: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Орлов Н.А.

Штурм Измаила Суворовым в 1790 году.

Публикуется по изданию: Орлов Н.А. Штурм Измаила Суворовым в 1790 году. СПб, 1890.
 

II. Действия в 1790 г. на нижнем Дунае.

План Потемкина; характеристика низовьев Дуная; взятие Килии, устьев Сулины, Тульчи, Исакчи.

 

[15] Результат Верельского мира в отношении войны с Турциею был весьма важен: Екатерина нашла необходимым и возможным большею частью войск Потемкина, бывших в Подолии и Бессарабии, открыть решительные действия против турок, прежде чем покровительствовавшие им державы успели бы за них вступиться. Князь Потемкин получил повеление вести военные действия с большею деятельностью. В 1790 г. он проводил лето сначала в Яссах, а потом в Бендерах, утопая в невиданной роскоши. Князь Таврический походил не на военачальника на театре войны, а скорее на восточного властителя среди блистательного двора. Тут были знатные и богатые иностранцы, рассыпавшиеся перед ним в комплиментах, а про себя издевавшиеся над его сатрапскими замашками и капризным непостоянством. Тут были люди знатных и влиятельных фамилий, налетевшие из [16] столичных салонов за дешевыми лаврами; вокруг жужжал рой красавиц. Праздник следовал за праздником; одна затея пресыщенного человека сменялась другой, еще более чудною; поистине, то был folle journee, продолжавшийся недели и месяцы1. В сущности однако это была внешняя сторона образа жизни князя Потемкина; современники только на нее и обратили внимание, запечатлев эту картину в своих письмах и мемуарах. На самом деле у него кипела усиленная работа по весьма многим отраслям государственной деятельности, особенно по части дипломатической и военной. Замечание, что в это время он «ревностно упражнялся в науке страсти нежной»2, принадлежит людям не сумевшим рассмотреть в деятельности государственного человека ничего кроме этого.
Вследствие неблагоприятных политических отношений к Польше, Потемкин перенес свой базис (основание действий) на р. Днестр, и здесь проходили сообщения русской армии. В договоре о перемирии, заключенном 19 сентября 1790 г.3 между Австрией и Турцией, австрийцы обещали запретить доступ в занятые ими турецкие владения (Валахию) русским; так как р. Серет составляла раздельную черту между бывшими союзниками, то русские могли проникнуть за Дунай только в тесном пространстве между Галацом и морем, т. е. здесь должна была пройти операционная линия русских, если бы они ставили себе задачею проникнуть до Шумлы, Адрианополя или Константинополя.
Но Потемкин никогда не отличался такой смелой постановкой цели; в течение большинства своих кампаний он слишком много возился с крепостями. Так и теперь все его стремления заключались прежде всего в завладении нижним течением Дуная и лежащими на нем крепостями. [17] [18] [19] Правда, впоследствии он намекал на свое желание перенести военные действия за Дунай, но эти пожелания высказывались столь неопределенно, что вряд ли можно придавать им значение.
Река Дунай, обогнув своим течением всю Валахию, направляется от Галаца к востоку и верстах в 17 ниже Исакчи разделяется на два рукава: левый, Килийский, течет мимо Измаила и Килии в Черное море, а правый ниже Тульчи образует два других рукава, из которых левый, Сулинский, течет прямо в море, а правый, Георгиевский, дробится снова на два рукава. Таким образом, Дунай, ниже Исакчи, образует болотистую дельту, площадью около 40 кв. миль; на ней не было человеческих жилищ и только стада паслись в сухое время года. Судоходство производилось исключительно по Килийскому и Сулинскому рукавам, да и то их устья, во время ветров с Черного моря, заносились песком, не дозволявшим плавание больших судов. Оборонительная сила низовьев Дуная увеличивалась еще построенными здесь крепостями: Исакчей, Тульчей, Измаилом и Килией. Измаил был самым сильным пунктом; значение его увеличивала сосредоточенная в нем целая турецкая армия, так как турки перевели сюда часть сил из Рущука и Силистрии, положение которых обеспечивалось перемирием с Австрией.
Предположения Потемкина состояли в том, чтобы овладеть крепостями на нижнем Дунае при помощи сухопутных войск и гребной флотилии. По приказанию Потемкина, сильный корпус Репнина остался на Днестре, выше Бендер, для наблюдения за Польшей (вместе с тем он играл роль стратегического резерва для обеспечения базиса), а войска, занимавшие Бендеры, Паланку и Аккерман, выступили 11 сентября, 18-го числа сосредоточились к м. Татарбунары4 под начальством генерал-аншефа Меллер-Закомельского и [20] должны были взять Килию. Корпус генерал-поручика Павла. Потемкина собрался у с. Табаки (близ впадения р. Ялпух в озеро), чтобы демонстрировать против Измаила5. Корпус гр. Суворова назначался для взятия Галаца, а потом Браилова. Так как овладеть этими крепостями с одной сухопутной стороны было затруднительно, то гребной флотилии генерал-майора де Рибаса приказано выступить из Очаковского лимана, соединиться около устьев Днестра с 48 дубами верных черноморских казаков6, предводимых войсковым судьей полковником Головатым, и вступить в устье Дуная.
Эскадра адмирала Пустошкина должна была ограждать действия флотилии, препятствуя неприятельским судам заградить устья Дуная7.
4 октября Меллер-Закомельский подошел к Килии. ее укрепления состояли из крепкого замка, обнесенного окопами, и отдельного ретраншамента, прикрывавшего доступы с поля. Гарнизон около 5 т. человек. 6 октября гренадеры взяли штурмом ретраншамент, но, увлекшись преследованием бегущих, русские попали под картечный огонь замка и флотилии, стоявшей близ него на Дунае. Гренадеры в расстройстве отошли и ограничились занятием ретраншамента. Меллер-Закомельский, восстановляя порядок в отступавших войсках, получил смертельную рану. Начальство над корпусом принял хладнокровный ген.-поручик Гудович, и 18 октября неприятельский гарнизон сдался под условием свободного отступления за Дунай и ушел в Измаил. [21]
При защите Килии неприятельская флотилия (перед сдачею Килии она удалилась к Измаилу) оказала значительную помощь гарнизону, тем более что равноденственные бури задержали флотилию Рибаса. Отсутствие последней ясно показывало, что и другие незначительные дунайские крепости, имея при помощи своих судов сообщение между собою и поддерживаемые огнем с флотилии, окажут упорное сопротивление. Вот почему Рибасу следовало спешить войти в устья Дуная8.
Только 13 октября флотилия Рибаса9 могла выступить из очаковского лимана, а 18-го соединилась в устье Днестра с дубами Головатого. 48 казацких дубов и 12 лансонов под командой подполковника Достанича направлены в Килийский рукав к Гудовичу, а равно и для отвлечения внимания противника от Сулины; сам же Рибас 19 октября бросил якорь близ урочища Кишлау, в 7 верстах от устья Сулинского рукава, защищенного двумя батареями, расположенными на левом и на правом берегах, и 23 судами в самом рукаве. Сделав тщательную рекогносцировку, генерал-майор Рибас 20 октября успел высадить десант [22] из 600 гренадер, под командой брата своего подполковника де Рибаса. В 12 часов ночи на 21 октября подполковник Рибас атаковал батарею левого берега. Турки, дав один картечный залп, бежали, — гренадеры завладели батареей; на рассвете переправились на захваченных у противника лодках на правый берег и взяли другую батарею, с которой неприятель, не выждав атаки, отступил в камыши. К вечеру 21 октября ветер стих, — флотилия свободно вступила в Сулинский рукав. Головатый беспрепятственно вошел в Килийский рукав и 23-го октября стал под Килией10.
Теперь надлежало соединить обе части флотилии, и для того судам Рибаса пройти под выстрелами Тульчи, замка с крепкими стенами и башнями, обстреливавшего Сулинский рукав. Рибас двинулся к крепости Тульче, выслав вперед авангард, под командой капитана 1 ранга Ахматова. 6 ноября флотилия Ахматова приблизилась к городу; [23] 17 неприятельских судов встретили ее огнем, но Ахматов взорвал 2 турецких судна и погнал остальные. Среди турок распространилась паника, особенно, когда преследование не остановилось и ночью. Турки побросали свои суда, частью успели их зажечь и удалились в степь; за ними последовала находившаяся у Тульчи турецкая и татарская конница. На рассвете 7 ноября Тульча занята гренадерами подполковника Рибаса. Потерь у русских не было.
Генерал-майор Рибас немедленно отправил отряд судов в Килинский рукав к мысу Чатал (западная оконечность Сулинского острова), для пресечения сообщений Измаила с Исакчей. Таким образом сообщения Измаила по Дунаю были отрезаны: с запада флотилией Рибаса, а с востока флотилией Головатого11.
Взятие Тульчи повергло в ужас население кр. Исакчи; жители начали спасаться в Браилов; из 18 судов с беглецами 14 захвачено Суворовым у Галаца; суда были вооружены и поддерживали сообщение с Рибасом.
Для поиска против Исакчи отделена была часть флотилии под начальством подполковника Рибаса и капитан-лейтенанта Литке. Двигаясь против быстрого течения, они только 13 ноября достигли Исакчи, где неприятель встретил их огнем береговых батарей и флотилии, состоящей из одной саитии, кирлангича и 30 лансонов. Часть наших судов атаковала турецкие с фронта, а другая, обогнув остров, лежащий против крепости, зашла в тыл. Озадаченный неприятель бежал, покинув суда, береговые батареи и замок. 22 лансона были сожжены, остальные турецкие суда взяты в плен. У русских не было ни убитых, ни раненых.
Победитель занял Исакчу и захватил много пушек и магазины с огромным количеством боевых припасов и [24] других материалов, так как отсюда всегда снабжались турецкие армии, Измаил и другие крепости12.
Быстрый успех в овладении Сулинскими укреплениями, Тульчею и Исакчею вероятнее всего объяснить внезапностью появления флотилии генерал-майора де Рибаса, которую турки никак не ожидали, и дерзкою предприимчивостью этого военачальника.

 

Примечания

1 Смитт, стр. 320, А. Петрушевский «Генералисимус князь Суворов» Спб. 1884 г., т. I, стр. 371. Langeron, лист 93.
2 «Русский Архив» 1884 г., №2, стр. 274.
3 Размен договоров произошел 21 сентября в Журжеве.
4 14 баталионов, 42 эскадрона, 2 донских казачьих полка, 60 полевых и 18 осадных орудий. М. Богданович, «Походы Румянцева, Потемкина и Суворова в Турции», Спб. 1852 г., стр. 221.
5 Донесение Потемкина от 16 октября 1790 г. Дело Военно-Ученого Архива №891 лист 466.
6 Войско, сформированное Потемкиным из бывших запорожских казаков.
7 Петров, стр. 147 — 149. Смитт (стр. 320) уверяет, что план кампании был представлен Суворовым на запрос Потемкина в форме краткой записки: «гребной флот должен овладеть Дунайскими устьями, взять Тульчу и Исакчу, затем, в соединении с сухопутными войсками, покорить Измаил и Браилов и заставить трепетать Систово». В Систове в это время представители европейских держав вели переговоры с турками.
8 Петров, 148 — 150, Смитт, 322 и «Собрание всех помещенных в ведомостях обеих столиц, с 1787 по 1791 год включительно, реляций о военных действиях против неприятелей Российской империи», Москва, 1791 г., часть 9, стр. 115. Дело Военно-Ученого Архива №891 лист 459.
9 Де Рибас, Осип Михайлович (1750 - 1800), родился в Неаполе, куда переселился из Испании его дед. 1772 г. в Ливорно Осип Михайлович, оказал графу Алексею Григорьевичу Орлову услугу при арестовании Таракановой. Орлов рекомендовал Рибаса в Петербург, где он женился на воспитаннице Бецкого, принят на службу с чином майора, служил в кадетском корпусе и надзирал за воспитанием графа Бобринского, вследствие чего сделался известен и Екатерине II; затем сумел понравиться Потемкину, представив ему проект об улучшении флота; произведенный в генерал-майоры, выступил на боевое поприще в 1789 г. и участвовал при взятии Гаджибея. Способности Рибаса были крайне разносторонни: знал много языков, будучи сухопутным генералом, командовал флотилией и был потом вице-адмиралом и адмиралом, в сражении при Мачине командовал конницею, занимал административные должности, заявил себя и на дипломатическом поприще. Энергичный, отважный до дерзости, осторожный, хитрый (Суворов говорил про Кутузова: «его и Рибас не обманет»), безмерно честолюбивый, Рибас не принадлежал к числу людей со строгими правилами нравственности.
10 Донесение Потемкина от 21 ноября 1790 г. Дело Военно-Ученого Архива № 891, листы 460—462.
11 Донесение Потемкина от 24 ноября 1790 г. Дело Военно-Ученого Архива № 891, листы 462—164.
12 Донесение Потемкина от 30 ноября 1790 г. «Собрание» стр. 118. Историки (Петров, Богданович, Смитт) уверяют, что было захвачено множество продовольственных запасов; Смитт говорит, что их было бы «достаточно для снабжения русских войск в продолжение нескольких месяцев». Нам кажется это сомнительным, ибо как тогда объяснить недостаток продовольствия у русских войск, действовавших вслед за тем под Измаилом? В реляции глухо сказано, что взяты «магазейны провиантские и лавки со съестными всякого рода припасами и овощами». В делах Военно-Ученого Архива встречаются документы с весьма подробным исчислением добычи, но нет упоминания о громадных продовольственных запасах. В другой реляции говорится о взятии, без означения количества, «съестных и питейных припасов, вина ренского чрезвычайно много, пшеницы, масла, ячменю, разной бакалии довольно».



Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru