|
[187]
Около 2-х часов утра 19-го февраля разъезды 2-го Дагестанского полка, всю ночь следившие за противником, сообщили о
движении больших неприятельских колонн к реке Хуньхэ, по направлению к деревне Сухудяпу.
Генерал Голембатовский, получив эти сведения, - словесно распорядился:
«Артиллерии немедленно, под прикрытием одного батальона Бузулукского полка, отходить на деревню Мадяпу: остальным
батальонам полка оставаться в деревне Северная Тунхайцза. Я буду при артиллерии».
Во исполнение сего приказания, артиллерия и 1-й батальон полка тотчас же выступили на деревню Мадяпу.
Около 4-х часов утра, со стороны деревни Сяодяпу, густые неприятельские цепи повели наступление на занимаемую полком
деревню, а со стороны деревни Айдяпу (с северо-запада) показалась японская кавалерия.
По приказанию подполковника Святицкого, 2-й и 4-й батальоны заняли боевым порядком западную и северную окраины деревни,
а 3-й батальон составил резерв и расположился непосредственно за боевой частью.
В 6 часов утра две батареи неприятельской артиллерии встали между деревнями Сяодяпу и Айдяпу [188] и открыли по деревне Северной Тунхайцза сильнейший перекрестный огонь.
Деревня заволоклась черным, удушливым дымом лопавшихся шимоз и шрапнелей, и не было местечка, которое не засыпалось бы
осколками снарядов и шрапнельными пулями.
Невысокие, полуразрушенные глинобитные стены деревни плохо защищали полк от действия неприятельской артиллерии, а так
как у нас ни одного орудия не было, то японцы совершенно беспрепятственно развили артиллерийский огонь до крайней степени
меткости, силы и скорострельности.
В то же время около дивизии японской пехоты с пулеметами и несколько эскадронов кавалерии обложили деревню Северную
Тунхайцза с западной, северо-западной и южной сторон и открыли пачечный ружейный и пулеметный огонь.
Полк отвечал беспрерывными меткими залпами, приостановившими наступление противника.
Между тем Орский полк, занимавший деревню Южную Тунхайцза и понесший за это утро ничтожный урон, неожиданно покинул
деревню и начал быстро отходить на восток.
Узнав об этом, командующий полком приказал прикрыть отступление орцев ружейными пачками, принудившими японские цепи
поспешно отойти назад.
С отходом Орского полка, наши батальоны остались одни лицом к лицу с превосходными силами противника, который вскоре
сильными колоннами, под прикрытием густых цепей, перешел в наступление на деревню Северную Тунхайцза из-за деревень Сяодяпу
и Айдяпу, при чем боковые неприятельские [189] части, пехотные и кавалерийские, постепенно
охватывали нас с флангов, с намерением отрезать путь отступления.
В 8 часов 20 минут утра командующий полком отправил через ординарца донесение генералу
Голембатовскому:
«С юга наступает на деревню Большую Тунхайцза до двух полков пехоты. С запада, от Сяодяпу, видны густые цепи и оттуда
стреляют японская артиллерия и пулеметы. Деревня Тунхайцза сильно обстреливается ружейным и артиллерийским огнем. Командир
Орского полка прислал с офицером сказать мне, что он отходит назад».
Посланный с этой запиской казак 2-го Дагестанского полка начальника отряда не нашел и возвратил записку командующему
полком.
В течение трех часов батальоны отбивались залпами и пачками от энергичных натисков противника, и замечательно, что
японцы, несмотря на громадный перевес в войсках разного рода оружия, не могли совладать с горстью брошенных на произвол
судьбы голодных и переутомленных людей.
В 10 ½ часов утра подполковник Святицкий, не получая никаких распоряжений от начальника отряда и не имея ни с кем
никакой связи, решил, в виду критического положения полка, окруженного с трех сторон неприятельской пехотой, артиллерией и
кавалерией, очистить деревню Северную Тунхайцза.
Едва только наши роты стали отходить на северо-восток, как японцы заняли покинутую нами деревню и преследовали нас
беглым артиллерийским [190] огнем с близких расстояний, а также сильным пачечным ружейным
огнем продвигавшихся вперед пехотных частей.
Полку угрожала опасность быть настигнутым и раздавленным врагом.
Поэтому, подполковник Святицкий остановил полк, не доходя деревни Мадяпу, и приказал занять находившийся у дороги
подковообразный вал.
Приказание было мгновенно исполнено, и батальоны встретили цепи преследовавшего нас противника убийственными пачками.
Такой внезапный для японцев сюрприз повернул их обратно в деревню Тунхайцза.
Тогда полк снова начал отходить, но у деревни Таюшепу подвергся фланговому нападению трех эскадронов неприятельской
кавалерии.
Эскадроны бросились на нас в атаку, но своевременно произведенными ружейными залпами были быстро рассеяны, после чего
батальоны переправились у строившегося деревянного моста через р. Хуньхэ и в 12 ½ часов дня подошли к деревне Мадяпу.
Здесь на имя командующего полком получилась записка:
«№ 70 (год, число, месяц и место отправления не проставлены). Командующий армией приказал отвести вверенный вам полк в
общий резерв 2-й армии, в деревню Сатхоза.
Полковник
(фамилия неразборчива)».
Согласно этой записки, полк безостановочно продолжал путь и вскоре прибыл в деревню Сатхоза, [191] где от генерал-лейтенанта Рузского было получено приказание такого содержания:
«Командиру 215-го пехотного Бузулукского полка.
1905 года, 19/II, 4 час. 20 мин. дня (без номера). Временно-командующий армией приказал: отходящим частям вверенного
вам полка войти в состав общего резерва армии, находящегося под общим начальством генерал-майора Ганненфельда».
Полк остановился на ночевку в поле, у деревни Сатхоза.
Солдаты составили ружья и зажгли костры.
Около 7 часов вечера, по приказанию генерала Ганненфельда, две роты, 9-я и 10-я, были назначены в прикрытие к стоявшей
невдалеке 5-й Сибирской поршневой батарее.
В бою 19-го февраля полк понес потери: из участвовавших 18 офицеров ранены: подполковник Лисичкин и поручик
Богдановский и забраны в плен ранеными: штабс-капитан Тетерин и поручики Колосовский и Трофимов; нижних чинов убито 20,
ранено 132, без вести пропало 59.
Патронов выпущено 50 тысяч.
Большинство раненых осталось на поле сражения, некоторые же были подобраны полковыми врачами Кочкиным и Просвирниным,
при помощи санитаров: Дмитрия Лисина, Кузьмы Балабашина, Семена Семдянова, Артемия Иванова, Ивана Коменданта, Никифора
Кириченко, Ефима Иванова, Андрея Модина и других.
Из нижних чинов в этом бою отличились выдающейся храбростью, находчивостью и распорядительностью старшие унтер-офицеры:
Иван Фоменко, Василий Краснов, Тихон Гусев, Михаил Безруков, [192] Никифор Тупиков, Трофим
Бурдейный, Александр Карпов; младшие унтер-офицеры: Артемий Каленик, Иосиф Даниленко, Григорий Карташев, Иван Евстюшкин,
Василий Мельников, Алексей Ионов, и рядовые: Григорий Петровнин, Исак Русан и Андрей Ларионов.
|
