: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Швейковский П. А.

Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской Армии

 С.-Петербург, 1898 год.

 

Публикуется по изданию: Суд общества офицеров и дуэль в войсках Российской Армии. Действующее законодательство со всеми комментариями. Составил П. А. Швейковский, Военный Следователь Петербургского Военного Округа. - СПб., 1898 год.

 

III. Наказуемость дуэли по действующему законодательству.

 

Глава I. По воинскому уставу о наказаниях. (XXII кн. С. В. П. 1869 года, изд. II).

§ 18. Правила о дуэлях имеют в виду частные, а не служебные столкновения. На службе подобные столкновения произойти не могут: оскорбление на службе не может иметь места, ибо оно является в таком случае скорее оскорблением службы и касается чести не оскорбленного, а оскорбителя. Поэтому, в силу 99 ст. Воин. Уст. о нак., «вызов начальника на поединок по делу, касающемуся службы», составляет тяжкое воинское преступление, и «виновный подвергается исключению из службы с лишением чинов или заключению в крепости от одного года и четырех месяцев до четырех месяцев до четырех лет, или разжалованию в рядовые. Начальник, принявший вызов, подлежит тому же наказанию, как и сделавший ему вызов. Буде вследствие вызова поединок состоялся, то наказание определяется на основании правил о совокупности преступлений» (99 ст. Воин. Уст. о нак. и 1497–1542 ст. Улож. о нак.). Таким образом, если между начальником и подчиненным состоится поединок по вызову последнего и при том по делу, касающемуся службы, то оба они подлежат наказанию по правилам о совокупности преступлений, т. е. за вызов и принятие его по ст. 99 Воин. [161] Уст. о нак. и сверх того за самый поединок по Уложению; в обратном случае, т. е. если вызов будет сделан начальником и принят подчиненным, применяются только общие уголовные законы.
«Младшие за вызов старших на поединок по делу, касающемуся службы, подвергаются наказаниям, определенным в 99 ст. Воин. Уст. о наказ, но всегда одною, двумя или тремя степенями ниже. В настоящем случае младшими признаются обер-офицеры в отношении штаб-офицеров и генералов, а штаб-офицеры в отношении генералов» (100 ст. Воин. Уст. о нак.).
Само собою разумеется, что какие бы то ни было столкновения между начальниками и подчиненными, а равно между старшими и младшими не подлежат ведению суда общества офицеров.

 

Глава II. По Уложению о наказаниях, уголовных и исправительных.

А. Дуэлянты.

§ 19. За вызов на поединок, хотя бы «он не имел никаких последствий», т. е. хотя бы он не был принят вызываемым, виновный подвергается аресту от 3-х до 7-ми дней (1 ч. 1497 ст.); но вызов, взятый обратно самим вызывавшим, как одно лишь приготовление, остановленное по собственной воле, ненаказуем (113 и 1506 с.).
Указанное в 1 ч. 1497 ст. наказание усиливается 1 или 2 степенями, если вызов был сделан именно тем лицом, которым дан и первый повод к ссоре, т. е. лицом, начавшим ссору1 (ст. 1498). Напротив, если вызов учинен вследствие нанесенного вызывающему [162] тяжкого личного оскорбления или же вследствие оскорбления отца его, матери или другого родственника по восходящей линии, или жены, или невесты, или родной сестры, или дочери, невестки, свояченицы, или вверенных опеке его лиц, и вызов не имел последствий, то сделавший его или освобождается от всякого наказания или же приговаривается только к аресту на время от 1 до 3 дней (ст. 1499).
§ 20. За принятие вызова полагается арест от 1 до 3 дней (ст. 1502); причем, согласно 1506 ст., принявший вызов наказывается только в том случае, когда он выйдет на поединок, и таковой не последовал не по воле обвиняемых; так что одно изъявление согласия или вступление в переговоры, лично или через свидетелей, по букве закона не подлежит наказанию.
§ 21. Поединок состоявшийся:
1) когда поединок окончился без кровопролития, так что дуэлянты, хотя и разменялись ударами, но даже не причинили царапины друг другу. В этих случаях: а) вызвавший подвергается – если не он был виновником ссоры – аресту от 3 недель до 3 месяцев (2 ч. 1497 ст.), а если он изобличается в учинении поединка во второй раз – заключению в крепости от 2–4 месяцев (3 ч. 1497 ст.); или же, если он был и виновником ссоры, то ему назначается тюрьма т 2–8 мес., а при повторении – крепость от 4 мес. до 1 года и 4 мес. (1498 ст.); б) вызванный (принявший вызов) подлежит аресту от 3–7 дней, безразлично к тому, был ли он зачинщиком ссоры или нет (1502 ст.).
2) Поединок, окончившийся лишь нанесением легких ран, не подвергающих жизнь получившего их опасности и не грозящих ему ни увечьем, ни важным в здоровье расстройством. В этих случаях тот, кто нанес обиду, давшую повод к поединку, или, буде сего с достоверностью узнать нельзя, тот, кем сделан вызов, подвергается заключению в тюрьме или крепости от 8 мес. до 1 года и 4 мес., а его противник – заключению в тюрьме или крепости от 2–4 мес. (1505).
3) Поединок, окончившийся увечьем или тяжкою раною, влечет для виновного в том повреждении, если при том он или дал повод к поединку, или, за неизвестностью зачинщика, вызвал на поединок – влечет заключение в крепости от 2–4 лет, а если не им дан повод или сделан вызов – на время от 8 мес. до 2 лет (1503).
4) Поединок, окончившийся смертью, влечет для виновного в лишении жизни, если притом он или дал повод к поединку, или, за неизвестностью зачинщика, вызвал на поединок – влечет заключение в крепости от 4 лет до 6 лет и 8 мес., а если не им дан повод или сделан вызов – на время от 2–4 лет (1503). Если же поединок был с условием биться насмерть, то предложивший такое условие подлежит ссылке в Сибирь на поселение, а принявший – заключению в крепости от 6 лет 8 мес. до 10 лет (1504 ст.)2.
§ 22. За поединок без секундантов, если последствием оного была смерть или тяжкие раны, виновный подвергается наказаниям, в предшедшей 1504 ст. определенным; когда же последствием такого поединка не были ни смерть, ни же нанесение тяжких ран, оба виновных подвергаются заключению в крепости от 1 года и 4 мес. до 2 лет (1509 ст.).
Кто на поединке убьет своего противника или нанесет ему тяжкую (не смертельную) рану каким-либо изменническим способом (умышленное или коварное отступление от условленных или обычных правил боя во вред своему противнику), тот подвергается наказанию: а) в случае смерти или смертельной раны – самой высшей мере наказаний, определенных в ст. 1454 за предумышленное убийство; а ежели поединок был еще и без секундантов – то наказанию по ст. 1453, т. е. как за убийство в засаде; и б) в случае нанесения тяжкой раны – высшей мере наказания, следуемого по 1477 ст. за предумышленные тяжкие раны (1510 ст.).
§ 23. Примирение дуэлянтов. Если вышедшие или уговорившиеся выйти на поединок примирятся и прекратят его, хотя по обнажении или приготовлении к бою [164] оружия, но без кровопролития, по собственному побуждению или следуя советам и побуждениям свидетелей (секундантов), а не по обстоятельствам, от них не зависевшим3, то они освобождаются от всякого наказания и преследования (1506 ст.). Право примирения начинается с момента вызова и продолжается до самого начатия боевых действий, т. е. до выстрела или до боевого удара холодным оружием. После этого момента безнаказанное примирение не допускается и дуэль почитается вполне совершившейся.

Б. Участники и прикосновенные4.

§ 24. Подстрекатели к поединку. Под именем подстрекателей Уложение разумеет: а) лиц, умышленно возбуждающих кого-либо к поединку (1 ч. 1500 ст.), т. е. тех, которые подстрекают к вызову или же принятию оного; б) лиц, уговоривших или побудивших кого-либо к умышленному тяжкому оскорблению другого лица, с целью дать повод к поединку (2 ч. 1500 ст.)5; и в) лиц, упрекавших или оскорбивших словом или делом не вышедшего, по сделанному вызову, на поединок или прекратившего оный примирением (1 ч., 1512 ст.); под упреками следует разуметь не простое выражение мнения в пользу поединка, а укор, обвинение в трусости или недостатке мужества и т. п.
Для ответственности за подстрекательство требуется, чтобы поединок состоялся, хотя бы и окончился без кровопролития; если же поединка не произошло, то подстрекатель отвечает только за то, что было преступного в его действиях; так 2 ч. 1512 ст. прямо говорит, [165] что если поединка не произошло, то виновный подлежит наказаниям за обиды, а следовательно в тех случаях, когда в его действиях не заключается и обиды, он должен быть признан вовсе ненаказуемым. Виновные в подстрекательстве к поединку, смотря по обстоятельствам дела, подвергаются: или заключению в крепости от 1 года и 4 мес. до 4 лет; но без ограничений прав, или в тюрьме от 4 мес. до 1 года и 4 месяцев.
По проекту нового Уголовного Уложения определено весьма строгое наказание за подстрекательство к вызову, но о наказуемости делающего самый вызов проект умалчивает.
§ 25. Передатчики вызова (картельщики), т. е. лица, которые заведомо перенесут другому вызов на поединок (1501 ст.), но лишь при условии: а) чтобы передатчик, перенося словесный или письменный вызов, знал его содержание, и б) чтобы он при исполнении возложенного на него поручения не принял всех возможных средств для примирения или же каким-либо иным способом не предупредил последствий вызова6. Виновный подвергается аресту от 3–7 дней. Но если с его стороны были сделаны все попытки к примирению, то он освобождается от наказания, хотя бы самый поединок и состоялся.
§ 26. Секунданты (свидетели поединка)7. Ответственность секундантов сообразуется отчасти с характером самого поединка, а всего более – с характером их деятельности, а именно:
а) если секунданты, пред поединком или при самом поединке, употребили все возможные для них средства убеждения для предупреждения или прекращения оного, то они освобождаются от всякой ответственности (1507 ст.). [166]
б) Если секунданты не употребили надлежащих усилий (закон не требует для безнаказанности секундантов ни донесения властям, ни принятия каких-либо физических, препятствующих поединку мер; требуется только нравственное влияние на противников, серьезное старание склонить их к миру путем убеждения или уговора) к прекращению поединка, то в случае смерти какого-либо из сражавшихся или обоих, или же нанесения смертельной раны, они подлежат к заключению в крепости на время от 4–8 мес.; во всех же прочих случаях – заключению в тюрьме от 2–4 мес. (1507 ст.).
в) Если секунданты побуждали к начатию, продолжению или возобновлению поединка, то они приговариваются к заключению в крепости от 2 лет и 8 мес. до 4 лет, причем Уложение не обращает внимания на то обстоятельство, окончился ли поединок без кровопролития или сопровождался причинением тяжких ран и даже самой смерти (1508 ст.).
г) Если же секунданты допустили поединок с условием, чтобы он окончился непременно смертью одного из дуэлянтов, и если при том эта смерть последовала или была нанесена смертельная рана, то они подлежат заключению в крепости от 2–4 лет (3 ч. 1504 ст.).
д) Секунданты, способствовавшие причинению смерти или нанесению раны изменническим образом8, наказываются, как за участие в предумышленном или изменническом причинении этих последствий на основании 1454 или 1477 ст. Улож. (4 ч., 1510)9.
§ 27. Случайные свидетели. Под ними закон разумеет тех случайно находившихся при поединке христиан10, которые не воспользуются своею бытностью для примирения противников. Закон не требует от них ни доноса, ни физического вмешательства; для безнаказанности этих случайных очевидцев достаточно простого уговора [167] сторон к миру, несколько увещевательных слов, обращенных к дуэлянтам.
Такие очевидцы, за неисполнение этой христианской обязанности, подвергаются церковному покаянию, если поединок окончился смертью или нанесением тяжкой раны (1511 ст.).
§ 28. Врачи (медики)11, присутствующие при поединке, для подачи медицинской помощи раненым, не почитаются свидетелями и поэтому признаются не наказуемыми (прим. к 1507 ст.). Иное дело, если врач примет на себя звание секунданта или же совместит в себе бое эти обязанности: в этих случаях он, конечно, должен ответствовать по правилу об ответственности секундантов.
§ 29. Все остальные лица, хотя и оказавшие заведомое содействие дуэлянтам (например, продажей или приготовлением оружия), не подлежат ответственности за поединок, к которому, в виду его особой уголовно-юридической природы, не применяются общие правила о соучастии.

 

Глава III. Общие соображения относительно наказуемости военнослужащих за дуэли, в виду нового закона о дуэлях в офицерской среде.

§ 30. Высочайше утвержденными «Правилами о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде»12 вводится весьма серьезное исключение из действующего ныне общего правила Устава о предупреждении и пресечении преступлений, что начальство и даже каждое постороннее лицо обязаны предупреждать дуэли, употреблять меры к примирению поссорившихся и вообще препятствовать поединкам; новым законом, напротив того, суд общества [168] офицеров, а иногда и начальник части (п. 5. ст. I, прик. по в. в. 1894 г. № 118) прямо уполномочиваются свободно высказываться за дуэль, признавать примирение иногда неуместным, а затем влиять даже на установление самых условий дуэли13. Правила 13 мая 1894 года, не вызывая никаких изменений собственно в общих постановлениях нашего законодательства, с одной стороны налагают, в чисто военных интересах, особые обязанности по делам о дуэлях исключительно на суды общества офицеров, на самих офицеров и в некоторых случаях только на военных (а не гражданских) начальников14, а с другой – устанавливают особый порядок направления дел о поединках в офицерской среде15.
С установлением же правил, предоставляющих суду общества офицеров предварительное обсуждение вопроса об уместности (необходимости) дуэли, само собою возникал вопрос о наказуемости таких дуэлей. Вопрос этот требовал разрешения, но уже не в смысле меры предупредительной, а исключительно в интересах справедливости: раз дуэль будет одобрена судом по законному его на то уполномочию, наказывать за нее дуэлянтов было бы, очевидно, несправедливо. В самом деле, новый закон о дуэли (13 мая 1894 г.) не был согласован с Уложением о наказаниях уголовных и исправительных изд. 1885 г., действие которого распространяется на всех граждан Российской Империи, в том числе и на военнослужащих. [169] Согласно этому Уложению – поединок является преступлением (1497 ст. Улож.). В силу же закона о дуэли военнослужащие (офицеры) в известных случаях обязаны вызывать на дуэль или принимать вызов, т. е. обязаны совершить деяние, преследуемое общеуголовным законом. Такого рода противоречие специально-военного закона о дуэли общеуголовному закону не может не поколебать силу и значение (авторитет) общегражданского закона, но для устранения этого противоречия нужно было внести новый закон о дуэли на обсуждение Государственного Совета, что потребовало бы значительного времени. Военное же министерство предпочло издать, в дополнение к закону о дуэли, в том же приказе 1894 г. за № 118, примечание к 553 ст. Воен.-Судебн. Устава, на основании которого поединок остается преступлением, караемым по уголовному закону, и только по особому ходатайству возможно изъятие из общего уголовного порядка в путях Монаршего милосердия16. «Установить, однако, заранее, в виде общего правила, меньшую наказуемость и особенно полную безнаказанность таких дуэлей, как видно из мотивов к приказам по воен. вед. 1894 года за №№ 118 и 119,– оказывалось крайне затруднительным, потому что признать таковыми все офицерские дуэли невозможно; сделать изъятие только для оскорбленного, как участвующего в поединке по несчастной случайности и защищающего свою честь, а косвенно и честь всего общества офицеров, тоже было бы не всегда справедливым, так как встречаются случаи, когда трудно определить, кто оскорбивший и кто оскорбленный, да кроме того нередко и грубое оскорбление вызывается такими мотивами, что сочувствие всецело на стороне оскорбившего, а не оскорбленного. Затем признать ненаказуемым только те офицерские дуэли, которые состоятся по предварительном постановлении суда общества офицеров, что дуэль в данном случае уместна, хотя и наиболее отвечало бы общему характеру предположенной меры, но не обнимало бы всех случаев офицерских [170] дуэлей, заслуживающих снисхождения, так как естественно ожидать, что в случаях наиболее резких при несомненных, так сказать, поводах е поединку таковой может состояться прежде даже, чем соберется самый суд, и, тем не менее, характер самой дуэли от этого нисколько не изменится, тем более что и главная цель всех проектировавшихся правил заключалась в устранении собственно тех случаев грубого оскорбления, которые не разрешаются поединком. Наконец, ставить безнаказанность дуэли в зависимость от подчинения участников оной мнению суда общества офицеров было неудобно и в том отношении, что одна из сторон может быть готова подчиниться мнению суда об уместности примирения, другая же предпочтет дуэль, которая и состоится: едва ли было бы справедливо в подобных случаях лишать всякого снисхождения и того из дуэлянтов, который, при полной своей готовности, согласно постановлению суда извиниться или принять извинение, уступает противнику, настаивающему на поединке. За невозможностью таким образом заранее выделить в виде общего правила те случаи дуэлей в офицерской среде, которые по справедливости надлежит признать ненаказуемыми, оставался один выход в этом отношении: разрешать вопрос о ненаказуемости или безнаказанности подобных дуэлей по каждому делу особо, сообразно важности поводов к дуэли и, главное, смотря по тому, была ли она признана необходимой постановлением суда общества офицеров». (Законодат. мотивы к проекту правил о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде).
Но такая условность наказуемости офицерских дуэлей в свою очередь непосредственно вызывала необходимость изъятия следственных дел о них из ведения суда и разрешения этих дел в порядке административном. Поэтому Высочайше утвержденными «правилами о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде» постановлено, что всякое следственное производство о поединке в офицерской среде, предварительно направления в суд, должно представляться с заключением прокурорского надзора и бывшими по данному случаю постановлениями [171] суда общества офицеров к Военному Министру, который входит со всеподданнейшим докладом к Государю Императору о прекращении тех из сих дел, которым не признается возможным дать движение в установленном судебном порядке (см. II ч., § 2, II ст. прик по воен. вед. 1894 г. № 118 и 2 пункт прик. по в. в. 1894 г. № 119).
Следовательно, «в общем вводимые ныне правила признают дуэли не только уместными иногда в офицерской среде, но даже необходимыми, а косвенно признают их, по справедливости, и ненаказуемыми в этих случаях. Если о безнаказанности таких дуэлей прямо не выражено в самом законе, то единственно по крайней затруднительности выделить заранее имеющиеся в виду случаи, как это и объяснено выше» (из объяснительной записки, опубликованной в. Русск. Инв. 1894 г. № 118). [172]

 

 

Примечания

1. Поэтому если бы кто-нибудь обругал другого, за что получил пощечину, а затем обругавший вызвал на дуэль, то вызвавший будет наказан как виновник ссоры. (Неклюдов, I, стр. 161).
2. Закон не соединяет с указанными выше наказаниями ни лишения, ни ограничения прав, за исключением причинения смерти на дуэли, состоявшейся с условием биться на смерть.
3. Например: случай прекращения поединка вмешательством власти или физическим вмешательством других лиц.
4. По Германскому Уложению наказанию подлежат исключительно главные участники дуэли, т. е. одни дерущиеся на дуэли; остальные же лица ненаказуемы. Эту систему целиком усваивает изготовленный уже новый проект нашего уголовного уложения, так что ныне действующие правила о наказуемости участников и прикосновенных лиц потеряют вскоре свою силу (см. прилож. в конце книги, статья 411).
5. Например: во Франции нередки случаи, где лицо, желая отомстить своему противнику, но не решаясь само вступить с ним в бой, подговаривает какого-нибудь записного дуэлянта нанести ему оскорбление и затем, в случае вызова, выйти с ним на поединок (Неклюдов, I, стр. 171). Подстрекатели и бретеры не могут быть терпимы в армии.
6. Из смысла статьи закона явствует, что здесь идет речь о лицах, могущих и долженствующих по самой своей профессии иметь интеллектуальное влияние на вызывающего и вызываемого, т. е. не о простых передатчиках или посыльных (например, лакея, который отнесет письмо, зная, что оно заключает в себе вызов на поединок), а о картельщиках или посредниках (Неклюдов, I, стр. 171).
7. К свидетелям не относятся лица, хотя и оказавшие дуэлянтам какое-либо содействие, но не принимавшие участия в наблюдении за боем или в установлении его условий, каковы, например: кучер, доставивший дуэлянта на место, врач, оказавший ему медицинскую помощь (Фойницкий, «Курс угол. права», 65 стр.).
8. Такое участие может быть не только физическое (преждевременно дали сигнал, подсунули противнику незаряженный пистолет, неотточенную шпагу и т. п.), но и интеллектуальное (уговор, совет).
9. На основ. 1454 ст. (в случае смерти) полагается ссылка в каторжные работы от 15–20 лет, а по 1477 ст. (нанесение раны, увечья) – ссылка в Сибирь на поселение или каторжные работы от 4–6 лет.
10. Закон наказывает таких случайных очевидцев «церковным покаянием», а эта церковная кара применяется к одним лишь христианам.
11. Под врачами следует разуметь не только врачей и хирургов, но и всякое лицо, приглашенное с целью врачебного пособия раненому, например, фельдшера или даже простолюдина, занимающегося лечением ран.
12. См. выше, II часть § 2.
13. Как мы уже высказали выше, суду общества офицеров должно быть предоставлено право устанавливать условия дуэли не в смысле одного лишь нравственного влияния (как это допущено ныне действующим законом), а в виде активного участия в обсуждении и определении этих условий, для чего должны приглашаться в суд и секунданты обеих сторон. Говорят, что нельзя допустить участия суда общества офицеров в установлении условий поединка, т. е. деяния, преступного с точки зрения общего уголовного закона. Но это возражение не выдерживает критики и находится во внутреннем противоречии с законом о дуэли (13 мая 1894 г.), в силу которого суду общества офицеров предоставлено право решать вопрос о том – быть или не быть поединку, т. е. допустить или не допускать деяние, признаваемое общим законом преступным. Если же закон признал возможным предоставить суду общества офицеров разрешение вопроса о нарушении общеуголовного закона, то определение самых условий поединка, разрешенного этим судом, имеет второстепенное значение и является логическим последствием действий того же суда.
14. См. выше, II.ч., § 2. 1–5 пп. I ст. прик. по в. в. .1894 г. №118.
15. См. выше, II ч., § 2, 6 п. I ст. и II ст. пр по в. в. 1894 г. №118.
16. См выше, часть II, глава II, § 2, пункт. II.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru