: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Е.Б. Фукс

История генералиссимуса,
князя Италийского,
графа Суворова-Рымникского

Публикуется по изданию: История генералиссимуса, князя Италийского, графа Суворова-Рымникского. Сочинение Е. Фукса. М., 1811.
 

Часть 2.
(2)

[21]

По открытии кампании 1794 года, в которую французы на всех пунктах своих границ сражались с удивительным счастием, Италиянская и Альпийская их армии проникли в Пиемонтские горы; но вскоре отвлечены они были к другим странам.
В продолжении же сей кампании происходили сражения большею частью на Генуэзских берегах с переменными обоюдными успехами, и положение Италии, в отношении к Франции, оставалось одинаково, кроме того, что 19го февраля 1795го заключен между сею и великим Герцогом Тосканским мирный союз.
Но преобразование ее началось в 1796м году, когда Главнокомандующим французскою армиею явился в Италии Бонапарте. Он, миновав обыкновенные проходы и крепость Кони, прошел через непроходимые Аппенины и Маркизство Чеву. Тотчас первыми двумя ударами при Монтенотте и Милезимо расторгнул он сообщение между Австрийскими и Пиемонтскими войсками, напал всею своею силою на последних и занял все крепости и проходы, [22] ведущие к Турину, которого жители с нетерпением ожидали приближения французской армии. Тогда 28го Апреля заключено было с Королем Сардинским перемирие, а 15 мая и мир. Герцогство Савойское, Графство Нисса, Тенда и Болио, итого 232 географические мили и полмиллиона народа были от Италии отторгнуты и присоединены к французской Республике.

После сего обратился французский тогдашний Полководец на Австрийцев; перешел у Пиачензы реку По, а после победы у Лоди Адду, овладел Миланом и всею Ломбардиею. Тщетно старался Австрийский Генерал Болье удержать свой пост у Минчио. Быв тут разбит, удалился он с своими остатками в Тирольские горы. Герцоги Пармский и Моденский с великими пожертвованиями искупили себе мир. Между тем, как делались приготовления к осаде Мантуи, вступила французская колонна в Папские легации, Болонну и Феррару. Тогда Король Неаполитанский и Папа просили о перемирии, которое и получил первый без отяготительных условий; [23] но Папа должен был пожертвовать страшными суммами денег и драгоценными произведениями художеств. Также завладела французская армия легации Болонну и Феррару; и оттуда образовалось по реку По новое демократическое правление под именем Циспаданской республики. Теперь судьба сей Италии колебалась и долженствовало решить оную взятие Мантуи, которая поистине может назваться ключом Италии и достойна особенного обозрения. Сделав здесь историческое описание сему месту, мы в состоянии будем судить о важности сдачи оного Российско-Австрийским войскам в третьей части сего сочинения.

Мантуа, древний сей город, ныне столица Герцогства сего имени, присоединенный к наследственным владениям Австрийского Дома, выстроен на острове, окруженном озером, из Минчио изливающимся, которого окружность около 20 миль Италиянских, или 5 миль Немецких.
Крепость Мантуя, как по местоположению, так и по укреплениям своим соделалась важнейшею в Европе. Цитадель [24] ее выстроена в древности ее Герцогами; корпус ее был исправлен французами в наследственную войну; Австрийцы потом усовершенствовали оборонительные места по планам Генерала Вутгенау; французские инженеры также в прошедшее время починили и умножили начатые работы. — План, который помещен будет в конце сей Истории, пояснит лучше всякого описания все фортификации.
В 1702 году Принц Евгений держал Мантую около восьми месяцев в блокаде, но 1го августа должен был ее оставить, когда она получила подкрепление от французов.
В 1707, после баталии при Турине, войска французские и Испанские, по поводу генеральной капитуляции, заключенной 13 марта об освобождении всей Ломбардии, сдали ее Императорским. В 1735 Герцог Монтемарский осаждал Мантую, но соединенные Французские, Испанские и Сардинские войска, по последовавшему в том году перемирию, заставили его оставить. В 1796 Французский Генерал Бонапарте, прогнав Австрийцев до пределов [25] Тирольских, велел обложить Мантую, и коль скоро он мог из доставшейся ему от первых своих успехов артиллерии составить экипаж, хотел сделать внезапное нападение, посадив на суда 800 охотников, которые долженствовали с 17го на 18е июля в ночь ворваться в ворота; но сильный дождь ниспроверг сие покушение. Быв принужден начать правильную осаду, он в ночь 18 Июля напал на войска, расположенные вне крепости, и принудил их туда войти. В то время, когда огонь канонерских лодок занимал внимание гарнизона, велел он открыть траншею, поставил батарею и бомбардировал калеными ядрами. 1го августа Генерал Вурмсер, поворотив посты и корпусы обсервационные французов к Адижу, принудил их оставить осаду с такою поспешностью, что они бросили, тяжелую свою артиллерию и 6ольшую часть амуниции. 2го августа получила крепость подкрепление. Генерал Бонапарте пошел на Австрийские колонны, которые поворотили по озеру Гарды, и угрожали его тыл. Он напал на них [26] прежде, нежели они успели выстроиться, поставил их между двух огней, разбил их, и бросился потом на Генерала Вурмсера, который с 25000 человек занял крепкую позицию при Кастилионе; он атаковал его 5 августа, и в тот же день обложил опять Мантую.
Не имев достаточных сил, чтобы дать Бонапарту решительную баталию и принудить его оставить осаду, престарелый Генерал Вурмсер, после сражения при Серии, прошел линию французов с корпусом отборных, и вошел сам в Мантую 13 Сентября.
С 4 по 17 Ноября Австрийский Генерал Алвинци, получивший подкрепления, имел некоторые успехи; но, после потери баталии при Арколе, дивизии его расстроились, и он принужден был удалиться в горы и занять опять позицию при Але, у верхнего Адижа.
Австрийцы сделали последнее усилие для освобождения Мантуи в начале Генваря 1797 года. Соединенные их нападения у верхнего и нижнего Адижа не имели больших успехов, как и предшествующие. [27]
Бонапарте, отразив направленное на Верону, выиграл в главной позиции при Риволи решительную баталию, и хотя победа еще долго колебалась, он имел время обратиться к нижнему Адижу и окружить корпус Генерала Проверы в виду крепости Сент-Жоржа.
Гарнизон состоял из 14000, из которых 8000 было больных. В госпиталях не было лекарств, и около месяца рационы хлеба были уменьшены до четверти. Генерал Вурмсер просил капитуляцию, и сдал, 2го февраля 1797 года, крепость французскому Генералу Серрюрье.
До разрушения сей огромной крепости, какое поле открылось победам Бонапарте, и какой новой оборот приняли все дела Италии! Король Неаполитанский с поспешностью заключает мир. Папа жертвует пятнадцатью миллионами ливров. Провинция Романия присоединяется к Циспаданской Республике; вся Ломбардия, при переговорах в Леобене 18 апреля, признается Цизальпинскою. Венеция 12 Мая отрекается от аристократического республиканского правления. Генуя [28] в том же месяце прозвана Лигурийскою. Наконец 17 Октября заключен был в Кампоформио окончательной мирный союз. Австрия, в вознаграждение своих уступок, получила во владение Венецианскую Республику с ее окрестностями по Адриатическое море; прочие же венецианские области на твердой земле присоединены к Цизальпинской Республике, с которою составилась также и прежняя Циспаданская. 12 июня взят был французами и остров Мальта.
Таковые превратности жребия испытала Италия в течении двух лет. Одна древняя Республика была уничтожена, другая преобразована, третья совсем вновь установлена. Герцога Моденского уже не существовало. В Милане и Мантуе веял флаг Цизальпинский, в Венеции Австрийский. Король Сардинский потерял шестую, а Папа третью часть своих владений. Только еще Король Неаполитанский, великий Герцог Тосканский, Герцог Пармский и малые Республики Лукка и Сан-Марино, оставались в первобытном состоянии. [29]

Такие быстро являющиеся и исчезающие метеоры видели мы в Италии; и все сие было творение народа в революции! Но как описать его? кто изобразит хаос? Такой народ есть дышащий огнем и все, пожирающий вулкане; река, сокрушающая с яростью ледяные свои глыбы; храм, разрушающийся внезапно. — Мнение народное течет рекою; остановить сего течения не можно, а только направить.
На столь знаменитом театре, какова Италия, не одни военные действия обращают внимание; но и воспоминания о великих подвигах древности сливаются с современными. Здесь встречается и прелесть древнего баснословия и интерес Историй.
Сверх политического фанатизма, который обуял головы народа и соделывал его непобедимым, никогда не мог бы он достигнуть до таких чудесных, каждого наблюдателя изумляющих успехов, без помощи оружия. Итак особенною обязанностью почитаю обратить здесь все внимание на французское войско со времени революции, и показать, как перерождалось [30] и усовершенствовалось оно. Тогда увидим мы, с каким пародом, с каким войском сражался, какое войско поражал наш Вождь; мы увидим, как Гений в Турции, в Польше и на всяком поприще находит пособия в самом себе; и описание сие послужит паки к возвеличению его славы.
Поистине, армия французская есть одно из тех редких явлений времени, которые достойны возбудить и любопытство и размышление каждого. Казалось, что с уничтожением во Франции Королевства уничтожилась и дисциплина, душа военной службы, и все военное искусство. Одно появление Австрийских отрядов близь Монса и Турноа было достаточно к рассеянию колонн французских под начальством Бирона и Диллона. Но впоследствии какими великими успехами прославили себя французы в Германии, а паче в Италии, непрерывными, так сказать, поражениями Австрийцев, переходом через мост Лоди, походами 1796 году против Вурмсера, Алвинция, Проверы, победою при Арколе, сходом на равнины Немецкой земли, имея в боку Тирольские горы! Я уже говорил [31] в особенном сочинении (Смотри Письма о Прусских военных происшествиях в Вестнике Европы) о причинах такового перерождения войска; но здесь потщусь подробнее доказать, что улучшения их по всем частям военного состава споспешествовали весьма сим успехам.

После первых неудач восчувствовали французские Генералы необходимость избегать генеральных сражений с армиями дисциплинированными, и превратили большую войну в сражения малыми отрядами. Одержав уже многие успехи, решились они наконец на генеральные сражения. Первый был Дюмурье, который, нс удовольствовавшись войною малыми отрядами, пошел из Шампани на Австрийские Нидерланды, дал регулярную баталию при Монсе, и овладел ретраншементами при Емаппе. К сим наступательным мерам присоединялся и дух тогдашнего правительства. Повсюду провозглашаемо было, что революция должна обтечь весь мир. Таковая [32] исполинская мысль порождала и исполинские планы.
Нужно привести здесь правила, которыми в военных действиях руководствовалась Франция. В 1795 году Комитет благосостояния народного призвал из мрачного уединения Генерала, служившего в царствование Королевское и тогда удаленного, для истребования его совета о военной системе, какую должно было принять в тогдашних критических обстоятельствах. «Должно, сказал сей Генерал, умножить число сражающихся таким образом, чтобы быть всегда в готовности заменять уроны противопоставлением многочисленности силе искусства; к достижению сего средство самое простое, производить войну массою, то есть: на всех пунктах атаки ставить больше людей и артиллерии, предписать Генералам за долг священнейший, сражаться самим впереди солдат, чтобы служить в пример отважности и обязанности, и приучать их не смотреть на число неприятелей; а нападать с жаром, с примкнутыми штыками, не заниматься долго стрельбою [33] или маневрами: потому что войска французские ныне недостаточно обучены, даже не приготовлены. Сей образ сражаться, толико свойственный характеру, проворству и пылкости народа французского, должен необходимо удостоверить победу; поелику расстроит иностранные войска своею новостью».
Кто в наставлении сем не увидит мыслей и нашего Полководца? — Но обратимся к настоящему предмету. К счастью оружия французского, образование сей новой военной системы вверено было воинскому уму Карно, который новыми полезными образованиями по всем частям армии уготовлял в Париже победы на полях сражений. Он отверг все тактические подробности, употребительные дотоле в армиях: потому что их не знали, и не было времени им изучиться. Французской армии надлежало непрерывно обширными линиями переменять положение неприятеля, и не давать ему времени употреблять на месте подробности своих эволюций. Для сего потребна была большая подвижность; он отменил излишние обозы, [34] которые уже и во времена Кесаря назывались impedimenta, препятствия.
Помещая в политической сей картине обозрение тактическое по поводу принятого правила, что Тактика с Политикою сопряжена тесными узами, необходимо нужным почитаю я для большей связи разделить мои наблюдения на статьи, дабы показать во всей подробной совокупности всю силу французского оружия. Это был всегдашний предмет разговоров со мною незабвенного моего великого благодетеля. Мог ли 6ы он с такою благонадежностью нападать на своего неприятеля, если 6ы не знал всех стихий, из которых составлена новая военная его система?
Она восприяла начало свое в самой буре революции, и усовершенствовалась на войне посреди самих сражений. — Суворов, встречаясь с пленными французами, произносил всегда сии слова: Nation brave gouverneo par des impies! Народ храбрый; управляемый нечестивцами! Кому неизвестны отличительные черты характера французской нации в отношении к войне? они суть : энтузиазм, наклонность к воине наступательной [35] и великая отважность. Поддержание сих отличных свойств было целию нового образования, которое утверждалось постепенно опытами. Рассмотрим все части воинского состава французской армии, и во-первых,

Пехоту.

Сия была во время сей революционной войны весьма умножена. Окружность местная Республики, которая нередко атакована была на семи пунктах, востребовала умножения оной до 250000, если занять и половину своих крепостей; если же наполнить оною четыре армии, каждую 50000, то меньшее число инфантерии долженствовало состоять по крайней мере из 450000.
Сообразно с новою военною системою умножилась инфантерия, и потому 1е, что сей род службы весьма свойствен французской пылкости; 2е поелику многочисленные успехи, одержанные в частных нападениях на гористых местах, доказали ее пользу, и 3е поелику сила неприятельская в сих легких войсках востребовала противопоставлять оной равное такого же рода число. [36]
Инфантерия французская разделена 6ыла на пол-бригады, а каждая состояла из трех батальонов.
Таковое разделение имеет многие выгоды.
1. Она доставляет каждой пол-бригаде возможность делать частные маневры, и облегчает движения ее от центра правого и левого крыльев.
2. Таковое составление Весьма полезно во французской армии, в которой весьма употребительны центральные нападения, где часто центр образуется в колонну, следовательно подкрепляется флангами.
3. Сей образ эволюции учинил бы четвертый батальон бесполезным, по мнению всех славнейших Генералов.
Легкость и подвижность, которые дали ей новое обмундирование и отмена повозок, весьма много способствовали ее быстроте в походах. Обыкновенный марш, как прямой, так и косвенной, был 76 шагов в минуту: но сей шаг на войне не мог быть математически исчисляем; так шаг Суворова был ужасом неприятеля и орудием победы. Описание всех [37] успехов, которыми французы обязаны были быстроте своей пехоты, было 6ы здесь излишнее, когда История сей войны до вступления Российских войск сохранила столь много тому примеров.

Конница.

Состояла из так называемых Кавалерийских полков, из драгун, конных егерей и гусар.
Тяжелая французская Кавалерия не испытала важных перемен. Она осталась при прежнем своем образовании, кроме того, что в наборе лошадей одинакового росту не наблюдалась прежняя точность, затруднявшая столь много ремонты. Не можно однако же сему войску отдать ровной с пехотою справедливости, по свидетельствам и донесениям самих французских Генералов.
По собранным мною в Италии сведениям, состояла тяжелая Кавалерия из двух полков карабинерных и двадцати пяти кавалерийских; Кирасиры составляли 8ой кавалерийский полк, и из двадцати полков драгунских. Полков конно-егерских [38] было в начале войны двенадцать, но умножено в последствии времени до двадцати пяти. О сем войске можно сказать, что легкость их амуниции и проворные легкие их лошади давали им возможность атаковать в линиях, и Немецкая тяжелая кавалерия была нередко опрокидываема семи егерями; — гусарских полков было двенадцать. Теперь обращусь я на сию важнейшую отрасль военного искусства

Артиллерию.

Средства ее все наступательные; цель ее — разрушение, действие — изображение молнии. Она смертоносна посреди колонн, где целые ряды ею мгновенно истребляются; она предшествует штыку и уготовляет победу. Крепости ею обращаются в развалины. Не буду я говорить о ее усовершенствовании и улучшении со времени изобретения бомбы и рикошетного ядра. С распространением пределов Химии и математических познаний распространилась и артиллерийская наука. Взятие столь многих крЕпостей французами, столь [39] многие огненные, можно сказать, атаки с меткостью в пальбе, пребудут навеки памятниками их в воинских летописях. Может быть скажут, что никогда французы столь много артиллерии не теряли; напротив того, никогда они столь много артиллерии не брали; а в войне должно всегда наблюдать перевес в разрушении. Они же лучше оставляли свою пушку, чтобы вознаградить себя неприятельскими. Артиллерийский пехотный корпус состоит из восьми полков, от сей отрасли произросла и другая

Конная Артиллерия,

Сие произведение воинского ума Великого Фридриха в семилетнюю войну. Если скорость в войне есть главнейшее вспомогательное средство к одержанию победы, то что может лучше споспешествовать оной, как не конная артиллерия? Она ежемгновенно перелетает на лошадях от центра на крылья, и от одного крыла на другое. Какие выгоды доставляет она тем, что с каждого пункта можно ее заставлять действовать на неприятельские [40] колонны и на линии ее флангов и повсюду, так как легкое войско! Она достойна наименования летучей: Она вознесла силу и славу французского оружия на вышнюю степень. Если цель артиллерии ест всеразрушение; то предмет сохранения принадлежит

Корпусу Инженеров.

Французский Маршал де Вобан облагородствовал сию науку и, усовершенствовав ее своими талантами, возвысил уважение к сему оружию. Кормонтен, Бурсет, Филлей, д’Арсок и проч., последовавшие его стезям, распространили пределы ее. Мы видели услуги, которые оказывал сей корпус в продолжении французской войны. Крепости Лиль, Конде, ле Кесноа, Валансиен, Майнц, Кель с малым числом защитников, останавливали на долгое время войска столь многих Европейских Держав. Изданным 10го Июля 1791го года законом получил Инженерный департамент новое образование; к нему присоединены роты минеров и саперов. [41]
Обозрев вкратце сии отрасли воинского чиноначалия, нужно теперь обратиться к самим действиям французской армии, и во-первых, к

Боевому порядку.

Весь механизм боевого порядка, по мнению Тактиков, разделяется на параллельный и косвенный. Наименования совсем ныне несправедливые: первое, поелику параллельный порядок никогда не мог быть в истинном математическом смысле и у древних, когда у них были рукопашные бои; второе, в рассуждении косвенности, она остается и тогда, когда нападение учинено и перпендикулярно. Но новая тактическая французская система произвела порядок кривой (ordre courbe). Всегда стремились французы нападать на неприятеля с флангов и обходить своею многочисленною пехотою неприятельскую конницу во всех сражениях кругообразно, Происшествия при Емаппе, при Флерусе и маневры при Щарлероа и Мобеже; действия при Риволи и наконец последние сражения в Швейцарии постоянно доказали, что нападения [42] со сторон самые успешнейшие, и что центр, подкрепляя одержанные на флангах выгоды, дает кривым формам отличительные преимущества.
1е. Поелику они неприятеля, в рассуждении пункта атаки, на концы колонн оставляют в неизвестности.
2е. Поелику они его позицию как будто обвивают.
3е Поелику они доставляют возможность удобно сосредоточиваться, если фланги начнут коле6аться,так что армия делается тогда тетивою лука, которой она образовала.
Образ французов, нападать и прорываться, требует еще особенного размышления. Набор войска, формирование, организация, наставления и постепенное развертывание оного, все сливалось к тому, чтобы избрать систему сражения отрядами. Притом же система сия, по справедливому примечанию одного французского Тактика, весьма приличествует умоначертанию французского солдата и его живости: ибо кто бывал на воине, тот знает, что учащать сражения служит [43] к сокращению других трудностей, соединенных с оною; битвы служат как 6ы отрадою в рассуждении беспокойств, претерпеваемых от непогоды, изнурительных походов, пре6ывания в шалашах, недостатка в провианте, мучительного ожидания и единообразной скуки, окружающей человека в походе. Таким образом великие успехи, приобретенные армиею французскою, чаще происходили от непрестанного действия, нежели от самых сражений. Такова была война в Нидерландах, Германии, Савойе, Пиемонте, Ломбардии и целой Италии. Казалось, что правильное сражение никогда не было ее пружиною. Если же, в противность сей новой системе, настояла необходимая надобность в генеральном сражении, то должно заметить, что французы, слабые в маневрах на одном месте, употребляли два средства нападать и прорывать неприятеля. То и другое приличествовало войску превосходному в числе и было естественным следствием сего рода превосходства. Можно беспокоить армию, когда есть довольно людей для поддержания [44] фрунта в деятельности, когда в то же время обходят крылья неприятельского войска. На открытом поле принуждено оное будет делать вдруг фрунты в разные стороны лицом; а не быв в состоянии того делать, должно будет уступить превосходному числу, сколько 6ы ни было оно храбро и наилучшим образом обучено.
Находясь на месте укрепленном, принуждено оно будет оное оставить: потому то никакая позиция, естественная ли или искусственная, не может простираться до бесконечности. Войско, имеющее превосходство в числе, может беспокоить позиции крепкие, так как и корпус, состоящий из меньшего числа,
Можно также и прорывать: потому что, не давая отдыха неприятельскому фрунту, возможно направить усилие свое на один особенный пункт, признанный слабейшим; слабая линия всегда будет прорвана колонною густою и толстою, если сия ударит в нее стремительно. Прорвавшаяся колонна будет через то в состояния оную и окружить: ибо зайдет за прорванные [45] пункты войско отделившееся, сделавшееся крыльями. Оно нападет на своего неприятеля в тыл и во фланги, между тем как оный обороняется своим прежним фрунтом, обращенным вперед.
Сии маневры были всегда в употреблении у французских Генералов. Овладеть мостом, значило у них не иное что, как напасть на один пункт и оный прорвать. Артиллерия при Лоди и Арколе, бросавшая свои перуны на сии густые толпы людей, порывавшихся подобно волнам вперед, низлагала оные рядами, но не остановила. Промежутки были замещаемы новыми; и тот, кто продолжал их пополнять, решившись проникнуть, овладел мостом. Превосходное число соделывает сей маневр достоверно удачным; оно дает возможность действовать устроением баталии густыми против боевого порядка тонкого, колоннами против линии, французы чаще всего употребляли колонны для нападения: ибо присоединяют к выгоде силы превосходной пункты действующие те, кои избавляют их от точности маневров, потребных для атаки [46] прямою линиею и длинно растянутою: точность, которая за недостатком первоначального наставления в войске французском отвергнута (Примеч. Суворов в первой части на стран. 43 в 6м пункте говорит: «Операция с французами должна быть в прямой линии, а не параллельно». В письме своем ко мне, на стр. 31, «в Италии нужно было, чтоб гром гремел повсюду», а далее: «Я стремился поражать неприятеля баталиями совсем в противность его воинской системе». Так проникал наш Тактик в их маневры! — Так будут пред нами разверзаться кратко начертанные его идеи!
Как трудно хвалить Великого человека, не зная тайных пружин его действий и его соображений. Без сего похвальное ему Слово наполнится лишь звучными риторическими фигурами).
Пробежав образование тогдашней французской армии и ее эволюции, особенною обязанностью почел я остановиться теперь у такого оружия, которое прославило нашего Героя и войска его. Я буду говорить о штыке или о холодном ружье. Во французском войске было оно также в употреблении; но мнения о важности и неважности оружия сего были различны. Были примеры, что [47] пехота отражала сим оружием нападение конницы; известно также, что конница, невзирая на штыки, врывалась в пехоту; нередко пехота употреблением штыков побеждала другую пехоту, производившую огонь. Таковые события противоречащие не могли ничего решить.
Писатели французские утверждают, что система оружия огненного составляет сражения, производимые издалека; она исключает битву личную, в которой сражающиеся могут доставать друг друга своим ручным оружием. Посему-то употребление штыков в истинном понятии не есть пружиною войны нынешней. Посему-то оружие огненное, хорошо употребленное, всегда имело выгоду противу ручного оружия, с каким 6ы искусством оным ни действовали: поелику первое может уничтожить прежде, нежели последним можно будет действовать. Из двух войск равномерно храбрых и навычных в войне, из которых одно действует выстрелами ружейными, между тем как другое употребляет штыки и сабли, первое должно конечно иметь [48] поверхность. Таким-то образом Пруссаки при Хотузице, довольно зная употребление своих фузей, повалили целые шеренги баталионов Венгерских, бросившихся на них с саблями. Также почитается во французской армии штык, примкнутый к ружью, для действий неудобным: потому что длина его, уклонение от оси по прямой линии и самое устроение фузей препятствуют его ловкости. Между тем в уставе французском есть темп экзерциции, означенный командованием: Выставь штыки: Солдат приставляет приклад ружейный к правой лядвее, и поддерживая дуло левою рукою, устанавливает конец штыка наравне с поясом, или грудью человека.
В руках Российского воинства, под начальством Суворова, был штык всегда полезен и славен. Пуля дура; штык молодец. Но он знал, когда, и где его употреблять. Войско, в котором любят бой на штыках, бесспорно есть войско храброе и могущее решить сражение. Предпринятое намерение употребить средство чрезвычайное, и состоящее вне действия [49] оружия огненного, соделывает страшным того, который штык употребляет. Они берется за крайность и показывает себя противнику решившимся на все. Сей обыкновенно не ожидает приближения нападающего с таким отчаянием, а приходит в замешательство. Употребление штыка есть способ чрезвычайный и пребудет навсегда памятником отличительного характера Российского воина; преимущественное его пред всеми народами расположение твердости телесной и душевной и решимости доставляло ему всегда, при помощи сего оружия, верх над всяким неприятелем. Никогда не могло французское войско устоять, когда с криком Ура! появлялись Российские штыки: Пусть судят тактики о сем оружии, как им угодно. Здесь опыты. — Теория пишет на тонкой бумаге; практика же на мраморе, на меди. — Суворов умел дух войска и его тактику тесно соединить между собою; и оба они, опираясь на характере национальном, поддерживали и усовершенствовали себя взаимно. [50]
Не входя в дальнейшее раздробление воинского французского состава, заключу только, что первые элементы оного были: превосходное число сражающихся; простота в наставлении солдата; соображения топографические для планов военных кампаний; легкость, удобоподвижность армии; проворство в движениях, распространение линий действия; отважность в предприятиях, смелость в исполнении, наконец совершенное повиновение воле начальствующей.
При всех сих выгодах имела Франция несметное богатство, а по словам Фридриха войну начинать должно с живота. Прежде, нежели я приступлю к биографиям тех Генералов французских, которые сражались с Суворовым, необходимо нужным почитаю представить здесь обозрение контрибуций, взятых в нынешнюю войну французами с других Земель.

Мы сообщим здесь краткое исчисление великих контрибуций, взятых французами в течении войны. Большая часть сих показаний есть перечень из мирных трактатов, заключенных между разными Державами [51] и Франциею, так как они в самом Париже изданы в свет Профессором Кохом. Не менее достоверны другие части сих исчислений.
Показанные здесь суммы не могут еще сравниться с неизвестными. Если покуситься их исчислить, то должно считать тысячами миллионов, особливо, если принять, сколько занятым войсками Землям стоило содержание великих армий; и сколь великой цены для Республики отобрание всех национальною собственностью объявленных имений. Мысль теряется в сих счетах. Происходящие оттуда наставления не будут ли также потеряны для народов и Правительств? — Или лучше сказать, не слишком ли уже поздно они предлагаются? —

Пруссия. — Заключение мира 5 Апреля 1795 года. Доходы Герцогства Клевского, ежегодно полагаемые в 1 миллион 200,000 ливров; с 1794 года 3,600,000 ливров. Выдачи со взятия в 1794 году до миру в 1795; вырубка Княжеских лесов; контрибуции, особливо с мануфактурного города Кревелдта, секвестр имений духовных [52] и выходцев; церковные сосуды и драгоценности.

Голландия. — Заключение мира 16го Мая 1795. Контрибуции наличными деньгами, выплачиваемые в восемь лет, и предварительно французами выговоренные, 200,000,000, Содержание наемных войск три уже года 25,000 человек ежегодно по 14,000,000. Сумма 56,000,000. Поставки всякого рода, доходы и движимое имение наследного Штатгалтера; описанные пожитки в Голландии, принадлежащие Бельгийским и другим выходцам; наложенные для миру контрибуции.

Нидерланды и Епископство Литтихское, взятые в 1794 и присоединенные в 1795 году. Владетельные доходы и поместья в Брабанте, ценимые ежегодно в 20 миллионов, 4 года 80,000,000, Литтих, — Первая контрибуция, по завоевании 1794 года положенная в 75 миллионов, из которых заплачены только 44 миллиона. Участок в вынужденном займе 56,000,000. Доходы уничтоженных мещанских обществ; пожитки выходцев; серебряные сосуды и драгоценности церковные; продажа имений, объявленных национальными, [53] которых сумма должна быть чрезвычайна; вынужденные поставки и контрибуции всякого рода прежде присоединения.

Завоеванные земли от Эльзаса до Голландии, между Мозелем и Рейном. — Вынужденный заем 23,000,000. Больше десяти контрибуций наложено на сии земли; в нынешние минуты собирают старую контрибуцию 12,000,000. Новая 8,000,000. Доходы и поместья владельческие; церковные; их сосуды, вырубка лесов; содержание армий три уже года. Генерал Гош приказал, чтоб солдатам выдаваемы были съестные припасы; они выданы для 55000 человек, из которых состояла его армия; сей способ опять недавно возобновлен.

Германия. — Первая кампания 1795 года. Правый Рейнский берег от Дисселдорфа до Франкфурта насильственно принужден содержать армию. Герцогство Берген подпало больше, нежели 10ти контрибуциям.

Вторая кампания 1796 года. — Франкония. Перемирие 17го Июля 1796. — Наличными деньгами 10,000,000. Франкфурт один [54] от себя 2,000,000. Требование лошадьми, повозками, поставками и пр.

Виртемберг. — Заключение мира 7 Августа 1796 года. Наличностью 4000000. Мемпелгард, Герикурт, Пассавант уступлены; употребление и продажа княжеских доходов и поместьев.

Маркграфство Баден. — Заключение мира 22 Августа 1796. Наличными деньгами 2000000. Лошадей 1000, по трактату, каждую полагая в 400 ливров, 400,000. — Быков 500, каждой в 250 ливр. 125,000. — 25,000 центнеров ржи, по 13 ливров, 325,000. — 50,000 центнеров сена, по 3 ливра, 150,000. — 25,000 пар башмаков, по 5 ливров, 125,000.

Швабия, 10 Августа 1796. Наличностью 19,000,000. — Лошадей 8400, по 40 ливров, 336,000. — Быков 2000, по 250 ливров, 500,000. — 150,000 центнеров ржи, по 13 ливр. 1,950,000, — 100,000 — кулей овса, по 10 ливр. 1,000,000 — 150,000 центнеров сена по 3 ливра, 450000. — 100,000 пар башмаков, по 5 ливр, 500,000.

Бавария, 7 Сентября 1796. Наличностью 10,000,000. — Лошадей 3300, по 400 [55] ливр. 13,200,000. — 200000 центнеров ржи, по 13 ливр, 2,600,000. — 100,000 кулей овса, по 10 ливр. 1,000,000. — 200,000 центнеров сена, по 3 ливр. 600,000. — 100,000 пар башмаков, по 5 ливр. 500,000 — 10,000 пар сапог по 20 ливр. 200,000. — 30,000 аршин сукна для офицеров, по 25 ливр. 750,000.

Сардиния. — 15 Марта 1796. Уступка Герцогства Савои, Графства Ниццы, Тенды и проч. Военные и съестные запасы в крепостях, отданных французам, Королевские поместья и доходы, имения выходцев, духовенства; церковные сосуды; контрибуции и содержание армии до присоединения.. Занятая французам часть Пиемонта по мирному трактату подвержена сборам.

Модена — 12 Мая 1796. Наличностью 10,000,000. — Картин 20.

Папа. — .... 18 февраля 1797. Наличностью 30,000,000. — Картин и статуй 200; теперь вся Церковная область во французской власти.

Генуа. — Вынужденный заем. Наличностью 4,000,000. — Сборы и поставки для [56] войск, которые уже 18 месяцев занимают область Республики.

Тоскана. — Вынужденный заем. Наличностью 8,000,000.

Милан, Цизальпинская Республика. Первая на Милан наложенная контрибуция 1796 года 20,000,000. — Серебряные сосуды церковные; поборы, поставки, содержание армии через год, владельческие доходы и поместья 20,000,000. Цизальпиния с 1 Января 1797 года выдает ежемесячно по миллиону на армию, 12,000,000. — Она содержит корпус из 25000, которое содержание должно полагать в 10,000,000.

Парма — 8 Мая 1796. Наличностью 2,000,000. — 1700 всем потребным снабженных лошадей, по 600 ливр. 1,020,000. — 2000 быков, по 250 ливр., 500000. — 10,000 центнеров ржи, по 10 ливр., 100,000. — 5,000 центнеров овса, по 6 ливр., 30,000. — Картин 20.

Венеция. — Арсенал; флот; контрибуции до возмущения в апреле 1797; содержание армии, которая 15 месяцев стояла в Террафирме. [57]

Неаполь — Кавалерийские лошади, при мирном трактате числом 250 экипированные; говорено еще о сумме 8ми миллионов, назначенной тайною статьею.

Австрийские области, на которые было нашествие в марте 1797 года. Контрибуции были чрезмерны, особливо в Триесте; рудокопы в Индрии разграблены; сия провинция должна была прокормить армию при ее походе; в трактате Леобенском Император принял на себя провиант для возвращающейся армии 80,000 человек.

Гишпания. — Занятые во время войны провинции истощены от контрибуций: они содержали армию долее года : Сент-Доминго уступлен.

Занятые французами 1792 и 1793 года Нидерланды и Литтих обложены контрибуциями, которых сумма неизвестна, также поступлено с Маинцом и Франкфуртом, армия Кюстинова содержалась там до самого времени после осады Маинца; Франкония и все страны между Рейном и Мозелем почти совершенно изнурены поборами. Подобно сему и бывшая до сего вольная и счастливая Швейцария.


[58]

ОГЛАВЛЕНИЕ
известных денежных сумм и оценки.

Пруссия; по Герцогству Клевскому — 3,600,000 ливр.
Голландия: контрибуций 200 миллионов, договоренные по 6, процентов —120,000,000.
Жалованье и содержание 25 тысяч войск через 4 года по 14,000,000 — 56,000,000.
Нидерланды и Литтих — 192,000,000.
Земли между Рейном и Мозелем также между Мозелем и Маасом — 43,000,000
Франкония — 12,000,000
Виртемберг — 4,000,000
Маркграфство Баден — 3,225,000
Швабия — 27,500,000
Бавария — 16,990,000
Парма — 3,650,000
Модена — 10,000,000
Папа — 30,000,000
Генуа — 4,000,000
Тоскана — 8,000,000
Швейцария — 54,000,000
------------------
Сумма 700,010,000.

Итак, сии суммы составляют только 700 миллионов ливров; но только небольшой проведенный ручей из великого моря, как выше замечено. Об одной Бельгии сочтено, что французы в три года взяли 1095 миллионов гульденов. В мемориале Бельгийского Правительства к французскому Директорству целая сумма урона сей земли показана в 850 миллионов гульденов. Причем не помещена цена больше, нежели на полтора миллиона вырубленного лесу, и дополнение к старым и новым контрибуциям. Очевидная истина, как выше замечено, что сумма всего взятого французами в других землях может считаема быть не иначе, как тысячами миллионов и самые лучшие счетчики всей суммы не исчислят.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru