: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Лахтионов С. В.

История 147-го пехотного Самарского полка

1798-1898

Типография товарищ. „Общественная Польза", Б. Подъяч. 39. Спб., 1899.

 

Глава XVIII

Прежняя служба полковника Каменского. — Разбросанное расположение полка. — Заботы командира полка о постройке постоянных казарм. — Устройство развлечений для нижних чинов. — Занятия караулов в Петербурге в 1892 г. — Ходатайство командира полка о постройке полковой церкви. — Высокая милость, оказанная полку в 1892 г. Его Императорским Высочеством Наследником Цесаревичем Николаем Александровичем. — Вызов полка в Петергоф на смотр Августейшего Главнокомандующего. — Подвижной сбор 1893 г. — Церковный парад 6 Августа 1893 г., совместно с Л.-Гв. Преображенским полком и гвардейской артиллерией. — Прощание с дивизией Его Императорского Высочества Князя Романовского Герцога Лейхтенбергского. — Дар Его Императорского Высочества полку. — Назначение г.-м. Тилло начальником 37 пех. див. — Скорбный день 20 Октября 1894 г. — Хозяйственная часть в полку. — Ассигнование суммы на постройку каменных казарм дли двух батальонов. — Назначение строительной комиссии. — Подвоз материалов. — Устройство временной церкви. — Празднество по случаю Св. Коронования Их Императорских Величеств. — Назначение ген. от инф. Данилова. — Новый корпусный командир г.-л. барон Мейендорф. — Встреча их Величеств, возвращающихся из Москвы. — Тушение лесного пожара. — 1897 г. Закладка казарм. — Высокомилостивые слова Его Императорского Величества на полковом празднике 1897г. — Закладка полковой церкви. — Постройка дополнительного флигеля. — Заключение.

 

Полковые истории

 

[303] Полковник Алексей Семенович Каменский получил общее и военное образование во 2-м Московском кадетском корпусе, по окончании курса в котором, 13 Июня 1862 г. выпущен подпоручиком в Киевский Гренадерский (ныне 5-й Гренадерский Киевский генерал-фельдмаршала князя Репнина) полк; в 1863 году, вместе с полком, принимал участие в усмирении польского мятежа; в 1867 году, 29 апреля переведен в Л.-Гв. Гренадерский полк и во время войны 1877-78 г.г. командуя 16-й ротой, принимал участие в делах этого славного полка, в том [304] числе и в сражении 12 Октября 1877 г. под Горным Дубняком где был ранен. Получив облегчение от раны, полковник Каменский вскоре вернулся к выполнению служебных обязанностей и, отведя по поручению начальства партию в 900 челов. запасных нижних чинов в действующую армию, прибыл в марте месяце к полку, где и находился до окончания похода. За отличия, оказанные им в войну 1877-78 г.г., полковник Каменский был награжден орденами Св. Анны 3 степ. (за сражение под Горy. Дубн.) и Св. Владимира 4 степ., оба с мечами и бант. В настоящем чине состоит с 1885 г.
Назначенный ВЫСОЧАЙШИМ приказом 11 Мая 1891 г. командиром 147-го пехотного Самарского полка, полковник Каменский вступил в командование им 6 Июня того же года.
Расположение полка, к этому времени, было столь же разбросанное, как и ранее; эта разбросанность ложилась тяжелым бременем на хозяйственные и артельные суммы полка, требуя больших расходов при передвижении каждую осень: для поддержания же связи между эшелонами и штабом полка, были необходимы частые посылки нарочных, что кроме расхода, создавало для нижних чинов еще особый род службы, зачастую довольно тяжелой; в особенности тяжело для посыльных нижних чинов было зимнее сообщение по льду с Кронштадтом. Кроме обычных передвижений на летнее время в лагери и Петербург, для несения караульной службы, эшелоны полка по временам менялись еще стоянками между собою: трудность службы на Медвежьем Стане, а для офицеров отсутствие общества, плохое сообщение с Петербургом, затруднение по воспитанию детей, — все это, по справедливости, требовало чередования батальонов стоянками, дабы все перечисленные неудобства не ложились всей тягостью на один какой-либо батальон, а на всех поочередно. Сравнительно большими удобствами пользовались роты, стоявшие в Ораниенбауме при штабе полка; здесь не было другого караульного наряда, кроме домашнего (полкового), а близость стрельбища, манеж и меньшее число передвижений в течение года делали стоянку при штабе полка более еыгодной, хотя нужно сказать, что помещения для нижних чинов были довольно тесны и ветхи.
Объезжая эшелоны полка, при вступлении в командование, новый командир не мог не заметить всех невыгод и неудобств столь разбросанного их расположения; личное руководство и наблюдение командира полка за направлением и постановкою строевого дела и хозяйства затруднялось до крайности, а размещение рот, весьма тесное, неблагоприятно отзывалось на санитарном состоянии.
Все это, вместе взятое, побудило полковника Каменского, с началом [305] 1892 года, к усиленным хлопотам о сборе и устройстве полка на постоянном месте, хлопотам, которым в скором времени суждено было осуществиться.
Жизнь полка при новом командире, в общем, пошла тем же порядком; лето 1891 года 2-й, 3-й и 4-й батальоны полка провели в полковом сборе в Ораниенбауме, расположившись лагерем на треугольном плацу, за казармами стрелковой школы; 1-й же батальон был передвинут в Царское Село, для несения караульной службы.
В день своего полкового праздника, 6 августа, самарцы были осчастливлены нижеследующей телеграммой от Его Императорского Высочества Главнокомандующего, присланной на имя командира полка: — «Поздравляю с полковым праздником, уверен, что самарцы и в ваше командование будут такими же молодцами, какими были до сих пор».
По окончании лагерного сбора, полк расположился на зимних квартирах следующим образом:
Штаб полка, 2-й батальон, 15 и 16 роты — в Ораниенбауме.
1-й батальон — на Медвежьем Стане.
3-й батальон и учебная команда — в Кронштадте.
13-я и 14-я роты — в Ст. Петергофе.
В эту осень, за недостатком помещения, учебную команду пришлось отделить в Кронштадтский эшелон, на место выведенных оттуда 13-й и 16-й рот, в следующем же 1892 году, согласно желанию Его Высокопревосходительства, командира корпуса, команда эта была передвинута в Ораниенбаум, к штабу полка.
В 1891 году положено начало к расширению помещений полка в Ораниенбауме: — вновь выстроены и сданы полку: деревянное здание приемного покоя, каменное здание для помещения архива, кухни и столовой нестроевой роты, полковой хлебопекарни и хлебного цейхгауза, каменная прачешная и капитально отремонтировано здание канцелярии и нестроевой роты.
Кроме этого существовало предположение о капитальной перестройке офицерского собрания. Этот центр общественной жизни офицеров и единственное место, где они собирались на тактические занятия, военные беседы и для решения общественных вопросов офицерской среды не удовлетворяло потребностям общества: старое здание было ветхо, тесно и неудобно. По этим причинам в 1891 г. новый командир полка обратился с ходатайством о капитальной его перестройке; ходатайство это было уважено, и в 1893 году офицеры уже имели для своего собрания удобное и просторное помещение.
Зима 1891-1892 г. прошла обычным порядком. Как особенность [306] в жизни нижних чинов полка, нельзя не отметить введенных новым командиром развлечений: так, на Рождестве устраивались в манеже елки для каждой роты отдельно, причем нижним чинам раздавались подарки. Тут же устраивались чтения с туманными картинами на темы, доступные нижним чинам и занимавшие их. После чтений, под полковой оркестр происходили танцы, в которых, кроме нижних чинов, принимала участие и посторонняя публика, приходившая в манеж. Самый манеж, благодаря елкам и украшениям из ветвей, весь утопал в зелени. Развлечения начинались с 5-ти час. пополудни; роты, под командою офицеров, приводились в манеж, где каждому нижнему чину предлагалось угощение чаем с белым хлебом; затем все выстраивались в ожидании прихода командира полка, который, обходя роты, под звуки полкового оркестра, поздравлял их с праздником. После обхода начиналась раздача подарков. Роты, по очереди, подходили к устроенному в манеже лотерейному колесу, каждый нижний чин вынимал билетик, по которому и получал соответствующий подарок. Надо было видеть радость тех счастливцев, которым доставались более ценные вещи, благодаря усердию пожертвовавших их офицеров, состоявшие из самоваров, готовых сапог, ценных гармоник и т. д. Подарок получал каждый нижний чин, за исключением штрафованных. Как во время раздачи подарков, так в особенности после нее, нижние чины принимали оживленное участие в танцах, преимущественно в народных, стараясь щегольнуть своим искусством пред начальствующими лицами и офицерами полка. Развлечения продолжались в том же роде и на другой день, для нижних чинов, бывших накануне в служебном наряде, но участие принимали все люди рот.
Подарки нижним чинам покупались особой комиссией, назначавшейся приказом по полку и состояли из вещей, необходимых в солдатском обиходе, как-то: ситцевых рубах, носовых платков, полотенец, фуфаек, теплых носков, сапожного товара, щеток, чайников, гармоник, мыла, чая, сахара и т.п. Все означенные вещи покупались на суммы, отпускаемые от полка из оборотов солдатских чайных; кроме того много вещей жертвовалось всеми офицерами полка, сочувственно относившимися к этому благому делу.
На масляной неделе в том же манеже иногда устраивались солдатские спектакли, вроде следующих; — «Полесовщики», «Ямщики» и другие.
Кроме доставления удовольствия и развлечений нижним чинам на Рождестве и масленице, командир полка имел в виду и другую [307] цель, заключавшуюся в удержании нижних чинов от разгула, пьянства, праздного препровождения времени и бесцельных отлучек со двора. Убранство манежа, ротных елок и обязательное украшение их средствами самих рот занимало нижних чинов, которые, оставаясь в казармах, охотно над этим работали; их побуждало к тому также соревнование, чтобы не отстать от других рот. Такая мера отвлечения нижних чинов от праздничного разгула, при помощи устройства развлечений, не осталась без влияния на нравственность нижних чинов: число проступков за последние годы было сравнительно небольшое, а пьянства почти не было заметно.
Служебная жизнь полка протекала по заведенному порядку. Летом 1892 г. полк занимал караулы в Петербурге, подготовившись к этой службе в течение зимы и весны1. Кроме служебных работ, в это лето командиру полка пришлось нести заботы по ограждению полка от холерной эпидемии, случаи которой в Петербурге были нередки; но, благодаря своевременно принятым мерам, дело обошлось благополучно и полк не пострадал от холеры.
День 6 августа самарцы провели в своей полковой семье. Празднование началось молебствием и церковным парадом на Троицкой площади у собора; после парада нижним чинам был предложен праздничный обед и угощение по чарке водки и по бутылке пива. Офицеры полка собрались в этот день на товарищеский обед в собрании Л.-Гв. Измайловского полка; здесь, среди тостов и оживленных бесед, были прочитаны полученные командиром полка нижеследующие депеши, которыми самарцы были осчастливлены в этот день. От Его Императорского Высочества Главнокомандующего: «Поздравляю молодцов самарцев с полковым их праздником». От Его Императорского Высочества Начальника дивизии: «Сердечно поздравляю доблестный полк. Государь Император и Наследник Цесаревич изволили милостиво пить за здоровье полка». От Его Императорского Высочества Московского Генерал-Губернатора, бывшего командира Л.-Гв. Преображенского полка: «Прошу Вас передать самарцам мои сердечные поздравления, — вспоминаю былые годы, когда совместно праздновали сегодняшний радостный день». На посланную от полка поздравительную телеграмму Его Императорскому Высочеству, командиру Л.-Гв. Преображенского полка, была получена следующая депеша от Его Высочества: «Преображенцы пьют здоровье самарцев, поздравляют их с нашим общим полковым [308] праздником и благодарят за память». Кроме того, были получены телеграммы от бывшего начальника дивизии генерала от инфантерии Гельфрейха, бывших командиров Самарского полка генерал-майоров Дембовского и Дзичканца и от командиров полков 37-й пех. дивизии.
После праздника самарцы стали готовиться к выступлению из Петербурга и 10 августа перешли на зимние квартиры, расположившись следующим образом:
Штаб полка, 4-й батальон и учебн. команда — в Ораниенбауме.
1-й батальон — на Медвежьем Стане.
3-й батальон, 5-я и 8-я роты — в Кронштадте.
6-я и 7-я роты — в Петергофе.
По приходе на зимние квартиры, полку дан был отдых по 15-е Сентября, вольные же работы были воспрещены во избежание занесения в полк холеры; во время этого отдыха занимались уборкою и чисткою местности в районе полка.
1892 год ознаменовался важным событием в жизни полка. В этом году увенчалось успехом ходатайство полковника Каменского о желании всех чинов полка построить церковь в Ораниенбауме в память избавления Его Императорского Величества Государя Императора Николая Александровича от опасности, угрожавшей Его Величеству во время путешествия по Японии в г. Отсу, в бытность Наследником Цесаревичем. Прежняя полковая церковь в Кронштадте приходила в ветхость и, по заключению инженерной комиссии в 1891 году, при посещении ее было воспрещено помещаться на хорах2; но и кроме ветхости эта церковь уже не могла быть полковою, на том основании, что в Кронштадте было расположено всего шесть рот, и то временно, так как уже существовала некоторая надежда на сбор всего полка в Ораниенбауме, в предполагавшихся к постройке казармах.
Вследствие вышеизложенного ходатайства, в середине Августа 1892 г. командир полка имел счастье быть представленным Его Императорскому Высочеству Наследнику Цесаревичу, который изволил милостиво беседовать с полковником Каменским и выразил Свое удовольствие и согласие на удовлетворение желания всех чинов полка. 22-го Августа было получено уведомление от заведывающего делами Августейших Детей Их Величеств о пожертвовании Его Императорским Высочеством Наследником Цесаревичем 2000 рублей на постройку полковой церкви в Ораниенбауме. — Это пожертвование [309] и Высокое внимание, оказанное полку Его Высочеством, были приняты с восторгом самарцами, преисполненными тех же чувств, которые были выражены командиром в нижеследующих словах приказа по полку.
«Сегодня3 я получил уведомление от заведывающего делами Августейших Детей Их Величеств, генерал-лейтенанта Васильковского, что Его Императорское Высочество Государь Наследник Цесаревич изволил пожаловать на построение полковой церкви в Ораниенбауме 2000 рублей.
«С чувством благоговения и неподдельной радости спешу объявить полку о столь милостивом внимании Его Императорского Высочества, в полной уверенности, что все чины полка поймут сердцем оказанную Высокую милость и общими усилиями постараются, чтобы постройка полковой церкви могла как можно скорее осуществиться для вознесения наших теплых молитв за драгоценное здоровье Их Императорских Величеств Государя Императора, Государыни Императрицы, Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича и всего Царствующего Дома».
«Да послужит вместе с тем этот дар Его Императорского Высочества новым доказательством всегдашней заботливости Царской Семьи к нуждам своих верноподданных войск и да усугубит старания всех чинов полка быть достойными всегда и везде столь Высокомилостивого внимания, какое оказано полку Его Императорским Высочеством Государем Наследником Цесаревичем».
Этот дар Его Высочества дал надежду на возможность осуществления заветнейших мечтаний самарцев о сборе всего полка в Ораниенбауме, после столь долгих скитаний без постоянного пристанища и разбросанности по частям.
Обычное течение полковой жизни шло прежним порядком; занятия велись в полку на основании ВЫСОЧАЙШЕ утвержденной инструкции, причем Его Императорское Высочество Главнокомандующий предписал обращать особое внимание на исполнение военных прогулок, довершение курса стрельбы, подготовку учителей, обучение старослужащих и молодых солдат с соблюдением всех требований гигиены, а также на солдатские беседы и тактические занятия с офицерами.
В конце 1892 г., по распоряжению Штаба войск гвардии и Петербургского военного округа, от полка были назначены две сводных роты по 50 чел. нижних чинов в каждой, под командой поручиков Шарова и Демидова, в распоряжение начальника офицерской [310] школы для производства опытов с полученными с Герстальского завода 3-х линейн. однозарядными ружьями, переделанными из 4,2 лин. винтовок Бердана; — по окончании опытов, к весне 1893 г. роты вернулись в полк.
22 го Февраля 1893 г. в 12 час. дня, по телеграмме, полученной накануне, 2-й, 3-й и 4-й батальоны полка были вызваны в Петергоф на смотр Его Императорского Высочества Главнокомандующего. 21-го Февраля прибыл в Ораниенбаум Кронштадтский эшелон, совершив переход по льду. На следующий день утром Ораниенбаумский и Кронштадтский эшелоны полка, в составе 2-х сводных батальонов, по 28 рядов в роте, выступили в Петергоф, где Его Императорское Высочество, обойдя фронт батальонов, изволил осмотреть общий вид строя, обмундирование и снаряжение и затем пропустил мимо себя батальоны церемониальным маршем. По причине глубокого снега, проходили по отделениям, причем каждый батальон удостаивался похвалы Августейшего Главнокомандующего; по окончании смотра, Его Императорское Высочество лично изволил выразить командиру полка свою благодарность, сказав, что части полка представились очень хорошо.
В начале Июня 1893 г., командир 2-ой бригады 37-ой пех. дивизии, свиты Его Величества генерал-майор Аргамаков был назначен и. д. коменданта крепости Свеаборг, а 1 6 го Июня того же года полк представлялся новому командиру 2-й бригады, генерал-майору Поливанову.
Летом 1893 г. полк впервые принял участие в подвижном сборе. Сбор этот в отношении тактического обучения войск представлял много поучительного. Для начальствующих лиц являлась возможность практики в самостоятельных действиях и командовании небольшими отрядами, а войска различных родов оружия знакомились между собою и привыкали к совместным действиям. Двигаясь в известном районе и постоянно выполняя различные тактические предположения, войска практиковались в применении строевого и полевого уставов; кроме того, во время подвижного сбора решались различные продовольственные вопросы, как-то: варка пищи в солдатских манерках, довольствие консервами и другие.
19-го Июля полк выступил на подвижной сбор, направляясь через д. д. Илики, Клясино, Касково, Голубовицы к Копорью. 25 Июля к полку присоединились каспийцы и начались бригадные маневры. 28-го Июля у старой крепости Копорье ко 2-ой бригаде присоединилась 1-ая, двигавшаяся из Ямбурга и начались дивизионные маневры по направлению к с. Ропше, — закончившиеся 3-го Августа. Благоприятная погода, стоявшая почти все время подвижного сбора, [311] неутомительные переходы и усиленное довольствие много содействовали успеху сборов и поддержанию бодрости духа и здоровья солдат. Бодро и весело шагали солдатики, оглашая воздух молодецкой песней; к вечеру на биваках зажигались костры, около которых собирались группы нижних чинов; всюду слышался оживленный говор, смех, песни и пляски: — к ночи все успокаивалось. Собираясь в палатке офицерской столовой, служившей походным офицерским собранием, общество офицеров обсуждало ход прошедшего маневра и разбирало предположения на будущий день.
Время шло незаметным образом, и 3-го Августа полк был уже в Красном Селе, расположившись в походных палатках в авангардном лагере. Со следующего же дня начались приготовления к предстоящему 6-го Августа церковному параду, в ВЫСОЧАЙШЕМ присутствии. С утра в этот день полк принял праздничный вид; это можно было заметить, как по внешности принарядившихся солдатиков, так и по душевному настроению, замечавшемуся на каждом лице в ожидании предстоящего счастия представиться Государю Императору.
В 9½ час. утра полк выступил к гвардейскому лагерю и построился в батальонных колоннах, фронтом к лагерю, левее и под прямым углом к Л.-Гв. Преображенскому полку. В скором времени начался обход полка начальствующими лицами. В 11½ час. прибыли Его Императорское Высочество Главнокомандующий и, обходя полки, здоровался с ними и поздравлял их с праздником. Светлый безоблачный день довершал эффект торжества. К 12 часам все смолкло в ожидании прибытия Государя Императора. Ровно в 12 час. вдали послышались сперва слабые, а потом все более и более усиливавшиеся раскаты «ура» войск, мимо которых проезжал Государь, направляясь к месту парада. На правом фланге Преображенского полка, Государь вышел из коляски и, приняв рапорт командовавшего парадом, стал обходить полки. Загремела музыка, склонились знамена; обходя батальоны, в сопровождении блестящей свиты, Его Величество изволил милостиво здороваться с ними и поздравлял их с праздником, на что, после ответа на приветствие, в воздухе загремело восторженное, долго несмолкавшее «ура». После обхода полков Его Величеством, начался молебен и затем церемониальный марш. Проходя мимо Государя, все роты удостоились Царского «спасибо».
По окончании парада нижние чины были приглашены в столовые Л.-Гв. Преображенского полка, где для них был приготовлен праздничный обед. В скором времени в столовые прибыл [312] Государь Император и здесь изволил пить за здоровье самарцев, встретивших этот тост своего Верховного Вождя единодушным восторженным « ура».
После обхода столовых, офицеры были приглашены к Его Величеству на ВЫСОЧАЙШИЙ завтрак в Царской палатке в Красном Селе, — здесь также Государь Император изволил провозгласить тост за здоровье самарцев; по окончании завтрака, при выходе из Царской палатки, Его Величество изволил милостиво беседовать с командиром и офицерами полка, расспрашивая их о расположении и службе полка. Таким образом этот светлый день в жизни самарцев прошел вполне блестяще; Его Высокопревосходительство военный министр и другие высокопоставленные лица выражали полковнику Каменскому свое полное удовольствие, относительно обмундирования, снаряжения и строевого представительства полка.
На следующий день 7-го Августа полк принял участие на ВЫСОЧАЙШЕМ смотру всех войск Красносельского лагерного сбора К 10 час. утра все войска уже были выстроены в несколько линий, а около 11 час. начался объезд полков начальствующими лицами. В 11½ час. отдаленные раскаты «ура» возвестили о прибытии Государя Императора. — Проезжая мимо батальонов полка, Его Величество с каждым из них изволил милостиво здороваться, и каждый батальон с единодушным восторгом встречал своего Верховного Вождя, выражая свою радость громкими криками «ура». После объезда Государь Император дал знак к прохождению церемониальным маршем. Самарцы проходили мимо Государя в батальонных колоннах и каждый батальон удостоился Монаршей похвалы.
После парада полк стал готовиться к выступлению на зимние квартиры и 9-го числа расположился по-эшелонно следующим образом:
Штаб полка и 1-й батал. — в Ораниенбауме.
3-й батал., 5-я и 8-я роты — в Кронштадте.
6-я и 7-я роты — в Ст. Петергофе.
4-й батальон — на Медвежьем Стане.
Зима 1893-1894 г. прошла обычным порядком. — В Январе 1894 г. самарцы простились со своим Начальником дивизии Его Императорским Высочеством Евгением Максимилиановичем Князем Романовским Герцогом Лейхтенбергским, назначенным ВЫСОЧАЙШИМ приказом 21 декабря 1893 года в распоряжение Его Императорского Высочества Главнокомандующего. — Расставаясь [313] с дивизией, после шестилетнего командования ею, Его Императорское Высочество обратился к полкам дивизии в нижеследующих кратких, но памятных для нас строках приказа.
«Войска 37 пех. дивизии! В последний раз, как Начальник дивизии, благодарю вас за безупречную во всех отношениях шестилетнюю службу вашу за все время моего командования, — С вами я был счастлив; вас я ценю и люблю, гордясь тем блестящим состоянием дивизии, за которое я не раз удостаивался ВЫСОЧАЙШЕЙ похвалы. — Убежденный в сознательном исполнении каждым из чинов долга службы и в строгом отношении всех к требованиям воинской чести, я твердо верю в неизменно доблестное служение дивизии Государю и родине.
«Расставаясь с дорогой мне дивизией, прошу всех, начальствующих лиц принять мою сердечную признательность, а нижним чинам объявляю мое «спасибо» за их молодецкую службу».
Расставаясь с нами, Его Императорское Высочество бывший Начальник дивизии соблаговолил пожертвовать Самарскому полку образ-складень во имя Св. Георгия и Евгения и с изображением между ними Преображения Господня, завещав, как память о себе, носить его за полком всюду, как в военных походах, когда Бог благословит самарцев послужить Царю и родине на поле брани, так и в походах мирного времени. — Освятив образ на торжественном молебствии, самарцы приняли этот дар своего незабвенного Начальника дивизии, и с тех пор образ этот сопутствует полку согласно завету Его Высочества.
ВЫСОЧАЙШИМ приказом 10 Января 1894 г., бывший начальник штаба 1-го армейского корпуса генерал-майор Тилло назначен начальником 37-й пех. дивизии.
Вступив в командование дивизией, г.-м. Тилло стал тщательно знакомиться с офицерами и со степенью благоустройства каждой роты полка. Офицеры получали приказание являться в определенное время к Его Превосходительству, который при этом знакомился с приобретенною каждым военно-научною подготовкою и с жизненными условиями офицерского быта в полку. Во время пребывания начальника дивизии в Ораниенбауме, к Его Превосходительству наряжались от рот полка поочереди ординарцы, в обмундировании того или другого срока и в полном снаряжении.
В начале мая месяца офицеры полка были глубоко опечалены известием о кончине ее Императорского Высочества Великой Княгини Екатерины Михайловны, последовавшей 30-го апреля. В минувшие годы, Ораниенбаум был местом пребывания ее Императорского Высочества в летнее время, и все мы вспоминали то милостивое [314] внимание, с которым Почившая Великая Княгиня удостаивала своей беседы наших товарищей, собиравшихся ежегодно для встречи и проводов ее Высочества на вокзал Балтийской железной дороги.
Лето 1894 года полк провел в Красносельском лагерном сборе, где самарцы в последний раз имели счастие представляться своему обожаемому Монарху, Государю Императору Александру Александровичу на церковном параде 6 Августа и на общем параде войск; парад 6 Августа прошел совершенно так же, как и в 1893 году; также блестяще представился полк Его Величеству, а офицеры были приглашены на ВЫСОЧАЙШИЙ завтрак. — 9 Августа полк перешел на зимние квартиры, причем части полка расположились:
Штаб полка и 1 батальон — в Ораниенбауме.
2- й и 4-й батальоны — на Медвежьем Стане
3- й батальон в Кронштадте.
Учебная команда полка, за неимением помещения в Ораниенбауме, была передвинута в Ст. Петергоф, в здание старой гранильной фабрики.
4 Октября 1894 г. в полку стало известно о тяжкой болезни Государя Императора; последующими бюллетенями это печальное известие подтвердилось. Горячие молитвы возносились всеми русскими людьми о ниспослании здравия любимому Государю, но Господу Богу угодно было пресечь дни нашего обожаемого Монарха: 20 Октября в 2 ч. 15 м. пополудни Государь Император тихо в Бозе почил. — Пораженные горем, самарцы усердно молились об успокоении души Незабвенного Императора Александра III. 21 Октября, после панихиды в 10 час. утра, полк был приведен к присяге на верность службы ныне благополучно царствующему Государю Императору Николаю Александровичу.
В зиму 1894 года самарцы ознакомились с новыми 3-х лин. винтовками образца 1891 года, которые были выданы во все роты полка в конце Января 1895 года.
Во всем остальном жизнь полка протекала прежним порядком, хозяйство полка постепенно улучшалось. — Благодаря благоразумной экономии и бережливости, во всех ротах имелись налицо три срока вполне исправной мундирной одежды. — Периодически командир полка лично осматривал мундирную одежду, выслужившую сроки и пришедшую в негодность, причем совершенно заношенную приказывал уничтожать в своем присутствии, что имело смысл и в гигиеническом отношении, для предупреждении передачи заразных болезней.
Лето 1895 г. с 18 Мая полк был собран для летних занятий [315] в Ораниенбауме, а с 1 Июля в том же городе начался лагерный сбор полков 2-й бригады 37-й пех дивизии под начальством генерал-майора Сержпинского. С 7 Августа войска бригадного сбора приняли участие в больших Красносельских маневрах, поступив в состав западного корпуса. До 9-го Августа войска Ораниенбаумского лагерного сбора пробыли на биваке у г. Стреляны, затем передвинулись к Красному Селу и 10-го Августа приняли участие в столкновении отрядов, происшедшем между Красным Селом и гвардейским лагерем. — По окончании маневра Самарский полк, построившись, в числе прочих войск, шпалерами на дороге, ведущей из гвардейского лагеря в Красное Село, провожал Государя Императора, отъезжавшего в Красное Село.
Пробыв в Красносельском лагере по 13-ое Августа, полк выступил на зимние квартиры и расположился по эшелонам следующим образом:
Штаб полка, 1-й батальон, 11 и 12 роты в Ораниенбауме.
2-й и 4 батальоны — на Медвежьем Стане.
9-я и 10 роты — в Кронштадте
Учебная команда в Ст. Петергофе.
Рассматривая расположение полка за последние годы, можно видеть, что полк постепенно терял свою стоянку в Кронштадте; число рот, стоявших там, постепенно сокращается и только на Медвежьем Стане остается два батальона; но эта стоянка могла считаться только временной, так как уже в конце Декабря 1895 г. была ассигнована сумма в 165,700 рублей на постройку в Ораниенбауме двух трехтажных каменных казарм, для двух батальонов полка. — 3 1 Января 1896 года была назначена строительная комиссия для постройки казарм хозяйственным способом. — В состав ее были назначены председателем генерал-майор Сержпинский, членом командир полка полковник Каменский и делопроизводителем поручик Бирюков.4 — Таким образом, после долгих ожиданий, фактически осуществились надежды самарцев на сбор всего полка в Ораниенбауме.
После своего назначения, комиссия немедленно приступила к предварительным соображениям по постройке, а в скором времени начался и подвоз материалов, продолжившийся до весны 1897 года.
Заготовлялись также материалы и для постройки полковой церкви. — Старая церковь в Кронштадте, распоряжением коменданта, в начале 1896 г. была закрыта по причине ее ветхости. Радея об удовлетворении духовных нужд своих подчиненных, командир [316] полка возбудил ходатайство об устройстве временной церкви в ораниенбаумском манеже; ходатайство это было уважено и, с разрешения протопресвитера военного и морского духовенства, весною 1896 г. временная церковь в манеже была устроена и освящена,
14-го, 1 5 и 16 Мая полк праздновал Священное Коронование Их Императорских Величеств Государя Императора и Его Августейшей супруги Государыни Императрицы. По получении телеграммы о благополучно совершившемся в Москве Священном Короновании, на Городском плацу, в сослужении всего ораниенбаумского духовенства, прибывшего с крестным ходом, было отслужено торжественное молебствие и произведен парад. — После парада, нижние чины были отведены в столовые. Здесь им были розданы, в память Священного Коронования, портреты Их Величеств, после чего был предложен праздничный обед с улучшенной нищей и угощением сластями, водкою по чарке и по бутылке пива. — Празднование продолжалось три дня, и для увеселения нижних чинов на плацу было устроено народное гулянье с выдачей призов, полковых и пожертвованных городом; были устроены мачты, приспособления для гимнастических упражнений, музыка, песни и пляски; вечером зажигалась иллюминация и устраивался фейерверк на отпущенные от полка суммы и на деньги, пожертвованные командиром полка и составлявшие полковой приз, полученный им на состязательной стрельбе в 1895 году.
В 1896 году состоялось распоряжение Его Превосходительства начальника дивизии об упорядочении и пополнении ротных библиотек для нижних чинов. В каждой роте был заведен систематический каталог и приобретены все уставы, лучшие руководства по различным предметам обучения, а также книги духовно-нравственные и значительное число повестей и рассказов, преимущественно военно-бытового содержания.
26 Мая 1896 года состоялся Высочайший приказ о назначении Его Высокопревосходительства командира 1-го армейского корпуса генерала-от-инфантерии Данилова членом Государственного Совета и помощником Его Императорского Высочества командующего войсками Московского военного округа. Назначение это состоялось после 50-ти летнего служения генерала Данилова в офицерских чинах и 8 летнего командования им первым армейским корпусом.
Высочайшим приказом 14-го июля того же года командиром 1-го армейского корпуса назначен генерал - лейтенант барон Мейендорф.
5 Июня полк перешел в Петербург для занятия там караулов. [317]
По прибытии в Петербург, самарцы, в числе прочих войск, встречали 11 Июня Их Императорские Величества Государя Императора и Государыню Императрицу, возвращавшихся из Москвы после окончания коронационных торжеств. — Самарский полк был поставлен шпалерами по Невскому проспекту от Николаевской улицы до памятника Императрицы Екатерины. — Во время проезда, войско и народ восторженно приветствовали Их Величества.
В то же лето 1896 г., 1-го июля было получено экстренное приказание командировать четыре роты полка для тушения лесного пожара вблизи пороховых погребов; на следующий день туда же отправились остальные роты полка — Первые посланные роты прибыли на место пожара к вечеру 1-го июля. Густой туман, смешанный с торфяной гарью, застилал всю окрестность; кое-где виднелся огонь горевшего леса. Тотчас же принялись за работу, заключавшуюся в перекапывании канавою пожарища, для ограждения уцелевшей от огня местности близь пороховых погребов, но утром взошедшее солнце согнало туман и росу, осушило траву и пожар постепенно стал все более и более усиливаться; поднялся ветер и, к несчастию, по направлению к пороховым погребам. — Ротам, проработавшим ночью, снова пришлось приступить к усиленной работе.
Огонь все разгорался. Высушенные жарким летом, торф и трава горели превосходно; от жара загорался кустарник и лес; громадные, густые облака дыма поднимались на огромном пространстве. Положение становилось опасным: ветер гнал огонь по направлению к пороховым погребам, неся жар и дым в лицо работавшим. Отдуваясь и протирая глаза, дружно работали лопатами солдаты и их усилия увенчались, наконец, успехом. В третьем часу дня самарцы были сменены другими полками 37-ой пех. дивизии и с этих пор работали с ними посменно. В следующие дни работа заключалась в уширении канавы и в наблюдении, чтобы огонь не перебрасывало на уцелевшую от пожара местность. — Проработав таким образом до 9-го июля, самарцы возвратились в Петербург продолжать прерванную караульную службу.
15-го августа полк передвинулся из Петербурга на зимние квартиры, расположившись следующим образом:
Штаб полка, 1 батальон, 9-ая и 10 роты и учебная команда в Ораниенбауме.
11-ая и 12 роты — в Ст. Петергофе.
2-й и 4 батальоны на Медвежьем Стане.
Таким образом, осенью 1896 года, полк окончательно покинул стоянку в Кронштадте, и одним эшелоном в полку стало меньше. — Учебная команда и 9 и 10 роты расположились в Ораниенбауме, [318] в каменном здании, переданном полку офицерскою стрелковою школою осенью 1896 года.
В зиму 1896 — 1897 года продолжался подвоз материалов для постройки казарм, а ранней весною началась кладка фундамента.
Лето 1897 года полк провел сначала в полковом сборе в г. Ораниенбауме, а с конца июня месяца в том же городе начался сбор полков 2-ой бриг. 37 пех. див. под начальством генерал-майора Редигера.
9 июля состоялась закладка казарм. — К 11-ти часам полк выстроился покоем впереди фундамента. К 11½ часам прибыли к месту закладки начальствующие лица: Их Превосходительства командир 1-го армейского корпуса генерал- лейтенант барон Мейендорф, начальник 37-ой пех. дивизии генерал-лейтенант Тилло и начальник войск Ораниенбаумского лагерного сбора генерал-майор Редигер. — Торжество закладки началось молебствием, но окончании которого диакон громким голосом провозгласил содержание акта, который после того был заделан в фундамент вместе с несколькими золотыми и серебряными монетами, положенными начальствующими лицами и офицерами полка.
Первый камень здания был положен Его Превосходительством командиром корпуса, а за ним следующие камни положены прочими начальствующими лицами и офицерами полка.
15-го июля, отношением штаба дивизии было объявлено о разрешении корпусным командиром приступить к постройке полковой церкви на городском плацу, после чего в августе месяце началась кладка фундамента.
25-го июля полк выступил на подвижные сборы и принял участие в больших красносельских маневрах. — 3 августа, по окончании маневров, полк прибыл в Красное Село и стал деятельно готовиться к предстоящему 6 Августа церковному параду в ВЫСОЧАЙШЕМ присутствии.
Этот светлый день в жизни полка прошел блистательно. При прохождении церемониальным маршем Его Величество неоднократно выражал командиру полка свое удовольствие за стройность движения, смелый, бойкий шаг и полное благоустройство полка.
По окончании парада, на Высочайшем завтраке, на который были приглашены все офицеры полка, Его Императорское Величество изволил пить за здоровье полка, а после завтрака изволил милостиво разговаривать со многими офицерами.
Затем, обратившись к командиру полка, Его Императорское Величество осчастливил полк следующими Высокомилостивыми словами: « Благодарю вас за прекрасный парад; вы всегда радовали в этот день Moегo покойного Отца; сегодня — порадовали и Меня». [319]
Осчастливленные столь Высокомилостивыми словами, обрадованные и восхищенные возвращались с Высочайшего завтрака офицеры полка.
7 августа полк выступил из Красного Села на зимние квартиры, причем 1-ый и 2-й батальоны, временно, до окончания постройки казарм в Ораниенбауме, расположились в Петергофе, в казармах л.-г. Драгунского полка, только-что отстроенных и еще не занятых этим полком. — 9-я и 12 роты поместились также в Петергофе, в здании Гранильной фабрики.
В августе месяце командир 2 бригады 37 пех. дивизии г.-м. Поливанов был произведен в генерал-лейтенанты, с увольнением, по болезни, от службы. Генерал Поливанов был принужден оставить службу вследствие тяжкой болезни, которою он страдал уже давно и от которой в том же месяце, 28-го числа, скончался. Преемником г.-л. Поливанова, Высочайшим приказом от 18 сентября 1897 года, назначен бывший командир 1 бригады 23 пехотной дивизии, г.-м. Дягилев.
Осенью 1897 года, по приказанию начальника дивизии, было обращено внимание на улучшение пищи, получаемой нижними чинами ежедневно к ужину. Для этого были употреблены те добавочные ¾ коп., которые положены с 1896 г., сверх прежнего казенного отпуска. Заботами, приложенными начальствующими лицами, удалось значительно улучшить качество пищи, а также и разнообразить ее, благодаря чему теперь нижние чины съедают свой ужин столь же охотно, как и обед, чего не замечалось прежде.
Осенью 1897 г. постройка казарм в Ораниенбауме деятельно продолжалась и к октябрю месяцу оба здания были подведены под крышу.
К этому времени уже был заложен фундамент полковой церкви, а 4-го октября происходила ее закладка, в присутствии командира корпуса, Его Высочества Герцога Макленбургского, начальника дивизии и прочих начальствующих лиц. После торжественного молебствия, в сослужении всего городского духовенства, прибывшего с крестным ходом из всех церквей города, состоялся самый акт закладки здания вновь строящейся церкви, на построение которой, первым жертвователем был Его Императорское Величество наш Высокомилостивый Государь Император. — Первый кирпич, при заделке в фундамент акта о постройке церкви, был положен Его Превосходительством командиром корпуса, второй Его Высочеством Герцогом Мекленбургским, а за ним прочими начальствующими лицами.
5 ноября 1897 г. ввиду тесноты помещений частей полка, [320] для которых не предназначались вновь строящиеся казармы, командир полка вошел с ходатайством о разрешении постройки дополнительного каменного двухэтажного флигеля для учебной команды, канцелярии и гауптвахты.
Ходатайство это было уважено, и 31 Января 1898 года комиссиею по устройству казарм, ВЫСОЧАЙШЕ утвержденной при военном совете, было разрешено построить дополнительный флигель, а вскоре затем получено разрешение приступить и к постройке еще одного каменного здания, для офицерских квартир.
В зиму 1897-98 г.г., благодаря большей сосредоточенности квартирного расположения полка, офицеры имели возможность чаще, чем в прежние годы, посещать свое полковое офицерское собрание, находящееся в Ораниенбауме при штабе полка.
В этом собрании, как прежде, так и теперь, офицеры всегда весьма охотно сходятся для общих товарищеских бесед, для игры на биллиарде, в карты, в шахматы; там же, в помещении полковой библиотеки, можно спокойно углубиться в чтение книг и газет, которые выписываются в значительном количестве, на суммы собрания. Как и прежде, здесь продолжают ежемесячно устраиваться весьма оживленные музыкально литературные и танцевальные вечера, по окончании которых присутствующие, обыкновенно, участвуют в общем ужине.
Кроме того, в свободное от служебных обязанностей время среди офицеров в последние годы получают все большее распространение и другие полезные общественные развлечения. Сюда относятся: прогулки верхом, на велосипеде, увеселительные поездки как летом, так и зимой на святках и в другое время, катанье на коньках и лыжах, охота и т. д. Немало удовольствия доставляет и море, которое манит к себе своею близостью наших товарищей, как бы приглашая прокатиться по нем на собственной или наемной лодочке, а зимой на буере.
Понятно, что при том сильно развитом духе товарищества, которое всегда существовало среди самарцев, возможность более частого сближения офицеров друг с другом действует благотворно, суживая еще теснее те связи, которые соединяют всех нас в единую дружную полковую семью.
Связь эта не порывается и при уходе наших товарищей из полка, доказательством чему служит то, что бывшие самарцы, никогда не становясь чужими для нашей полковой офицерской семьи, как прежде, так и в настоящее время всегда выказывали глубокое расположение и внимание к полку, не забывая нас ни в наши полковые праздники, ни в другие знаменательные для нас дни: они [321] могут быть уверены, что всегда будут приняты в полку как дорогие гости, как близкие нашему сердцу.
При том значении, которое имеет товарищество в полковой жизни, понятно, что всеми офицерами полка было радостно приветствовано 12-е Мая 1898 года, день, когда петергофский эшелон присоединился к 3 и 4 батальоном, расположенным при штабе полка, и таким образом полк собрался наконец вместе, для постоянного квартирования в г. Ораниенбауме.
«Сердечно приветствую всех чинов полка с этим знаменательным днем в жизни самарцев, — писал по этому поводу в приказе по полку полковник Каменский, — и радуюсь вместе со всеми, что после долгих, долгих лет разъединенного расположения полка, самарцы приобрели, наконец, оседлость для постоянного местожительства.
«Чтобы оценить важное значение сегодняшнего дня, необходимо вспомнить все то тяжелое прошлое, которое приходилось переживать и перечувствовать почти каждому за долгое время стоянки частей полка в разных местах вне штаба полка, и с чувством глубокой благодарности и признательности отнестись к тем заботам и милостивому участию высшего начальства, которое дало возможность совместной стоянки всего полка в г. Ораниенбауме».
«Уверен, что в этом сознании, все чины полка усугубят свое усердие и рвение к службе и посвятят все силы для благоденствия, пользы и славы нашего дорогого полка».
26-го Июня 1898 года полк перешел в Красное Село, где по-прежнему расположился в авангардном лагере, в бараках.
Участие полка в Красносельском лагерном сборе этого года дало возможность самарцам неоднократно представляться Его Императорскому Величеству Государю Императору и Августейшему Главнокомандующему и испытывать всякий раз радостное чувство, вызываемое лестными отзывами и благодарностями, выпадавшими на его долю.
Особенно глубоко врезалось в сердцах самарцев милостивое внимание Государя Императора, оказанное полку Его Императорским Величеством во время больших маневров 4 Августа в с. Мурине. По окончании Высочайшего завтрака, к которому были приглашены все офицеры обоих отрядов, Его Императорское Высочество Главнокомандующий приказал полковнику Каменскому собрать всех офицеров Самарского полка, к которым Его Императорское Величество Государь Император обратился с следующими многознаменательными словами: [322]
«Поздравляю вас с наступающим днем полкового праздника, сожалею очень, что не придется вас видеть в этот день, вместе с тем поздравляю вас также и с предстоящим столетним юбилеем полка. Уверен, что и в новом столетии Самарский полк будет так же верно и доблестно служить Отечеству и Царям, как служил и в этом столетии. Желаю вам полного успеха».
6-е Августа, день полкового праздника, самарцы, находясь в составе маневрирующих войск южного корпуса, провели на биваке близ Царского Села в с. Кузьмино, где в 8 ч. утра полку был произведен церковный парад, после которого командир полка, все штаб-офицеры и полковой адъютант отправились в Петербург на Елагин остров на парад Л. Гв. Преображенского полка. После парада все поименованные офицеры были удостоены приглашения к ВЫСОЧАЙШЕМУ завтраку, во время которого Его Величество пил здоровье празднующих частей, а после завтрака милостиво разговаривал с офицерами полка.
С приходом полка, по окончании больших маневров, в город Ораниенбаум на постоянное местожительство, все чины его приняли самое живое участие, чтобы достойно встретить своего Августейшего Главнокомандующего Великого Князя Владимира Александровича, Шефа 47-го пехотного Украинского полка, изъявившего желание быть на празднествах столетнего юбилея родственного ему Самарского полка, что еще более усугубит торжественность этого знаменательного для каждого самарца дня.
Вследствие освящения в Москве памятника Императору Александру II, в присутствии Его Императорского Величества Государя Императора и Особь Императорской Фамилии, празднование юбилея полка отложено до 23 Августа 1898 года.

 

Примечания

1. 1-й и 2-й батальоны расположились в казармах Л.-Гв. Измайловского полка, а 3-й и 4-й—в казармах Л.-Гв. Егерского полка.
2. Отнош. Штаба Кронштадтской крепости 16 июля 1891 года.
3. Прик. по полку 21 Августа 1892 г.
4. Впоследствии, в помощь поручику Бирюкову был назначен подпоручик Марданов.

 


Назад

В начало раздела




© 2003-2018 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru