: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Лукьянович Н.А.

Описание Турецкой войны
1828 и 1829 годов

Часть вторая

Публикуется по изданию: Лукьянович Н.А. Описание Турецкой войны 1828 и 1829 годов. Часть 2. Санкт-Петербург. 1844.


Глава XVI. Поход гвардейского корпуса.

Распоряжения к походу гвардейского корпуса. Состав его. Отбытие Великого Князя Михаила Павловича в действующую армию. Выступление гвардии в поход. Внимание к ней императорской фамилии. Следование по России. Гвардия на Дунае. Прибытие Великого Князя Михаила Павловича и принятие им начальства над гвардейским корпусом. Переправа. Распоряжения при вступлении в Булгарию. Бабадаг. Трудности похода в Турции. Кюстенджи. Бедствие булгар. Каварна. Балчик. Долина Терте Киой. Последний переход к Варне. Лагерь главной квартиры. Распределение гвардейских полков. Посещение Государем Императором военного госпиталя.

 

[1] Февраля 28-го 1828 года последовало Высочайшее повеление, объявленное начальником Главного Штаба командующему гвардейским корпусом, великому князю Михаилу Павловичу, о подготовке к походу гвардейского корпуса в нижеследующем составе:
1. Кавалерия. Каждому полку легкой гвардейской [2] дивизии из двух первых полных дивизионов и сверх того коннопионерному эскадрону, трем эскадронам лейб-гвардии казачьего и одной трети Крымско-Татарского эскадрона.
2. Пехота. Каждому полку из двух батальонов, 1-го и 2-го, а Московскому и гренадерскому из 1-го и 3-го1, равно гвардейскому саперному батальону и гвардейскому экипажу.
3. Артиллерии. Всей пешей артиллерии, каждой батарее в 8 орудий, а из конной батарейной батарее и легкой 2-го батарее.
4. Следующему ко всем сим войскам фурштату.
Сверх сих предварительных распоряжений для приготовления к походу войск гвардейского корпуса состоялось 29-го февраля следующее Высочайшее повеление.
Войска, предназначенные к походу, разделить на две колонны, правая и левая, каждую распределить на 8 отделений следующим образом:
Правая колонна:
Отделение 1-е: - л-гв. коннопионерный эскадрон, саперный батальон и гвардейский экипаж. [3]
2-е: л-гв. Финляндский полк
3-е: л-гв. егерский
4-е: л-гв. казачий
5-е: л.гв. конноегерский
6-е: л.гв. гусарский
7-е: л.гв. уланский
8-е: л.гв. драгунский
Левая колонна:
1-е: л.гв. Павловский полк
2-е: Измайловский
3-е: пешая артиллерия
4-е: конная
5-е: гренадерский полк
6-е: Семеновский
7-е: Московский
8-е: Преображенский
2) Гвардейские войска следуют означенными двумя колоннами до Тульчина сходно с данным маршрутом.
3)Гвардейским войскам во все время следования довольствоваться свежим печеным хлебом, для чего по примеру похода гвардии в Москву в 1826 году отправить вперед от каждого отделения по две команды хлебопеков, в места для дневок назначенные.
4)В сих местах заготовить по распоряжению [4] Военного министерства провиант и фураж, а дрова по распоряжению гражданского начальства.
5) Войска гвардейского корпуса, назначенные в поход, продолжать числить в 1-й армии до вступления в Подольскую губернию, т. е. до 1 июля, а далее отчислить их ко 2-й армии.
6) Гвардейским войскам по прибытии в Тульчин располагаться около него на тесных квартирах, если не последует до того времени другого назначения.
7)Выступление гвардейских войск на вышеописанных основаниях начать с 1-го апреля.
Вслед за тем последовало Высочайшее повеление: ракетную роту причислить к войскам гвардейского корпуса, выступавшим в поход, с тем, что она поступит [5] в ведение начальника артиллерии корпуса, и следует до Тульчина в 9-м отделении, в хвосте правой колонны, за лейб-гвардии Преображенским полком.
В исполнение Высочайших повелений войска гвардейского корпуса по распоряжению Великого Князя Михаила Павловича немедленно были укомплектованы людьми и лошадьми, и все части корпуса приведены в военное состояние. Вместе с тем предписано было левой колонне войск, назначенных в поход, поступить под начальство генерал-адъютанта Бистрома, а правой генерал-адъютанта Чичерина. По отъезде великого князя Михаила Павловича в действующую армию предписано до возвращения его принять начальство над войсками гвардейского корпуса, выступающими в поход, генерал-адъютанту Депрерадовичу. Больных по трактам повелено было сдавать в военно-временные лазареты, учрежденные: 1) по тракту правой колонны: в Пскове, Опочке, Полоцке, Сенно, Старом Быхове, Мозыре и Житомире; 2) по тракту левой колонны: в Луге, Порхове, Великих Луках, Витебске, Чечерске, Чернигове и Сквире. Сверх того военные госпитали находились в Могилеве и Киеве. В составе гвардейского корпуса, предназначенном в поход, находилось:
Кавалерии 4359 человек,
пехоты 18827,
артиллерии 2025,
жандармов 29,
фурштата 394,
Всего.... 25634 »
64 орудия

Гвардия начала выступать из С. -Петербурга с 1-го апреля. Полки выходили через день один [6] после другого. При выступлении в 9 часов утра войска брали обыкновенным порядком знамена и, отслужив в казармах молебен, шли на сборные места и там ожидали прибытия Государя Императора. В 10 часов, сопровождаемый принцами Оранским и Вильгельмом Прусским, иностранными министрами, генералами и многочисленной свитой, Государь Император лично провожал по рядам войск Государынь Императриц Александру Феодоровну и Марию Феодоровну, изъявивших желание присутствовать при выступлении всех полков гвардии в поход. После сего войска, имея великого князя Михаила Павловича в голове колонн, а наследника престола на фланге тех полков, коих был он шефом, проходили мимо Государя Императора и Государынь Императриц церемониальным маршем. За полками шел казенный и офицерский обоз.
Государь Император, провожая каждый полк за заставу, прощался с ними в лестных выражениях, изъявлявших особенное внимание Его к отборному и отличному русскому войску. Государыня Императрица Мария Феодоровна повелела, чтобы полки, проходившие чрез Гатчину, и останавливавшиеся [7] там на дневку, были угощаемы во дворце обедом, а офицерам и квартиры были отводимы во дворце. Подобно матери семейства, Она провожала в путь детей своих, по старинному Русскому обычаю, с хлебом-солью.
Войска левой колонны продолжали путь на Витебск, Могилев на Днепре, Чернигов, Киев, а правой на Ямбург, Псков, Полоцк и Могилев на Днестре. Не доходя Тульчина, получили повеление войскам, не останавливаясь, следовать к берегам Дуная. Полки шли поротно; выступали с квартир рано; на половине перехода делали привал; около 12 часов до полудня приходили на ночлег. Во время сильных жаров, наступивших в конце мая, переходы делали ночью. Везде встречали они самый радушный прием жителей.
Наконец, после четырехмесячного ежедневного похода, полки гвардейского корпуса прибыли к берегам Дуная в начале августа, и при селении Сатуново переправились чрез Дунай в присутствии Великого Князя Михаила Павловича.
На месте переправы близ Сатунова ширина Дуная с заливами и болотами простирается почти на пять верст. Плотина шла зигзагами, а мост, выстроенный на плашкоутах, прикрывался на правом [8] берегу остатками укреплений, сделанных турками для защиты переправы армии. Туры и фашины, лежавшие в беспорядке кучами, показывали, что сии места еще недавно были позорищем битвы. Переправившись через Дунай, войска располагались лагерем у Исакчи, близ кургана, называемого Визирским. Во время переправы войск армии, на вершине его была разбита палатка Русского Царя.
За Дунаем обе колонны гвардейского корпуса соединились и следовали далее эшелонами2.
Августа 11-го, осмотрев 1-ю бригаду 1-й гвардейской пехотной дивизии, расположенную лагерем [9] близ Исакчи, Великий Князь Михаил Павлович отправился в Бабадаг, и здесь на другой день вступил в командование гвардейским корпусом. По вступлении войск гвардии в Булгарию сделаны были следующие распоряжения:
1. Полкам приказано иметь при себе провианта на людях на 4 дня, и наполнить им провиантские фуры, что вместе составляло 9-дневный запас. Зернового фуража кавалерии в саквах иметь на три дня полными дачами, а артиллерии и обозам на 4 дня, также полными дачами, и сколько возможно более, а сверх того полное, определенное количество спирта, уксусу и перцу.
2. Отпускать винную и мясную порции для строевых по 4 мясные и по 3 винные, а для нестроевых ту и другую по два раза в неделю на человека. Офицерам получать на денщиков своих как винную, так и мясную порции против строевых нижних чинов.
3. Продовольствие фуражом производить на лошадей строевых, артиллерийских и казачьих верховых полною дачею, а подъемных, кроме казачьих, разрешено было довольствовать во время подножного корма сухим фуражом.
4. Полковым командирам обязать маркитантов [10] иметь все нужное для нижних чинов, и особенно для употребления в пищу сало, не менее, как на два месяца, а чесноку и луку сколько возможно более.
5. Штаб и обер-офицерам положено получать: обер-офицеру фунт мяса в день и солдатскую дачу провианта, а штаб-офицеру двойную дачу.
Вступив в Булгарию, войска следовали от Исакчи до Бабадага, как будто среди сада, прекрасною, широкою аллеей. Бабадаг построен в большой долине. Внутренность его не соответствовала живописным окрестностям. Кроме дома, принадлежавшего бывшему паше, и занятого русским комендантом, и казарм регулярных войск строения обширного, но непрочно выстроенного из рыхлого плитняка, где помещен был госпиталь, и кроме еще двух или трех домов, все другое представляло развалины. Густой дым облаками носился над зданиями, поднимался белыми струями от груд камней, обгоревших и разбросанных, и смрад и пепел наполняли воздух. Из жителей города не было почти никого; все они разбежались по окрестным лесам. Находились только греки и недавно перешедшие к русским некрасовцы.
От Бабадага войска шли по дефиле. По обеим сторонам узкой дороги, похожей на дно глубокого [11] рва, возвышаются до облаков горы, покрытые дубовым лесом. В одном из ущелий бьет фонтан воды здоровой и приятной для вкуса, что в тех местах большая редкость. Все полки делали привал у сего водохранилища. Он был истинной отрадой для усталых воинов. Недостаток в воде, даже посредственной, происходил от того, что турки из ненависти к христианам, испортили почти все фонтаны и колодцы. Вспомнив о гибельном задунайском климате, быстрых переходах от нестерпимо-знойного дня к холодной росистой ночи, неимоверном множестве винограда и других плодов — искушении для пришельцев с севера, чрезвычайном недостатке первой жизненной потребности — чистой и здоровой воды, никто не станет удивляться множеству больных, бывших во все войны с турками, и напротив, отдаст еще справедливость мужеству русского солдата в твердом перенесении недугов, чуждых его родному климату.
В 16-ти верстах от Бабадага картина переменяется: лес редеет, горы становятся отложе, и взору открывается необозримая голая степь, простирающаяся на 180 верст. В течение нескольких дней похода кроме неба и песчаного берега Черного моря ничего не было видно. От дохлого рогатого скота и лошадей, лежавших по дороге, [12] воздух был наполнен вредными испарениями, причинявшими повальные болезни. Ни одного дерева, под тенью коего можно было укрыться от палящих лучей солнца, ни даже кустарника, где можно было развести огонь для приготовления пищи. Солдаты принуждены были косить для костров высокий бурьян, подобно морю волнующийся здесь на необозримом пространстве.
Зной, особенно во время переходов, был нестерпим, но русский солдат, образец непоколебимой твердости, бодро нес на себе свою тяжелую амуницию и, припевая, переносил удушливый жар. Голоса полковых песельников раздавались среди палимых солнцем степей турецких также весело, как оглашали они снежные поля русские. Заботясь о сохранении здоровья вверенного ему корпуса, Великий Князь Михаил Павлович приказал3 для облегчения солдат идти им на походе без галстуков и с расстегнутыми воротниками; иметь манерки повешенными на тесаках, чтобы при каждом возможном случае солдат мог почерпнуть воды для своего прохлаждения. Предупреждая болезни, происходившие от переменной и часто испорченной воды, приказано было каждому полку иметь при себе [13] уксус для питья с водой. Сверх того давалось достаточное количество перцу для употребления с пищей.
После Бабадага гвардейский корпус следовал через Кюстенджи, в 45 верстах от Дуная, заслуживающей особенное внимание по чистоте строений и сходству с городами европейскими.
Далее дорога шла близ морского отлогого берега к крепости Каварне. На пути встречались целые деревни кочующих булгар. Составив каре из телег, спокойно отдыхали они со своими семействами и домашним скотом в средине его у пылавших костров. В начале войны турки выжгли большую часть булгарских деревень, а жителей с их имуществом намерены были угнать за Балканы, дабы оставить русским одни бесплодные степи, но наши передовые войска успели отбить несчастные жертвы войны. Часть их возвратилась в Бабадаг, а другая получила дозволение поселиться в Бессарабии. Подвижные деревни булгар нередко тянулись одна за другою на несколько верст.
В Каварне войска терпели крайний недостаток в воде, ибо ни в городе, ни в окрестностях его вовсе не было годной для употребления. На вид чистая, по освидетельствовании медиками [14] она оказывалась вредною для употребления по причине большого количества находящейся в ней извести, и ее нельзя было иначе пить, как только с уксусом.
После десяти верст перехода от Каварны, войска вошли в узкое ущелье, как будто пещеру — то был Балчик или Малые Балканы. Артиллерия и обозы с большим затруднением спускались вниз по крутой, каменистой и узкой дороге, где едва пара лошадей могла проходить рядом. Орудия и повозки надлежало придерживать сзади веревками. Спустясь с горы, вступили в живописную долину Терте-Киойскую. После утомительных переходов по степям, заросшим бурьяном и заваленным дохлыми животными, с неизъяснимым наслаждением зрение отдыхало на свежей зелени виноградных и кизиловых садов. Здесь можно было утолить жажду водою, текущею из расселин гор в водохранилища.
От Терте-Киоя до Варны полагают не более 25 верст, но их должно было идти около четырех дней. Беспрерывные дефиле и узкие по лесам дороги, заваленные камнями, препятствовали следованию не только артиллерии и обоза, но даже пешеходов, так что в первый переход от Терте-Киоя войска едва совершили пять верст, и [15] успели выбраться на лощину близ Терте-Киоя. Здесь настигла их темная, дождливая ночь.
Войска двинулись отсюда вперед, но артиллерию и часть обоза принуждены были оставить в лощине до утра под прикрытием 6-й роты Преображенского полка. Наконец, в вечеру 28-го августа, последний эшелон войск прибыл к Варне. Варну уже обложили тогда с суши и с моря. С северной стороны, на возвышении, расположен был лагерь графа Воронцова4, а отряд генерал-адъютанта Головина готовился занять Айдосскую и Бургасскую дороги, и тем пресечь осажденным сообщение с Царьградом. На Черном море развевались флаги эскадры кораблей адмирала Грейга, обстреливавших стены крепости.
Перед взорами русского войска лежала еще непобежденная Варна. Картина, как в панораме, видна была с утеса, составлявшего самый верхний уступ с северной стороны берега Черного моря. Здесь расположен был лагерь главной квартиры. Из придворных экипажей составились две длинные и широкие улицы. Лагерь расположен был в виде каре, правый фас коего прикрывал Преображенский полк, левый Московский [16] полк, передний ограждали орудия 1-й гвардейской пешей артиллерийской бригады, роты Великого Князя Михаила Павловича, а задний эскадрон лейб-казаков.
По прибытии к Варне гвардейцев полки немедленно поступили в состав осадного корпуса. Августа 29-го 4-я гвардейская пехотная бригада с легкою 2 ротою и Черноморским эскадроном под командою генерал-адъютанта Головина переправились через лиман на юго-восточные высоты, а 3-я гвардейская пехотная бригада с батарейной № 4-го ротою под командою генерал-адъютанта Мартынова спустились в долину для подкрепления войск, находившихся в траншеях. Постоянно находились в траншеях только 13-й и 14-й егерские полки: 1-я и 2-я гвардейские пехотные бригады заняли северные высоты Варны и расположились лагерем, 1-я бригада, имея в средине лагерь главной квартиры, а 2-я близ Франки, по дороге, ведущей вниз к Варне. Впоследствии полки сей бригады переведены были: Семеновский и 2-й батальон гренадерского полка вниз в долину для усиления войск в траншеях, а 1-й батальон гренадерского полка и Павловский перевезены на южную сторону Варны, где присоединился к ним 16-го сентября 2-й батальон гренадерского полка. [17]
Легкая кавалерийская дивизия, оставленная у Каварны, сентября 11 прибыла к Варне и расположилась лагерем близ деревни Ени-Киоя.
Из распределения войск гвардейского корпуса видно, что назначение их при сей крепости было различно. Войска, находившиеся в траншеях, боролись беспрерывно с турками, делавшими вылазки, и оберегали траншейные работы, а полки, расположенные на южной стороне Варны, заслоняли своей грудью всякое покушение турок прорваться в крепость. Полки 1-й гвардейской пехотной бригады содержали караулы в лагере главной квартиры, ходили на работы на пристань для выгрузки припасов, и в траншеи для делания туров и фашин.
Черное море покрыто было кораблями и баркасами, из коих одни перевозили больных и раненых из отряда, расположенного на южной стороне Варны, а другие везли в гавань съестные припасы. С правой стороны белелся лагерь графа Воронцова, вблизи высокого кургана, где устроен был телеграф, и где, как говорит предание, похоронены Польский и Венгерский король Владислав 3 и его храбрые сподвижники. У подошвы кургана находится площадь, посреди коей разбиты были палатки матросов.
В гавани встречались шкипера и матросы почти [18] всех европейских наций. Хотя торговля чрез архипелаг по случаю войны почти за год перед тем прекратилась, но при первом, однако, открытии сообщения с Одессой, торговая предприимчивость одесских купцов не упустила случая воспользоваться сбытом своих товаров. Все можно было достать в палатках и балаганах Варнской гавани, находившейся близ лагеря графа Воронцова. Невдалеке от гавани раскинуты были палатки военного госпиталя.
Посетив госпиталь, Государь Император расспрашивал каждого больного. Одних утешал словами, другим раздавал деньги, а на иных надевал Георгиевские кресты. Один рядовой, раненый при переходе войск через Дунай, мая 27-го, осчастливленный участием к нему Государя Императора, вскричал с восторгом: «Царь! последняя капля моей крови — Твоя!»


Примечания

1. Впоследствии 3-и батальоны Московского и гренадерского полков были переименованы 2-ми, а 2-е, находившиеся в Грузии, 3-ми.
2. Состав эшелонов был следующий:
1 эшелон. 4я гвардейская пехотная бригада. Л.-гв. Саперный батальон. Л.-гв. Конно-пионерный батальон. Л.-гв. Казачий полк.
2 эшелон. 3я гвардейская пехотная бригада. Вся гвардейская артиллерия и л.-гв. конно-егерский полк.
3 эшелон. 2я гвардейская пехотная бригада и л.-гв. Гусарский полк.
4 эшелон. 1я гвардейская пехотная бригада и 1я бригада легкой гвардейской кавалерийской дивизии.
Командующими эшелонами были назначены: 1м генерал-адъютант Головин, 2м генерал-адъютант Мартынов, 3м генерал-майор Берхман, 4м генерал-адъютант Шеншин. Начальство над 1 и 2 эшелонами было поручено генерал-адъютанту Бистрому, а над 3 и 4 генерал-адъютанту Чичерину.
3. Приказ по корпусу от 14 августа 1828 года, №62.
4. План обложения Варны, №10.
 

 

Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru