперед.
Дистанция до 50 шагов, а барьеры отстоят на 15–20 шагов. По команде «к бою» противники взводят курки и по команде «вперед марш» подходят друг к другу прямо или зигзагами, но в последнем случае отходя не более двух шагов в сторону от линии, соединяющей барьер с первоначальным местом, где были поставлены. Они могут целиться на ходу и останавливаться, и предоставляется стрелять, когда заблагорассудится; по первому выстрелу оба должны сразу остановиться, и один из них должен выждать ответный выстрел другого, которому нельзя уже идти вперед. Ответный выстрел должен последовать в течение 10–20 секунд и никак не более полминуты. Упавшему [156] раненому дается для ответного выстрелы вдвое более времени, считая от момента его падения.
5) При дуэли с движением по параллельным линиям (à ligne paralléle).
Дистанция 25–35 шагов, а барьеры отстоят на 15 шагов. Секунданты вынимают жребий, кому из противников тать на какую параллельную линию. Места для дуэлянтов находятся на конечных, противолежащих точках параллельных линий. Противники располагаются наискось, чтобы по отношению каждого из них линия другого приходилась с правой стороны, а секунданты становятся за противником своего клиента, правее его, для того, чтобы быть вне опасности от огня, но, однако, лишь несколько правее, а именно настолько, чтобы можно был, в случае надобности, тотчас подоспеть для приостановки дуэли. По занятии секундантами своих мест, распорядитель командует «вперед». По команде «вперед» дуэлянты взводят курки и каждый может двигаться вперед по своей линии, но может и остановиться на первоначальном месте, хотя бы другой и приближался к барьеру. Для выстрела необходимо остановиться, а после выстрела выждать, в совершенной неподвижности, ответного выстрела, на каковой выстрел полагается не более полминуты. Как только протекло это время, теряется право на выстрел. Раненый должен ответить выстрелом своему противнику, при чем упавшему раненому дается две минуты, считая с момента падения.
6) Дуэль по сигналу (au signal).
Дистанция 25–35 шагов. Распорядителем избирается один из секундантов оскорбленного, если дело идет об оскорблении 3-го рода. Сигнал состоит из трех ударов в ладоши с равными промежутками, каждый в 2–3 секунды. До подачи сигнала распорядитель предупреждает противников74, что при первом ударе поднимают пистолеты, а после третьего, но не ранее, должны мгновенно стрелять75. Затем подается сигнал, [157] и по первому удару дуэлянты поднимают пистолеты и целятся до третьего удара, а по последнему стреляют мгновенно и одновременно; и если бы один выстрелил своевременно, а другой продолжал бы целиться, то секунданты обязаны, даже рискуя своей жизнью, воспрепятствовать ему произвести выстрел. Секунданты виновного должны строго укорить его неблаговидностью поступка и могут, вместе с секундантами противника, назначить другую дуэль, если, конечно, не сочтут себя вынужденными сложить с себя секундантские полномочия76. Эта дуэль наиболее опасная, так как оба противника могут остаться на места; она применяется только тогда, когда желают хотя несколько уравновесить противоположность между ловкостью и неопытностью.
7) При дуэли по команде.
Дистанция 25–30 шагов. Правила этой дуэли походят на дуэль «по сигналу»; разница только в том, что при самой стрельбе соблюдается иной порядок. Распорядитель подает команду «огонь» и вслед за этим непосредственно громко считает: «раз, два, три», ударяя при каждом счете в ладоши; продолжительность паузы между счетами заранее устанавливается всеми секундантами и продолжается от полусекунды до полутора секунд. По команде «огонь» дуэлянты поднимают пистолеты и стреляют; право стрелять прекращается со словом «три». Этот вид поединка представляет наименее опасную дуэль и пользуется популярностью как во Франции, так и в Германии.
III. Бой приостанавливается: а) когда дуэлянт получит рану; 2) когда выпало из рук оружие; 2) когда один из дуэлянтов нарушит правила честного боя и т. д.
IV. Выстрел, нарочно пущенный в воздух, является выражением чистого великодушия, так как тем самым дуэлянт лишает себя защиты и дает преимущество своему противнику77.
V. По окончании поединка дуэлянты подают друг другу руку. [158]

Обязанности секундантов во время самого поединка (боя).

§ 17.
Секунданты регулируют бой, устраняя из него все то, что является продуктом злобы и мести или излишнего самохвальства, и наблюдая за тем, чтобы противники соблюдали во время самого боя все условия, предписываемые военно-сословными обычаями и не превращали бы поединок в простую резню или в умышленное посягательство на жизнь и здоровье; а потому секунданты ответственны за все, что относится к руководимой ими дуэли, за все факты, относящиеся к этой дуэли. Они должны соблюдать молчание, воздерживаться от всяких движений, внимательно наблюдать за бойцами и моментально, даже с опасностью для собственной жизни, приостановить бой, как только заметят нарушения правил дуэли или если произойдет поранение, обезоружение или падение кого-либо из противников78.
В случае нарушения правил дуэли, секунданты составляют о том протокол, а если последствием этих нарушений было поранение или убиение одного из противников, то безотлагательно возбуждается судебное преследование против виновного
79.
Признавая дуэлью только тот бой, который был выполнен по взаимному договору и соответственно с общепринятыми [159] условиями поединка, естественно требовать, чтобы поединок носил отпечаток, как выражаются старые французские писатели, той loyauté, которая и составляет характеристическую особенность этого преступления. Как скоро эти условия нарушены, дуэль становится обыкновенным убийством или покушением на него, или телесным повреждением, заслуживающим даже, по его вероломству, и усиленной ответственности.
В нашей армии суд общества офицеров входит в обсуждение каждого случая дуэли и постановляет об удалении того офицера, который, защищая свою честь или давая удовлетворение оскорбленному, не проявил при этом истинного чувства чести и личного достоинства, а обнаружил старание соблюсти лишь одну форму (II ч., § 3, прик. по в. в. 1894 г. № 119). В виду этого, секунданты обязаны строго наблюдать за тем, чтобы поединок имел серьезный характер, а не имел бы вида шутки или соблюдения одной лишь формы; в противном случае они должны приостановить бой, сложить с себя полномочия, а составленный о том протокол (подписанный секундантами) передается на рассмотрение суда общества офицеров80.
По окончании поединка распорядитель немедленно доносит командиру полка (части) об исходе дела. [160]

 

 

Примечания

1. Воен. Сборн. 1894 г., № 8, стр. 329.
2. Русск. Инв. 1984 г., №118 (объяснительная записка к закону о дуэли).
3. См. II часть книги «Историческое происхождение дуэли», стр. 73 и следующие.
4. Русск. Инв. 1894 г., № 118 (объяснительная записка).
5. Русск. Инв. 1894 г., №118 и Воен. Сб. 1894 г. № 8, стр.339.
6. См. II часть: «Историческое происхождение дуэли» (стр. 97–101).
7. См. I часть: «Суд общ. офиц. по действ. законодат.» §§ 1 и 4.
8. Воен. Сборн. 1894 г. №8, стр. 340.
9. См. I часть книги «Суд общ. офиц. по действ. законод.», § 41.
10. Под традициями части следует понимать не узкие и мелочные взгляды отдельной части, а общие традиции армии, образующие то общее возвышенное и благородное понятие о воинской чести, которым руководствуется общественное мнение в среде офицеров (I часть кн.: «Суд общества офицеров по действ. законод.», §§ 5–9).
При составлении проекта правил о дуэлях указывалось, что предоставление суду общества офицеров права свободно разрешать в каждом отдельном случае ссоры вопрос о степени грубости оскорбления, в смысле неуместности или необходимости собственно поединка, может породить пререкания и разногласия между судами разных частей войск по однородным фактам и особенно по одному и тому же случаю ссоры, если в ней участвовали офицеры разных частей войск. Такие разногласия, действительно, представляются возможными и даже вероятными. Тем не менее видеть в них что-либо опасное для всего корпуса офицеров не имеется оснований. И прежде, безусловно, не существовало полной солидарности во взглядах на вопросы чести и достоинство офицерского звания между разными частями войск. Такой солидарности сам закон не предполагает, почему, собственно, и суды общества офицеров учреждаются особо для каждой отдельной части войск, а учреждение такого суда для нескольких частей, проектировавшееся в недавнее время, было отвергнуто большинством высших военных начальников именно по указанной причине. Следовательно, те разногласия, которые в будущем внушают опасения, существуют уже теперь и только не обнаруживаются. Но обнаружение их, ожидаемое при действии вводимых правил, и будет, в сущности, той оздоровляющей реакцией, когда взгляды на вопросы чести лучших частей армии, встречаясь с такими же взглядами прочих частей, как более возвышенные и благородные, и должны будут, в конце концов, твердо укорениться во всем корпусе офицеров, а повысить в этом смысле общий уровень понятий о чести в офицерской среде и составляет всю задачу нового закона. (Воен. Сб. 1894 г. № 8, стр. 348–349).
11. Точно такие же правила установлены и в воен.-морском ведомстве, только вместо суда общества офицеров действует здесь с теми же полномочиями и в том же порядке «совет посредников» (прилож. III к 167 ст. XVII Св. Мор. Пост., изд. 1895 г.).
12. 553 ст. гласит: по получении следствия военный прокурор обязан, не позже как чрез неделю, препроводить следственное производство со своим заключением (о дальнейшем направлении дела: или о предании обвиняемого суду, или о прекращении дела в дисциплинарном порядке, или о прекращении или приостановлении следствия, или о неподсудности дела военному суду) к тому военному начальнику, от власти коего зависит предание обвиняемого суду, а если нет в виду обвиняемого, то к тому начальнику, по требованию коего производилось следствие.
13. Например: при легких обидах и оскорблениях или оскорблениях, нанесенных не намеренно или почти бессознательно, например: в нетрезвом виде или в пылу минутного страстного увлечения.
14. Например: если одна сторона, согласно мнению суда, готова извиниться или принять извинение, а другая настаивает на поединке, то дуэль должна состояться.
15. К сожалению, этот закон не введен в финских войсках, хотя они представляют собой лишь дробь российской армии.
16. См. ниже («Наказуемость дуэли по действ. законодат.»).
17. В настоящее время почти нет возможности определить. кто из лиц гражданских имеет или не имеет правоспособности дать удовлетворение, так как все принадлежащие к так называемому образованному классу считаются в данном случае якобы правоспособными. В действительности же дать удовлетворение может только тот, кто имеет правильный взгляд на сущность чести и образом своих действий не подал повода признавать себя бесчестным. Ниже (см. 133 стр.) указано, кто именно признается неправоспособным дать удовлетворение.
18. Существенная разница состоит только в том, что суд общества офицеров не имеет права участвовать в установлении условий самой дуэли, когда последняя состоится между офицером и гражданским лицом.
19. Военн. Сбор. 1894 г. № 8, стр. 345–346 и 349.
20. Таганцев «Лекции по угол. праву»; Неклюдов «Руков. к особен. части угол. пр.»; Франц ф. Болгар «Правила дуэли»; Verger “Code du duel”, Croabbon “La science du point d’honneur”.
21. По общепринятому в военном сословии обычаю вызов посылается не ранее и не позже, как через 24 часа по нанесении оскорбления и первый шаг к получению удовлетворения должен быть сделан обиженным; такой же срок полагается и на ответ, предполагая, конечно, что не было законных причин промедления. Если эти сроки пропущены, то извинением тому могут служить лишь особенно важные причины; в противном случае честь лица считается сильно задетою. На театре военных действий все дела, касающиеся оскорбления чести, решаются не ранее, как по заключении мира.
22. Письменный вызов называется обыкновенно картелью.
23. Если эти третьи лица только ограничились передачей вызова, то они носят название картельщиков или картельтрегеров, а если они определяли условия боя, присутствовали при нем и наблюдали за его правильностью, то они называются свидетелями или секундантами, причем ныне, обыкновенно, две эти роли соединяются вместе в одном или в двух лицах с каждой стороны.
24. Если бы противник все-таки стал бы вдаваться в объяснения, то секунданты должны немедленно удалиться и составить о том протокол, и вручить последний клиенту. А если бы вызываемый неоднократно (два раза) не сказывался дома или же был не заставаем в своей квартире, то секунданты оставляют свои визитные карточки и назначают время своего возвращения; если же они опять не были приняты в назначенное время, они объявляют вызываемому заказным письмом с предупреждением, что в случае неполучения ответа в течение суток, они будут смотреть на этот поступок как на отказ в удовлетворении или объяснении; если не последует ответа и на это письмо, они составляют о том протокол
25. Случай этого рода был в практике немецкого Reichsgericht’а, который в решении 20 сентября 1881 г. признал, что для понятия поединка, как боя, достаточно, чтобы одна из сторон совершила боевые действия, на которые противник не мог или не успел отвечать. (Таганцев «Лекции по угол. праву», стр. 218).
26. Эта последняя дуэль произошла в 1894 году в Индии между английскими офицерами.
27. Неклюдов «Руководство к особ. части угол. пр.», I, .стр. 153 и Таганцев «Лекции по угол. пр.», стр. 218.
28. По французским обычаям не допускается вызов коллективный, т. е. вызова несколькими лицами кого-либо по поводу одного и того же оскорбления; не допускается вызов между родителями и детьми и между братьями, а равно и вызов должником кредитора до уплаты долга.
29. Хотя употребление пистолетов, нарезных или снабженных шнеллером (приспособление для придачи спусковой пружине известной упругости) не исключается совершенно, но их следует избегать.
30. Шпага – обыкновенная, трехгранная.
31. Палка – оружие простолюдина; в средние века только дворяне носили меч или шпагу, оттого дуэли были только на этом оружии, а впоследствии присоединились пистолеты (Лохвицкий, стр. 562). В настоящее время, в среде офицеров, приняты еще шашка, палаш и эспадрон. Офицеры одного и того же рода оружия могут драться на своих собственных, им присвоенных, саблях, шашках и т. д.
32. При «стрельбе через платок» употребляются – в силу существующих обычаев только гладкоствольные пистолеты. Секундант, назначенный по жребию распорядителем дуэли, и его помощник остаются у дуэлянтов, а остальные два секунданта удаляются от места боя настолько, чтобы их не было видно, и заряжают один пистолет, а на другой надевают пистон. По окончании заряжания оба пистолета передаются распорядителю дуэли; последний, держа их за спиной, подходит к дуэлянту, которому по жребию досталось право выбора, и спрашивает: «в правой или в левой руке?» и затем передает пистолет, находящийся в указанной руке. Секунданты становятся в обыкновенном порядке: распорядитель и его помощник в 4 шагах от дуэлянтов, а остальные в 20 шагах за первыми, а противникам передается карманный платок, который они берут за два диагонально противоположные конца. Распорядитель предупреждает дуэлянтов внимательно слушать сигнал, состоящий из одного удара в ладоши, и чтобы по сигналу стреляли мгновенно и одновременно. Спустя несколько секунд подает сигнал, крепко ударяя в ладоши. Если бы один из дуэлянтов выстрелил раньше сигнала, и у поступившего таким образом оказался заряженный пистолет, и он убил противника, то секунданты составляют об этом происшествии протокол, согласно которому должно быть возбуждено уголовное преследование против коварного убийцы. (Verger. 386 и др. стр.).
Эти необыкновенные дуэли не имеют ничего общего со стремлением смыть с благородным мужеством оскорбление; и никто из дуэлянтов не обязан принять такую дуэль; она может состояться только при добровольном желании противников и только тогда, когда причины из ряда вон выходящие, и если секунданты согласятся на допущение такой дуэли. Вообще же эти дуэли должны быть решительно отвергнуты, и секундантам вменяется в правило при обсуждении условий не соглашаться на такие дуэли.
33. Чтобы простую ошибку, недоразумение или заурядную обиду не принять за оскорбление, следует обиженному прежде всего всесторонне обсудить, есть ли это оскорбление следствие минутного возбуждения или служит выражением внутреннего убеждения. Для вернейшего разрешения такого вопроса необходимо, так сказать, внутренне исследовать себя: нахожусь ли я под болезненным впечатлением минуты или же действительно моя честь оскорблена? В таком случае необходимо руководствоваться единственно голосом совести, без малейшего примеси гнева, раздражения и самолюбия. Точно также и французские писатели считают необходимым условием поединка особенный к тому повод; поэтому вместо обиды (injure) они признают таковым несравненно более широкое понятие – «offense» (Verger, стр. 166).
34. Долг каждого честного человек сознаться в несправедливом по отношению к другому поступке. такое сознание нисколько не умалит нравственного достоинства, а послужит лишь к разъяснению недоразумения, раскаянию в непреднамеренном оскорблении, заставит извиниться, взять назад свои слова.
35. Хотя в Германии до сих пор смотрят на дуэль, как на одно из средств, воспитывающих, особенно среди молодых офицеров, сознание о долге чести,– но воспитательное значение дуэли, очевидно, состоит в том, что никто, кроме отчаянных сумасбродов и буянов, вообще говоря, искать ее не будет; обычай дуэли не оставляет необходимости и к ней прибегают лишь в случаях, когда уже нет никакого иного способа к удовлетворению тяжко оскорбленной чести («Воен. Сбор.» 1894 г., VIII, «О быте офицеров германской армии», стр. 375).
36. Самое удобное время для дуэли – часы, следующие за полднем. Ни одна сторона не обязана дожидаться противника на месте дуэли более ¼ часа; по истечении этот срока можно удалиться, и секунданты составляют об этом протокол.
37. Но секунданты не должны допускать, чтобы учитель фехтования выбрал свое специальное оружие, разве только, если ему было нанесено оскорбление 3-го рода (см. ниже, пункт ж). В этих случаях учителю фехтования следует, для поддержания достоинства своего звания, принести некоторую жертву: предоставить выбор оружия своему противнику.
38. Неклюдов, I, стр. 154.
39. В Англии, несмотря на обыденную безнаказанность дуэли, приговорили к смертной казни дуэлиста, стрелявшего из своих пистолетов и скрывшего от противника это обстоятельство. (Неклюдов, I, стр. 154).
40. Секунданты на месте боя должны удостовериться, что ни один из противников не имеет никаких предметов, которые могли бы парализовать удары и сделать бой неравным (например, сокрытое от противника имение лат, кольчуги и т. п.).
41. Verger, стр. 164.
42. Таганцев, 228–229 стр.
43. Распорядитель (старший) пользуется особым авторитетом; потому, когда секунданты не могут придти к соглашению между собою относительно условий дуэли, то в таком случае должны подчиниться его приговору.
44. Эти переговоры должны вестись в строгой тайне.
45. Дуэлянты ни в каком случае не должны иметь сношений или переговоров с секундантами противной стороны и наоборот: секунданты никогда не должны иметь личных сношений с самим противником, а только с его секундантами.
46. Прежде чем не ознакомятся в точности с желаниями своего клиента и не получат от него надлежащих инструкций, секунданты не имеют права сходиться для общего совещания.
47. Так французские обычаи различают duel au pistoler à pied ferme, à volonté, à marcher interrompue, a ligne paralléle, au signal (т. е. дуэль на пистолетах, стоя неподвижно; дуэль, стоя неподвижно и стреляя произвольно; с движением вперед, с безостановочным движением вперед; с движением по параллельным линиям; по сигналу).
48. Наше законодательство, а также некоторые иностранные кодексы строго преследуют подобного рода дуэль, а итальянское уложение (243 ст. 4 п.) подобного рода дуэль не считает дуэлью. Наше уложение говорит о случае такого рода в ст. 1504 и, требуя для квалификации, чтобы при самом вызове было положено условием биться на смерть и чтобы последствием сего поединка была смерть одного из дуэлянтов или нанесение смертельной раны,– карает: ссылкой на поселение того, кто предложил подобное условие, и заключением в крепости на время от 6 лет 8 месяцев до 10 лет – того, кто принял такое условие.
49. Хотя, конечно, дуэли между офицерами могут состояться и помимо суда общества офицеров, а следовательно, без всякого с его стороны постановления поп оводу ссоры, вызвавшей поединок.
50. Нечего опасаться секундантов, которые (следует приглашать по одному от каждой стороны), имея два голоса, не могут иметь решающего значения на постановление суда.
51. По французским обычаям правильною дуэлью на пистолетах почитается дуэль на расстоянии от 15–40 шагов (12–30 métres); обыкновенное расстояние 30–25 шагов. Дуэль на десяти шагах считается уже исключительной. Исключительные же дуэли должны быть решительно отвергнуты. (См. сей § пун. IV).
52. См. выше, стр. 136 (пункт V).
53. По французскому обычаю не допускается вызов в отмщение за повреждение или смерть, причиненные одному из противников дуэли.
54. Одно признание несправедливости своего поступка не может считаться извинением. Подобный факт не должен никогда обсуждаться на месте дуэли, но всегда заранее. При оскорблении на письме следует и извиняться письменно.
55. Но это правило теряет свою силу при нанесении такими лицами оскорбления третьего рода.
56. Но это право не ограничивает указанных выше обязанностей секундантов не допускать борьбы «на жизнь или на смерть» и дистанции, определенной для правильной дуэли, т. е. менее 15 шагов.
57. По возможности, по одному с каждой стороны.
58. Судя по тексту нашего закона о дуэли, эта обязанность секундантов ограничена в тех случаях, когда суд общества офицеров признал невозможным примирение и постановил дуэль необходимою; но в остальных случаях. а именно – когда суд принимал меры к примирению, но таковое не состоялось, или когда дуэль состоится помимо постановления суда общества офицеров,– секунданты обязаны пред самым боем делать попытку к примирению дуэлянтов. Эта обязанность установлена даже нашим уголовным кодексом (см.: II ч., § 26, ст. 1507 Улож. о нак.). В Германии подобную последнюю попытку к примирению, на месте боя, делают представитель «Совета посредников» суда чести или «Добросовестный» (Unpartheiischer), выбираемый секундантами, которому препоручается весь ход поединка.
59. Если «вызов», т. е. условия дуэли не написаны, то эти условия говорятся распорядителем на память. Рекомендуется составлять эти условия письменно. Вызов должен содержать вкратце их обозначения: 1) места, 2) времени, 3) оружия и 4) специальных условий.
60. Допускается, чтобы один из секундантов заряжал пистолеты в присутствии остальных, после чего, отвернувшись от них и от дуэлянтов, перемешивает пистолеты и, накрыв их платком, предлагает дуэлянтам.
61. Нежелание подвергнуться этому осмотру считается уклонением от дуэли. Верхнее платье, обыкновенно, не снимается, а секунданты отбирают от своих клиентов часы, портмоне и пр.
62. Секунданты должны также иметь оружие; но считается достаточным, если будет вооружен распорядитель; в последнем случае прочие секунданты должны быть снабжены палками, причем палки, сделанные в виде шпаги, не допускаются («Правила дуэли» Франца фон-Болгара, перев. Фельдмана, стр. 42). Офицеры, разумеется, должны быть при оружии.
63. Рекомендуется, если возможно, каждой стороне привести с собою врача.
64. Поле должно быть чистое, ровное, и чтобы лучи солнца не ослепляли противников.
65. Такой поступок считался бы коварным убийством, так как противник от таких неожиданных ударов не имел бы в виду защищаться.
66. Употребление фехтовальных перчаток находится в зависимости от обоюдного соглашения: надеть же обыкновенную, форменную перчатку всегда разрешается. Можно обвязать себе сустав кисти руки карманным носовым платком, но концы его не должны развеваться, чтобы не развлекать глаз противника.
67. Если во время боя оружие пришло в негодность, то оба противника должны получить новое; но из этого правила изъят тот случай, когда у противников в употреблении свое собственное оружие.
68. Секунданты при этих дуэлях вооружаются холодным оружием.
69. Таковы общие правила дуэли на огнестрельном оружии. Ниже излагаются последующие действия сторон, сообразно виду дуэли.
70. Описываемые ниже дуэли считаются правильными и признаны таковыми общественным мнением; в отличие от этих дуэлей существуют еще так называемые необыкновенные, исключительные, осуждаемые общественном мнением и не принятые в военном быту (см. II ч. § 13 и IV, стр. 134).
71. Запоздание выстрела считается нарушением правил дуэли.
72. Осечки принимаются за выстрел, если только по отношению к ним не состоялось особого условия. Обычаем принято считать осечку за выстрел.
73. Секунды отсчитывает вслух один из секундантов, преимущественно секундант-распорядитель.
74. Противники занимают доставшиеся по жребию места, получают там пистолеты, которые, по взведении курков, они должны опустить дулами вниз, и в таком положении выжидать сигнал.
75. Выстреливший ранее третьего раза, считается коварным убийцею.
76. При этой дуэли осечка безусловно приравнивается к выстрелу.
77. Но необходимо отличать случаи «соблюдения одной лишь формы дуэли», предусмотренные прик. по воен. вед. 1894 г. № 119 (см. выше, ч. II, гл. III).
78. При дуэли холодным оружием секунданты, конечно, обязаны прекратить поединок, как скоро оказалось бы, что одна из сторон не имеет понятия об обращении с выбранным оружием или находится в таком болезненном состоянии, что не в силах начать или продолжать бой; при не исполнении же этого условия, раны и повреждения, нанесенные в поединке, а должны рассматриваться по общим правилам: бой будет выполнен с заведомым нарушением правил о равноправности сторон. При поединке на пистолетах перевес искусства одной из сторон, также как и верности глаза, стойкости и силы не может иметь значения, так как житейский опыт указывает нам, что очень часто смертельный удар наносится противником неопытным, впервые имеющим дело с этим оружием.
79. Секунданты того из противников, на которого возводится обвинение в нарушении правил дуэли, честью своею обязаны показать правду. Если бы секундант был вызван тотчас по окончании боя, то он не может согласиться на непосредственную дуэль на том же месте; подобный вызов должен считаться совершенно новым инцидентом. Секунданты, вызванные секундантами противной стороны из-за дуэли, которой они руководили, пользуются всеми правами потерпевшего 3-го рода, если бы оказалось, что при прениях, подавших повод к вызову, право было на их стороне.
80. Обычаем установлено составлять протокол по каждому делу, излагая в нем кратко весь ход дуэли, начиная с предварительного совещания секундантов для улаживания дела мирным путем, а при невозможности достигнуть этого, указать условия дуэли, время и место боя, и скрепить все это, после совещания, подписью всех секундантов; затем, после дуэли, удостоверить, что она состоялась согласно заключенным условиям, и указать, кто был ранен, и помирились ли соперники после боя; все это также удостоверить подписью всех секундантов с объяснением, какое лицо они заступали. Составление протокола служит гарантией правильности и гуманности действий сторон, и стороны, на основании протокола, могут доказать законность своих действий, если дело станет предметом судебного разбирательства. В виде образца в конце книги приложен протокол дуэли, бывшей 15 августа 1897 г. между принцем Орлеанским и графом Туринским.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru