: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Лукьянович Н.А.

Описание Турецкой войны
1828 и 1829 годов

Часть первая

Публикуется по изданию: Лукьянович Н.А. Описание Турецкой войны 1828 и 1829 годов. Санкт-Петербург. 1844.


Глава VI. Действия на Дунае.

Приготовления к переправе. Крепкая позиция Турков. Переход через Дунай в присутствии Государя Императора. Занятие неприятельских укреплений. Государь Император переправляется через Дунай. Бегство Турков. Трофеи. Усердие и заслуги Запорожцев. Блокада Исакчи. Наведение моста на Дунае. Сдача Исакчи. Операционный путь. Обложение крепостей Кюстенджи, Мачина, Тульчи и Гирсова. Движение главных сил 3-го корпуса к Граянову валу. Трудность похода.


[98] Когда 6-й корпус охранял Валахию, а 7-й осаждал Браилов, предположено было переправить 3-й пехотный корпус на правый берег Дуная при селении Сатунове, в нижней части реки, где, невзирая на ширину её, образуемую несколькими заливами и болотами, находится единственная переправа между Дунайскими устьями и Браиловом. [99]
Место, избранное для переправы, было некогда свидетелем великого события: здесь происходила Катульская битва. Оно знаменито в истории и отдаленных времен.
Переправа через Дунай требовала многих предварительных работ. К ним было приступлено около половины мая месяца под надзором инженера генерал-майора Руперта и под руководством начальника главного штаба графа Дибича. На пространстве более пяти верст устроена была прочная гать по топким и болотистым плавням, а чрез гирла и ручьи, прорезывающие местность, построены и наведены мосты. Работы сии при необыкновенном полноводии и совершенном недостатке леса были весьма трудны. Для них ежедневно употребляли 2-ю пионерную бригаду, до 2000 нижних чинов из 9-й пехотной дивизии и до 1000 обывателей. Наконец, усилия труда превозмогли препятствия, и мая 25-го плотина доведена до Дуная. Немедленно сделаны после сего распоряжения к переправе. Затруднения, представляемые шириною Дуная, увеличенного необыкновенным разливом вод, не остановили решительной воли Русского Царя и рвения русских войск, стремившихся достигнуть предположенной цели.
Положение неприятеля представляло ему все выгоды [100] защищать переправу1. Высота правого берега, поднимаясь в несколько ярусов, составляла фронт его позиции. Правый фланг был обеспечен засеками, болотом и батареей из 9-ти орудий (лит. а); средина прикрыта была другой прибрежной батареей (лит. b) и позади её редутом (лит. с), вооруженным 12-ю орудиями, а левый фланг примыкал к высоте, укрепленной также сомкнутой батареей (лит. d). Кроме того, по всему берегу от правой до левой батареи вырыт был окоп для ружейной обороны, а позади укрепления на высотах расположены были лагеря (лит. f). Оборона правого берега Дуная вверена была азиатским войскам, число коих простиралось до 8000 человек, под начальством Гассан-паши. Все пункты нашей переправы и самая поверхность Дуная были подвержены перекрестным выстрелам неприятеля. Позиция турок казалась неприступной, и они были уверены в неизбежной неудаче нашей.
Надлежало атаковать неприятеля, сбить его и овладеть противоположным берегом, дабы устроить на реке мост для постоянной переправы. Всякий другой способ при быстроте реки и ширине её мог оказать только малое и временное пособие. [101]
Предприятие было отважное. Присутствие Государя Императора отдалило все опасения.
Для действия назначены: часть войск 3-го пехотного корпуса, сближенного от Болграда к Сатунову; 3-е отделение Дунайской флотилии, состоявшее из 8-ми канонерских лодок и 4 иолов, и егерская бригада 9-й пехотной дивизии, прибывшая от Измаила вверх по Дунаю на 26-ти купеческих судах вместе с особыми понтонами (плашкоутами), приготовленными для моста заблаговременно. Накануне дня переправы прибыли еще из Измаила на 40 лодках запорожцы, перешедшие в подданство России. По первому предложению вызвались они ревностно содействовать успеху нашего оружия. Следуя из Измаила, запорожцы приплыли, по недоразумению, к самому селению Сатунову на озере Ялпухе, отдалившись значительно от течения Дуная. Для достижения реки надлежало им сделать большой обход к Измаилу через речку Репиду, ибо прямое, близкое сообщение по Табачинскому гирлу, заросшему камышом и деревьями, считалось проходимым только для мелких лодок. Движимые желанием доказать свою приверженность законному Царю, запорожцы превозмогли все препятствия, тащили свои лодки на себе и вывели их в Дунай против неприятельской батареи. [102]
Для прикрытия переправы мая 26-го вооружена была окончательно батарея (лит. g) из 24-х орудий, устроенная на левом фланге нашей позиции под распоряжением генерал-майора Зварковского, а Дунайская флотилия (лит. h) под начальством капитана 2-го ранга Патаниоти построилась полукружием на левом фланге батарей. Вечером четыре донских казака переправились на неприятельский берег и отыскали на нем места, удобные для высадки войск.
Мая 27-го в 4 часа утра Государь Император прибыл к войскам, собранным у Дунайской переправы. Мгновенно открыт был огонь с нашей батареи и флотилии против неприятельских укреплений. Действие его было сигналом движению войск на правый берег Дуная. Усиливая огонь, 9-ть орудий 10-й артиллерийской бригады поставили правее и левее батареи по берегу Дуная. Две бригады 9-й пехотной дивизии подошли к реке, и 1-я егерская бригада генерал-майора Курносова на транспортных судах под сильным неприятельским огнем начала переправу. Быстрое течение Дуная и противный ветер чрезвычайно затрудняли движение судов. Тогда подоспели запорожцы со своими легкими лодками. При пособии их командир 2-й бригады 9-й пехотной дивизии генерал-майор [103] Гельвиг с 120 человеками своей бригады открыл переправу. За ним последовали на транспортном судне с небольшим числом пехоты начальник 9-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Бартоломей и начальник штаба 3-го пехотного корпуса генерал-майор князь Горчаков 2-й. Вслед затем при помощи запорожцев поднялся на прочих транспортных судах генерал-майор Курносов с частью своей бригады.
Три роты 2-го батальона 17-го егерского полка первыми ступили на неприятельский берег (лит. k). Выходя из судов по пояс в воду, егеря должны были переходить около версты глубоким болотом, держа ружья и сумы с патронами над головою. Преодолев все препятствия, они достигли луга, где немедленно начали строиться. Здесь неприятель стремительно атаковал конницею голову колонны, стараясь опрокинуть ее в воду. Мужественный отпор стрелков удержал сильный натиск турок; три батальона быстро выстроились к бою. Генерал от инфантерии Рудзевич, генерал-квартирмейстер главного штаба генерал-адъютант граф Сухтелен и начальник главного штаба 2-й армии генерал-адъютант Киселев распоряжались переправою войск в глазах Государя Императора.
Когда всего нужнее было подкрепить войска, [104] высаженные на неприятельский берег, генерал-адъютант Киселев заметил, что сильный ветер и быстрое течение Дуная относили от настоящего направления отделение запорожских лодок, перевозивших два батальона Алексопольского полка. Известясь от капитана гвардейского генерального штаба Вельяминова-Зернова о другом более удобном и сухом месте для высадки, он бросился в одну из запорожских лодок и повел туда упомянутое отделение. Прибыв к месту высадки, генерал-адъютант Киселев приказал капитану Патаниоти подвинуть суда левого фланга Дунайской флотилии более вперед и действовать по неприятелю картечью, очищая местность выше и сзади неприятельского редута. Распоряжения увенчались полным успехом. Войска свободно вышли на неприятельский берег и, построясь в боевой порядок на сухой равнине под начальством генерал-лейтенанта Бартоломея, соединились с отрядами генералов Гельвига и Курносова.
Немедленно 2-й батальон 17-го егерского полка (лит. k), поддерживаемый 1-м батальоном Алексопольского пехотного полка (лит. l), двинулся на редут правого фланга неприятеля, имея впереди охотников. Едва приблизились егеря, один из турок, остававшихся в редуте, взорвал [105] пороховой погреб (лит. а), когда охотники ворвались в него сквозь амбразуры. Несколько человек нижних чинов 17-го егерского полка сделались жертвою неустрашимости, но потеря не остановила других. Они бросились на неприятельскую батарею, штыками вырвали ее из рук неприятельских, и на позиции, казавшейся недоступною, водрузили знамена русские перед глазами монарха, окруженного представителями Европы. Толпа турецкой конницы (лит. m) устремилась на редут после взрыва порохового погреба, но, видя его занятым егерями и 1-й батальон Алексопольского пехотного полка, стоящий подле него колонною, готовою к атаке, поспешно отступила. Вскоре после занятия редута подоспели две роты 3-го пионерного батальона (лит. n) и занялись вооружением редута для защиты нашей переправы и отражения дальнейшего неприятельского покушения.
После того высаженные на неприятельский берег войска устремились вперед и прошли по всему ряду неприятельских укреплений. Устрашенные быстротой и смелостью движения турки оставили свои батареи, бросили артиллерию и убежали в лагерь на высотах своей позиции (лит. f).
Войска наши продолжали переправляться. Вся 9-я дивизия, две бригады 7-й пехотной под начальством [106] генерал-лейтенанта Ушакова и часть 8-й пехотной дивизии быстро перевезены были на правый берег. С ними переехал командир 3-го корпуса генерал Рудзевич, кончивший переправу занятием всей высоты правого Дунайского берега.
Государь Император переправился через Дунай в лодке. Гребцами были недавно подчинившиеся запорожцы, а рулем управлял атаман их, Гладкой, пожалованный полковником русской службы. После обозрения правого берега Государь Император возвратился назад. Успешное сосредоточение значительной части войск на правом берегу заставило турок оставить лагерь свой и искать спасения в бегстве по дорогам на Тульчу, Бабадаг и Исакчу. Таким образом, в несколько часов днем была совершена достопамятная переправа через Дунай.
Трофеи наши состояли из 20-ти орудий, взятых на неприятельских батареях и двух лагерей. С нашей стороны убито и ранено 112 человек. Между ранеными находился капитан Патаниоти, не смотря на полученную им рану не перестававший командовать вверенными ему судами, и удачным действием своих орудий много способствовавший успехам дня.
В числе начальников, обративших внимание [107] Государя Императора, были начальник главного штаба 2-й армии, генерал-адъютант Киселев, произведенный в генерал-лейтенанты, начальник 9-й пехотной дивизии, генерал-лейтенант Бартоломей, получивший орден Святой Анны 1-й степени, начальник штаба 3-го пехотного корпуса генерал-майор князь Горчаков, пожалованный кавалером ордена св. Георгия 3-го класса, командиры бригад 9-й дивизии генерал-майор 2-й Гельвиг и 3-й Курносов, получившие золотые шпаги, алмазами украшенные, с надписью: За храбрость, и капитан Патаниоти, произведенный в капитаны 1-го ранга и пожалованный золотою шпагою, с надписью: За храбрость. Примерно отличившийся 17-й егерский полк получил знамена, с надписью: За переход через Дунай 27 Мая 1828 года. Особенно оказали усердие запорожцы под начальством своего кошевого атамана, Осипа Гладкого, подававшего им пример бесстрашия и деятельности. Орден св. Георгия 4-го класса был наградою Гладкому.
Немедленно приступлено после переправы к продолжению плотины вдоль по берегу до места, избранного для моста. Генерал Рудзевич с 5-ю батальонами, 6-ю орудиями и сотнею казаков предпринял между тем рекогносцировку к [108] Исакче. После обозрения местности и нескольких пушечных выстрелов, обмененных с обеих сторон, он отступил к своему лагерю.
Вслед за ним три турецких чиновника явились из Исакчи в лагерь с письмом от Эюб-паши для переговоров о сдаче крепости. Поддерживая переговоры и устрашая турок, Исакчу обложили мая 29-го 3-мя батальонами 3-й бригады 9-й пехотной дивизии с 6-ю орудиями 3-го роты 9-й артиллерийской бригады, и 250 казаков Ступачевского и Секретова полков, под начальством генерал-лейтенанта князя Мадатова. В подкрепление батальону 17-го егерского полка назначен 20-й егерский полк с 4-мя орудиями № 3-го роты, а в подкрепление 18-му егерскому полку Симбирский пехотный полк с 6-ю орудиями легкой роты 9-й артиллерийской бригады. Войска обложили крепость по дорогам от Бабадага и Тульчи, а казаки по Мачинской дороге.
Пока блокировали Исакчу и договаривались о сдаче, работы по устроению плотины и мостов через Дунай производились деятельно. Не смотря на протяжение на полторы версты по болотистым камышам, плотина окончена была в два дня. Тогда наведен мост.
По чрезмерному разлитию реки число больших понтонов или плашкоутов, приготовленных для моста, оказалось недостаточно. [109] Принуждены были употребить при берегах полевые пионерные понтоны. Чрезмерная быстрота течения, большею частью противный ветер и близость крепости Исакчи, находившейся в руках турок, противопоставляли немало препятствий, но усердное выполнение смелых предначертаний уничтожило все преграды. Рвение и деятельность пионеров и морских команд превозмогли трудности. Мая 30-го мост был совершенно готов. Наши остальные войска немедленно начали переходить. Некоторые из них перевезены были на судах еще 28-го и 29-го, а два донских полка, Ступачевского и Секретова, переправились вплавь, не смотря на быстроту течения и ширину реки, простирающуюся более чем 300 сажен.
В тот же день кончились переговоры с посланниками из Исакчи. Гарнизон крепости под начальством Гассана и Эюб-пашей сдался на капитуляцию. Обоим пашам, принесшим ключи крепости, и всему гарнизону, сложившему оружие, дозволено возвратиться на родину. Эюб-паша отправился в Шумлу, где по повелению султана был обезглавлен. Условиями сдачи принадлежавшее казне оружие, артиллерия, военные снаряды и продовольствие предоставлены победителям; все частное объявлено неприкосновенным. [110]
По заключении капитуляции батальон Муромского пехотного полка с 4-мя орудиями легкой 2-го роты 9-й артиллерийской бригады вступил в Исакчу, где взято 18 знамен, 75 орудий, 3600 бомб, 10000 ядер и до 20000 пудов зернового продовольствия. Сдача Исакчи была первым следствием перехода через Дунай.
Армия готовилась вступить в пустынные страны Булгарии. Малолюдное население края с его скудным промыслом укрывается обыкновенно от нашествия неприятелей в леса и горы. Армии невозможно одних суток продержаться в голых степях булгарских, если она не везет за собою всего нужного для её существования, начиная с сухарей на ежедневную солдатскую дачу до угля на подковку лошади. Такое обстоятельство делало необходимым приобретение Черноморских гаваней, открывавших свободное сообщение с нашими южными портами, откуда войска должны были снабжаться не только снарядами и другими потребностями, но и продовольствием. Порт при Кюстенджи обращал всем отношением особенное внимание. Потому для направления главных к Балканам действий избран был путь вблизи моря. Главными точками операционной линии назначены на первый раз Бабадаг и Карасу. [111]
Мая 31-го авангард главной армии под начальством генерал-лейтенанта Ридигера, состоявший из 3-й бригады 10-й пехотной дивизии, с легкою 5-го № ротою 2-й артиллерийской бригады, 3-й гусарской дивизии, с 6-го № полуротою конной артиллерии, 400 казаков и одной роты пионеров 3-го батальона, двинулся через селение Энекиой на Бабадаг. Обеспечивая cиe движение, отделили особые отряды к оставшимся в тылу армии Дунайским крепостям.
1.Отряд полковника Роговского, 1-я бригада 7-й пехотной дивизии (за исключением батальона Муромского полка, оставленного в Исакче) с легкою артиллерийскою ротою, сотнею казаков и 6-ю эскадронами улан назначен для обложения Мачина.
2.Отряд генерал-лейтенанта Ушакова, 2-я бригада пехотной дивизии с ротой легкой артиллерии, сотней казаков и дивизионом Бугских улан послан к Тульче.
3. Отряд генерал-лейтенанта князя Мадатова, 3-я бригада 9-й пехотной дивизии, рота легкой артиллерии и 500 казаков назначен составлять авангард 9-й пехотной дивизии, направленной на Гирсов.
Остальные войска 3-го пехотного корпуса, при коих была главная квартира, двинулись вслед за своим авангардом к Бабадагу. [112]
Генерал-лейтенант Ридигер, заняв 1 июня Бабадаг, где почти не встретил сопротивления, обратился к крепости Кюстенджи и обложил ее июня 4-го. Почти в то же время обложены крепости Тульча, Гирсов и Мачин.
Главные силы корпуса генерала Рудзевича, при коем находился Государь Император со своей главной квартирой и главной квартирой армии, выступив июня 3-го из лагеря при Бабадаге, продолжали движение чрез Бейдаут и Тахаул к Траянову валу, у подошвы коего остановились июня 6-го, при озерах Карасу, имея cии озера перед фронтом позиции.
При первом движении армии за Дунай обнаружились в полной мере затруднения, какие надлежало преодолевать в Булгарии. Около пятидесяти верст шли войска местами лесными, а, миновав их, выступили на необозримые степи, где на расстоянии семидесяти пяти верст весьма редко встречались ручьи, фонтаны или колодцы. Чрезмерная глубина колодцев, иногда до 50 и 70 сажен, часто не позволяла удовлетворять ими общей потребности. Турки, кроме того, завалили многие трупами животных и мешками с мылом, так что для добывания воды надлежало с большим трудом очищать колодец, а иногда и вовсе оставлять [113] без употребления по невозможности в скором времени сделать годным.
Государь Император наравне со всеми разделял труды похода и неудобства помещения в палатках. Все переходы от 20 до 25 верст и более Он делал верхом впереди войск, не смотря на зной солнечный, а иногда проливной дождь. Солдаты забывали свои нужды, свою усталость и весело и бодро шли вперед, глядя на Царя.
Достигнув Карасу, армия не могла продолжать движения. Отделение значительных сил для покорения крепостей в тылу ослабило главный корпус. Нельзя было удаляться от Траянова вала с четырьмя бригадами, остававшимися налицо. Войска остановились на позиции при Карасу, дожидаясь постепенного присоединения отрядов и прибытия далеко отставших подвозов со съестными припасами. На другой день по занятию главной армией позиции при Карасу Государь Император получил известие о покорении Браилова.


Примечания

1. План переправы через Дунай, №4.

 

Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru