: Материалы  : Библиотека : Суворов : Кавалергарды :

Адъютант!

: Военнопленные 1812-15 : Сыск : Курьер : Форум

Орлов Н.А.

Штурм Праги Суворовым в 1794 году.

Публикуется по изданию: Орлов Н.А. Штурм Праги Суворовым в 1794 году. СПб., 1894.
 

Глава V. Лагерь при Кобылке и подготовка штурма Праги.

Необходимость штурма Праги. Новый польский главнокомандующий Томаш Вавржецкий. Устройство вражеского «ретраншамента» и его гарнизон. Состав армии Суворова. Расположение ее под Прагой 22 октября. Диспозиция к штурму 24 октября. Военный совет 18 октября. Приказ 23 октября. Дополнительная инструкция Ферзену.

 

Дерфельден присоединился 19 Октября. В том, что дело будет решено штурмом, никто не сомневался, ибо все знали Суворова. И в самом деле, это было наиболее подходящее решение в данной обстановке: 1) для правильной осады не было осадной артиллерии, 2) блокада потребовала бы много времени и кампания могла затянуться до будущего года; кроме того, [67] не было достаточно сил, чтобы обложить Варшаву со всех сторон, а при отсутствии этого условия блокада не имеет смысла; да и в русских войсках продовольствия хватило бы только до 1 Ноября; 3) с гибелью Праги неизбежно соединялась гибель Варшавы — очага и последнего оплота революции; 4) Суворов знал угнетенное состояние духа жителей и жажду их покончить, наконец, с военными тревогами, чтобы предаться мирным занятиям; надобно было торопиться воспользоваться благоприятными обстоятельствами — надо скорее штурмовать.
8-го Октября преемником Косцюшки поляки избрали генерала Томаша Вавржецкого. Он был человек честный, прямодушный, отличился во время военных действий в Литве, но на самом деле не обладал ни способностями, ни опытностью в военном искусстве, а главное у него не было всеми признанного авторитета Косцюшки. Прибыв 12 (23) Октября в Варшаву, он откровенно признался Высочайшему совету, управлявшему делами Польши, в своей неподготовленности и отказывался от звания главнокомандующего; но совет настоял на своем решении. Зайончек в своих мемуарах говорит: «Он был похож на жертву, которую тянут на заклание к алтарю». Ко всему этому надобно прибавить, что Вавржецкий, как цельный тип поляка, отличался легкомыслием: в то время, когда Суворов уже приближался к Праге, когда судьба Польши висела на волоске, главнокомандующий разъезжал по Варшаве в королевской карете, давал балы и обеды, 24 музыканта, по дедовскому обычаю, играли у него за столом1.
В разных местах края поляки имели еще до 40 т. организованных войск: отряды Макрановского и Гедройца оперировали в Литве против русских, Домбровский, Мадалинский и Иосиф Понятовский (племянник [68] короля) — в Великой Польше против пруссаков, Зайончек командовал войсками в Варшаве, Грабовский, Понинский и некоторые мелкие отряды находились в различных местах Польши к югу от Варшавы2. По совету Зайончека решено было теперь сосредоточить большую часть войск для защиты Варшавы вообще, а главное для обороны укреплений Праги. Сто лет назад Прага представляла из себя, конечно, не то, что теперь; это было местечко на правом берегу Вислы с деревянными домами, большинство которых имело вид лачуг. Висла в этом месте шириною около 200 саж.; Прага соединялась с Варшавой двумя мостами на судах3. Ниже города Варшавы на реке был остров, соединенный мостом лишь с левым берегом Вислы; батарея, поставленная на этом острове, могла обстреливать подступы к Праге с севера. Местечко было еще в прежние времена окружено валом, но не могло вместить большого числа защитников; поэтому, по проекту Косцюшки, [69] впереди прежнего предмостного укрепления вновь была возведена обширная непрерывная земляная ограда, в общем, в форме обращенного на северо-восток исходящего прямого угла, стороны которого упирались: северная (длиною 2 версты) в Вислу, а восточная (длиною 3 версты) в болотистый, непроходимый в брод ручей или проток Вислы, окружающий Прагу с южной стороны и текущий от Гоцлавек. Между старым валом и новыми укреплениями образовалось широкое поле в ½ версты, а местами до 1½ версты. Непрерывная ограда была устроена из 8 линий, которые пришлось преодолевать русским. Первая состояла из засек и волчьих ям (в три и более рядов), которых однако не было перед исходящим северо-восточным углом, от д. Торгувек до так называемой Песочной горы; на этой последней построили несколько отдельных батарей; за то в исходящем угле, за окопами, находился зверинец с крепкими постройками, приспособленными к обороне. Вторая линия — сплошной ров и земляной вал, приспособленный для пехоты, а отчасти для артиллерии. Вал шел не по прямой линии, но имел много входящих и исходящих углов для обстреливания фланговым огнем участков ограды. В северном и восточном фронте ограды имелось несколько обеспеченных выходов. Наконец, третья линия состояла из 43 отдельных батарей для стрельбы поверх вала; в исходящем угле было 2 крепких кавальера, из них один кирпичный. Орудий на вооружении 104. Верстах в трех к югу от Праги, у Гоцлавека были построены укрепления с целью замкнуть пространство между вышеупомянутым болотистым протоком Вислы и самою рекою. Несколько батарей, построенных на левом берегу Вислы, главным образом, для обстреливания с фланга доступов к укреплениям были задуманы очень хорошо: батареи у д. Секерки фланкировали укрепления крайнего правого фланга (у Гоцлавека), а батареи против [70] Праги обстреливали мосты и должны были защищать Варшаву в случае падения Праги; но все эти батареи вооружили орудиями несоответственных калибров, а потому огонь их оказался слаб. Укрепления Праги не успели докончить; профиль их (временная) была различная в разных местах: сильнее около исходящего угла у Песочной горы; слабее к флангам оборонительной линии. Очевидно самым сильным пунктом был исходящий угол с зверинцем (тактический ключ), но стратегическое значение принадлежало части восточного фронта, находившейся в наиболее коротком расстоянии от мостов через Вислу, и северному фронту, откуда атакующий свободно мог проникнуть также к этим важным мостам, составлявшим путь отступления поляков.
Для увеличения обстрела поляки сожгли несколько деревень (Таргувек, Брудно, Грохов) впереди укреплений4.
Гарнизон обширного пражского ретраншамента располагался лагерем между старым валом и вновь возведенными укреплениями; числительность его доходила до 80 т.5. Но Косцюшко, проектируя укрепления рассчитывал на большее число, именно, он предполагал защищать укрепления вооруженными жителями6 Варшавы (20 т.), регулярные же войска употребить в виде общего резерва для боя на обширном поле сзади укреплений. Вследствие упадка духа Варшавян (большинство хотело сдать город; разноголосица заключалась только в вопросе — кому: русским или пруссакам), они выставили для защиты валов только 2 т. чел., чем и разрушили расчеты Косцюшки. [71]
В числе гарнизона был пятисотенный полк, сформированный из евреев7.
Гарнизоном командовали: на левом крыле — Ясинский, на правом — Зайончек; впрочем командование не было строго разделено, и Зайончек считался как бы начальником всего ретраншамента; в укреплениях у Гоцлавека командовал подполковник Яблоновский.
Продовольственные запасы Варшавы были в достаточном количестве. Войскам выдавали ежедневно по фунту мяса и по полуфунту хлеба; лошади, правда, кормились соломою с крыш. Рогатого скота было в запасе несколько тысяч, да пять тысяч голов недавно убито на солонину. Хлеба оставалось недели на две, но к Кракову послан Гедройц за провиантом8.
Вавржецкий понимал недостатки Праги, думал даже совсем сжечь ее, ограничившись защитою берега Вислы, и укрепить Варшаву орудиями большего калибра; но высочайший совет был против этого, особенно Коллонтай, который имел влияние. «Невозможно оставить Прагу, говорил он, а за ним и другие, — она обороняет Варшаву; если Прагу возьмут, то городское строение в столице будет тотчас разметано. Нельзя покинуть и погубить пороховой и оружейный заводы. Защищать Прагу есть кому; кроме войска найдется двадцать тысяч жителей Варшавы, одушевленных патриотическим отчаянием, хорошо вооруженных; они будут стоять за нее храбро и твердо». Мнение Вавржецкого было отвергнуто. Решено защищать Прагу. [72]
Рассчитывали так: если Суворов явится к Варшаве, то принуждена будет осаждать Прагу; осада задержит его по крайней мере недели на две, а в это время начнутся дожди, непогода; русские не могут оставаться на зиму, у них не будет продовольствия, а потому они отойдут к Бугу; между тем политические обстоятельства могут измениться к лучшему для Польши9.
Однако Вавржецкий, кажется, все таки хотел отступить, но распоряжения об этом замедлились, а Суворов не дожидался и штурмовал.
Подготовка штурма производилась им уже давно, — еще в Бресте он собирал сведения об укреплениях Праги и теперь был основательно осведомлен обо всем.10 В лагере при Кобылке Суворов сделал некоторые (небольшие) изменения в организации своей армии, которая теперь состояла из корпуса Дерфельдена — 8500 чел. и 22 ор., стоявшего на правом фланге, корпуса генерал-поручика Павла Потемкина — 10500 ч. и 16 ор., располагавшегося в центре, и корпуса Ферзена — 11 т. и 48 ор.; всего до 30 т. (18 т. пехоты, 7 т. кавалер. и 5 т. казаков) и 86 ор.11. Силы противников были приблизительно равны, но конечно войска Суворова превосходили поляков в качественном отношении, зато русская армия состояла чуть не на половину из кавалерии, которая при штурмах менее пригодна, чем пехота.
Взятый Суворовым из Бреста провиант уже был [73] на исходе, подвозить оттуда запасы было трудно12, а потому продовольствие армии было устроено следующим образом: в Минске, т.е. в двух переходах от лагеря, устроен был провиантский магазин, в который собиралось зерно из окрестной местности, перемалывалось, и на полковых подъемных лошадях мука отправлялась в м. Окунев (в одном переходе от лагеря); здесь был расположен вагенбург; при нем мука перепекалась в хлеб, который доставлялся уже к войскам13.
18-го Октября большое число русских генералов и штаб-офицеров приехали из лагеря при Кобылке к Праге и под прикрытием значительного кавалерийского отряда произвели разведку крепости, ознакомились с окружающей местностью. Поляки открыли огонь, чем ясно обозначили свое расположение, но на вылазку не решились. В русском лагере в это время деятельно заготовлялись необходимые для штурма приспособления: лестницы, фашины, плетни и пр. Все приготовительные к штурму работы окончились 22-го Октября; в тот же вечер войска двинулись к Праге тремя колоннами и вступили в назначенные им под Прагой лагерные места с развернутыми знаменами, барабанным боем и музыкой. Неприятельские посты сбиты, русская сторожевая цепь заняла их места, и войска расположились вне пушечного выстрела от укреплений, причем заняли весьма растянутую позицию, до 15-ти верст, но поляки и не думали о чем-нибудь наступательном. Затем генералы вновь произвели разведку14 укреплений и местности, а Суворов [74] объехал и осмотрел лагерь: корпусы Дерфельдена и Потемкина стали против северного фронта крепости, а Ферзен против восточного. Около полуночи стали перед фронтом лагерей возводить батареи: Ферзен — №3 и №4 на 48 орудий в 300 саж. от укреплений, Потемкин — №2 на 16 ор. в 300 саж. от батарей Песочной горы, а Дерфельден — №1 на 22 ор. в расстоянии версты и даже более от северного фронта. Цель постройки батарей — отчасти подготовка штурма, а главное, чтобы дать повод неприятелю ожидать осады и думать, что дело откладывается в долгий ящик.
Утром 23-го октября к удивлению поляков, не заметивших работ русских, батареи открыли огонь; неприятельская артиллерия отвечала с живостью. Суворов лично со свитой произвел разведку Праги и назначил штурм в ту же ночь на 24-е октября. Диспозиция, отданная заблаговременно еще ранее 22-го октября, заключалась в следующем: армия разделена на семь колонн: 1 и 2 составлены из корпуса Дерфельдена, 3 и 4 — Потемкина, а 5, 6 и 7 — Ферзена15. Первые четыре [75] назначались для атаки северного фронта, остальные для восточного, Конница (г.-м. Шевич) была распределена по колоннам и в четыре отдельных резерва16. [76]
Впереди каждой колонны идут 128 стрелков для обеспечения действий 272 рабочих, следующих [77] сзади со штурмовыми принадлежностями, затем 30 человек с шанцевым инструментом, далее главная масса пехоты в дивизионных колоннах, а за нею частный резерв из пехоты, спешенной конницы и нескольких эскадронов конных. К 4½ часам утра войска должны были собраться и по трем ракетам идти на штурм. Ферзен (5 и 6 колонны) обязан несколько выждать и атаковать получасом позже, чтобы дать время Дерфельдену и Потемкину отвлечь силы гарнизона от более сильного и более важного восточного фронта. Каждой из колонн назначены следующие частные цели: 1-я (г.-м. Ласси) направлена с севера вдоль берега Вислы и отрезывает неприятеля от мостов; 4-я (г.-м. Буксгевдена) атакует Песочную гору и Зверинец; 5-я (г.-м. Тормасова) штурмует восточный фронт по кратчайшему направлению к мосту с востока; 2-я (полковника Лобанова), 3-я (г.-м. Исленева) и 6-я (г.-м. Рахманова) поддерживают перечисленные выше колонны и занимают вал предместья; 7-я (г. м. Денисова) выступает двумя часами раньше других, чтобы успеть сделать дальний обход, атаковать правый неприятельский фланг с юга, между Вислою и ее болотистым протоком и содействует первой колонне в отрезывании неприятеля от мостов. Заняв ретраншамент, колонны предоставляют своим частным резервам разработать проходы для конницы и артиллерии; затем резервы должны поддержать главные силы своих колонн. Артиллерии с конницею, как только будет устроен переход через главный вал, занять сперва этот вал и содействовать бою впереди Праги, далее с тем же искусством занять второй вал у самой Праги, а потом отыскать позиции на берегу реки для бомбардирования Варшавы. Одной части казаков подъезжать к валу близ зверинца и кричать «ура» для развлечения внимания обороняющегося в начале штурма, — остальным наблюдать за тылом и флангами армии. [78]

Приведем диспозицию Суворова в более точном виде так, как она напечатана в сочинении Фукса17.
1) Армия 22-го октября в 5-ть часов утра выступит в поход от Кобылки под Прагу, тремя колоннами, по трем разным дорогам, и расположится лагерем около Праги.
2) Правым крылом будет командовать генерал-лейтенант18 Дерфельден, центром генерал-лейтенант Потемкин, а левым генерал-лейтенант барон Ферзен.
3) С следующей ночи, как скоро армия расположит лагерь, пред каждым корпусом выставить батареи, из коих весь день палить в батареи неприятельские и причинять им сколько возможно более вреда. Цель сих батарей состоит в том, чтоб привесть в беспорядок неприятеля, заставя думать его, что хотят начать правильную осаду, и дать генералам, начальникам колонн и офицерам время и удобность, под защитою пушек, еще раз осмотреть пункты колонн и пункты атаки. [79]
4) В ночь с 23 на 24 начнут 7-ю колоннами; четыре колонны пойдут вправо, две в средину к леву и одна левым крылом к берегу Вислы.
5) Пред всякою колонною будут следовать 128 оружейных мастеров19 и 272 работника. Первые должны отнимать неприятельские аванпосты не стреляя, защищать работников, стрелять по неприятелям, настигая их на земляном валу, а самим между тем подвигаться вперед. Работники будут очищать дорогу от убитых20 и несть фашинник, решетки и лестницы; сверх сих работников, каждой баталион будет иметь еще по 30 работников, с ретраншаментными орудиями21.
6) Как скоро первая колонна правого крыла ударит штыком на неприятельские ретраншаменты; то пресечет сообщение и отступление к мосту.
7) Вторая и третья колонна, как скоро примется за работу и батареи;22 то выстроится на большом месте в порядке баталии.
8) Четвертая колонна, преодолев все препятствия и захватив двух конных ратников,23 немедленно овладеет Парком.
9) Три последние колонны сделают атаку получасом позже за тем, чтоб неприятелю, которой гораздо многочисленнее с правого крыла, дать время броситься с другой стороны и тем более увериться в успехе предприятия24. [80]
Седьмой колонне в особенности приказано маршировать к приступу прямо на остров маленькой речки, и если можно послать один отряд на лево к берегу Вислы, дабы первой колонне оказать помощь, в пресечении неприятелю побега на мост.
10) Как скоро колонна25 пробьется и придет в порядок; то прямо26 с саблею и штыком должны нападать на неприятеля и рубить.
11) Резервы каждой колонны, состоящей27 из двух баталионов и двух28 эскадронов, и те, кои идут за полковыми пушками, будут маршировать в линию во 150-ти шагах позади каждой колонны, тотчас станут в порядок на парапете первого отряда29 и, сколько возможно, с своими работниками уравняют дорогу для кавалерии.
12) Как скоро все колонны овладеют вторым ретраншаментом, то вступят в улицы Прагские и будут поражать штыками неприятеля, а не останавливаться на безделках, как равно и не входить в дома; потом резервы займут второй ретраншамент в том же порядке и с такою же целию30.
13) В то же время вся полевая артиллерия, состоящая из 86 пушек, займет внешний ретраншамент и будет поддерживаема третьею частию кавалерии, другие две трети будут стоять на обеих крыльях, наблюдая их расстояние31.
14) Казаки останутся на тех самых местах, которые будут им назначены позади колонны; те, кои будут находиться между четвертою и пятою [81] колонною, в начале приступа должны приближаться к ретраншаменту и кричать: ура! А те, кои будут держать пост на берегу Вислы, должны расположены быть так, чтоб составить круговую цепь.
15) Действовать с наибольшим стремлением и жаром против вооруженных, но щадить жителей обезоружных и тех, кои будут требовать пощады.
16) Как скоро все будет окончено, то искать места удобного для батарей, расположить там полевую артиллерию и немедленно со всею силою стрелять из пушек по городу Варшавы.

Из этой диспозиции можно отчасти вывести заключение о плане Суворова, причем надобно иметь в виду, что он вообще не любил высказывать своих планов, а кроме того не разделял резко частей демонстрирующих, производящих вспомогательные атаки от назначенных для главного удара, — у него все работали до полного напряжения сил. Следовательно мы только можем догадываться, что 4-я колонна (Буксгевдена), устремившись на сильную Песочную гору и зверинец и увязавшись здесь в упорный бой, долженствовала привлечь на себя внимание неприятеля (т. е. произвести демонстрацию) и отвлечь его силы от 5-й колонны (Тормасова), которая, начав атаку получасом позже, нанесла бы удар по кратчайшему направлению к самой чувствительной точке — мостам; такая же важная задача возлагалась и на 1-го колонну (Ласси); остальные производят атаки вспомогательные.
Замечательно время, назначенное для начала штурма, а именно за час до рассвета. Дабы сделать нападение внезапным и уменьшить потери от огня, Суворов задумал начать штурм ночью; но темнота собственно была нужна для первого удара, для овладения валом и полем за ним; затем уже невыгодно вести бой в темноте, среди лабиринта крепостных построек и городских улиц; управление войсками затрудняется в [82] высшей степени, объединить действия отдельных колонн невозможно. Вот почему Суворов хотел окончить бой днем.
Подготовка войск в нравственном отношении произведена Суворовым блистательно. Начальников он воодушевил во время военного совета 18-го Октября. Нижних чинов он наэлектризовал во время объезда лагеря 22-го Октября; причем конечно речь старого полководца глубоко запала в сердце солдата.
23-го Октября весь день продолжался артиллерийский огонь из вновь построенных батарей и доканчивались приготовления к штурму, а в 7 часов вечера в ротах прочитан нижеследующий приказ Суворова, который для вразумительности читали перед фронтом 3 раза.

«Его Сиятельство, граф Александр Васильевич Суворов приказал:
1. Взять штурмом Прагский ретраншамент. — И для того:
2. На месте полк устроится в колонну поротно. Охотники с своими начальниками станут впереди колонны; с ними рабочие. Они понесут плетни для закрытия волчьих ям пред вражеским укреплением, фашинник для закидки рва, и лестницы, чтобы лезть из рва чрез вал, Людям с шанцовым инструментом быть под началом особого офицера, и стать на правом фланге колонны. У рабочих ружья чрез плечо на погонном ремне. С нами егеря, Белорусцы и Лифляндцы; оне у них направо.
3. Когда пойдем, воинам идти в тишине, не говорить ни слова, не стрелять.
4. Подошед к укреплению, кинуться вперед быстро, по приказу кричать: Ура!
5. Подошли ко рву, — ни секунды не медля бросай в него фашинник, спускайся в него, и ставь к валу лестницы; охотники стреляй врага по головам. — Шибко, скоро, пара за парой лезь! — Коротка лестница? [83] штык в вал, — лезь по нем другой, третий. Товарищ товарища обороняй! Ставши на вал, опрокидывай штыком неприятеля — и мгновенно стройся за валом.
6. Стрельбой не заниматься; без нужды не стрелять; бить и гнать врага штыком; работать быстро, скоро, храбро, по-Русски! Держаться своих, в сере-диву; от начальников не отставать. — Везде фронт.
7. В дома не забегать; неприятеля, просящего пощады, щадить; безоружных не убивать; с бабами не воевать; малолетков не трогать.
8. Кого из нас убьют, — Царство Небесное, живым — слава! слава! слава!»32.

Кроме этого приказа, общего для всех, Суворов дал дополнительную инструкцию Ферзену, перед самым штурмом. В этой короткой записке указывается: при малейшем сопротивлении, атаковать и действовать наступательно, не давая опомниться, а если неприятель стоит спокойно на месте, то прежде всего окружить его конницей. Кричать ему: згода, пардон, отруць бронь (бросай оружие); кто послушается, так отделять, давать им свободу и снабжать паспортами; кто вздумает обороняться, тех бить как сказано. Операцию вести быстро, действовать холодным оружием, принуждать к сдаче и не отдыхать до тех пор, пока все не будут забраны; о ходе дела доносить записками чрез каждые 3 часа33. [84]
Ночь спустилась тихая, но томная и мглистая; было холодно и сыро. В ротах запылали костры; солдаты надевали чистое белье, осматривали оружие, молились пред ротными и полковыми образами, поставленными у огней. Во втором часу ночи пошла на назначенное место 7 колонна; в 3 часа двинулись остальные. Шли в гробовой тишине, которая не прерывалась и по прибытии колонн на места. Тут стали слышны оклики неприятельских часовых, да доносился неопределенный гул из польского лагеря. Колонны стояли и ждали ракеты, она взвилась до рассвета, в 5 часов. Четыре первые колонны двинулись на приступ, соблюдая по возможности тишину, но ускоряя шаг34.

 

 

Примечания

 

1 Костомаров, стр. 827 — 835.
2 То же, стр. 828. Петрушевский, т. II, стр. 107.
3 Некоторые историки говорят об одном мосте. На прилагаемом плане, снятом с подлинного, хранящегося за № 1271 (а) в Военно-Ученом Архиве Главного Штаба в Петербурге, показано два сплошных моста через Вислу. Весьма трудно окончательно решить, существовали ли действительно оба моста и были ли они исправны, так как в имеющихся у нас источниках говорится об этом разно, но большею частью в пользу того, что было два моста.
Так известный историк Фридрих Смит («Сын Отечества — и Северный Архив» том XVIII, СПБ. 1831 г., стр. 39) говорит: «Посредством длинного моста сообщалась она (Варшава) с предместием Прагою. Кроме сего моста был сделан еще другой, ниже города, на судах против казарм». Далее на стр. 44 опять «оба моста». У Костомарова на стр. 843 сказано: «Нельзя предполагать, чтоб жители Праги оставались в предместье, когда существовало два моста в Варшаву».
У Петрушевского (Т. II, стр. 110) говорится одинаково со Смитом. У Масловского хотя на стр. 482 приведены данные относительно одного поста, но на стр. 486 сказано: «позади валов был уже свободный проход к мостам по берегу Вислы;» при этом следует заметить, что здесь не может быть речи о неполном мосте, соединявшем только остров ниже города с левым берегом, ибо этот последний мост не был «позади валов», а совершенно вне пражских укреплений. У того же автора на стр. 488 есть слова: «до главного пункта — мостов» и на стр. 489 — «он прибыл к мостам». Однако нельзя с полным убеждением утверждать, что было именно два моста, ибо на других планах Военно-Ученого архива за №1270(а) и 1270(б) показан одни только мост. Быть может один из мостов был ко времени штурма испорчен.
4 Смит в «Сыне Отечества» за 1831 г , стр. 39 — 40; Петрушевский, т. II, стр. 110-111; Масловский, ст. 482 — 483.
5 Цифра эта, хотя приведена в донесениях Суворова и показана в различных печатных источниках, сомнительна — вероятно, было меньше. Смит (Сын Отечества 1831 г., стр. 41) считает не менее 26 т.
6 Известно, что милиции, слабые, в поле, хорошо дерутся за укреплениями, особенно, при защите родного очага.
7 Смит в «Сыне Отечества» за 1831 г., стр. 41; Петрушевский, т. II, стр. 116; Московский Арх. Гл. Штаба, опись 196, связка 8, показания мещанина Куксевича; «сформирован жидовский полк 500, командир коего жид же»
8 Петрушевский, т. II, стр. 103. В Москов. Арх. Гл. Штаба, опись 196, связка 8, в сообщении Деболи находим следующие сведения, касающиеся продовольствия Варшавы: «В начале нашли в Варшаве несколько магазейнов принадлежащих Российским войскам, потом австрийские транспорты с мукою назначенные к армиям на Рейне прибыли к стате и послужили снабжением. Отнято у австрийцев более 10 т. центнеров муки и 20 суден овсом нагруженных. Без такового припаса Варшава, не взирая на то, что была открыта со стороны Праги притерпела бы голод».
9 Костомаров, стр. 830.
10 Моск. Арх. Гл. Штаба, опись 196, связка 8, показание разных выходцев из Варшавы; см. примеч. на стр. 54.
11 Цифры эти взяты у Масловского стр. 481 — 482, но число орудий изменено по другим источникам (Петрушевский, стр. 100; объяснение к плану штурма Праги; Смит в «Сыне отечества» за 1831 г. стр. 44 и в реляциях). У Смита число войск Суворова показано в 24055 ч., причем в виде объяснения в этому малому числу добавлено, что «сделав весьма деятельную кампанию, баталионы едва имели от 350 до 380 человек, а эскадроны от 75-85 чел., ибо кавалерия наиболее действовала и пострадала». («Сын Отечества» за 1831 г., стр. 54 и 55).
12 Дивов, оставленный в Бресте, прямо жалуется в рапорте от 23-го Октября (Москов. Арх. Гл. Шт., опись 196, связка 5, №60), что у него нет ни мешков для насыпки сухарей, ни подвод для отправки, так как Суворов все забрал с собою.
13 Моск. Арх. Гл. Штаба, опись 196, связка 5, №66.
14 При рекогносцировке указывали путь: исправляющий должность генерал-квартирмейстера подполковник Ивашев и инженерный квартирмейстер майор Глухов.
15 Приводим здесь состав колонн:
1-я колонна генерал-майора Ласси 3-й баталион Лифляндского егерского корпуса, три баталиона Фанагорийского гренадерского полка; в резерве колонны: Тульский мушкетерский полк (два баталиона) и три эскадрона Киевского конно-егерского полка; всего 6 баталионов и 3 эскадрона.
2-я колонна полковника князя Лобанова-Ростовского: 2-й баталион Белорусского егерского корпуса, Апшеронский мушкетерский полк (два баталиона), баталион Низовского мушкетерского полка; в резерве колонны: другой баталион Низовского полка и три спешенных эскадрона Кинбурнского драгунского полка; всею 5 баталионов и 3 спешенных эскадрона.
3-я колонна генерал-майора Исленьева: 2-й баталион Лифляндского егерского корпуса, Херсонский гренадерский полк (четыре баталиона); в резерве колонны: баталион Смоленского мушкетерского полка, пять спешенных эскадронов Смоленского драгунского полка и три эскадрона Переяславского конно-егерского полка; всего 6 баталионов, 5 спешенных эскадронов и еще 3 эскадрона.
4-я колонна генерал-майора Буксгевдена: 3-й баталион Белорусского егерского корпуса, 4 баталион Лифляндского егерского корпуса, Азовский мушкетерский полк (два баталиона); в резерве колонны: Ряжский мушкетерский полк (два баталиона), пять спешенных эскадронов Смоленского драгунского полка и три эскадрона Ольвиопольского гусарского полка; всего 6 баталионов, 5 спешенных эскадронов и еще 8 эскадрона.
5-я колонна генерал-майора Тормасова: 1-й баталион Екатеринославского егерского корпуса, Курский мушкетерский полк (два баталиона), гренадерский сводный баталион; в резерве колонны: другой гренадерский сводный баталион, баталион Новгородского мушкетерского полка и три эскадрона Елисаветградского конно-егерского полка; всего 8 баталионов и три эскадрона.
6-я колонна генерал-майора Рахманова: 2-й баталион Екатеринославского егерского корпуса, три баталиона Сибирского гренадерского полка; в резерве колонны: Днепровский мушкетерский полк (два баталиона) и три эскадрона Воронежского гусарского полка; всего 6 баталионов и 3 эскадрона.
7-я колонна генерал-майора Денисова: 3-й и 4-й баталионы Екатеринославского егерского корпуса, Козловский мушкетерский полк (два баталиона); в резерве колонны: Углицкий мушкетерский полк (два баталиона), три эскадрона Елисаветградского конно-егерского полка и 200 черноморских казаков: всего 6 баталионов, 3 эскадрона и 200 казаков.
16 Для более подробного ознакомления с распределением войск Суворова приводим: «Порядок приступа» из сочинения Смита (Сын Отечества, 1831 г., стр. 50-54).
Порядок приступа.
Правый фланг. Генерал-Лейтенант Дерфельден, 11 баталионов и 6 эскадронов — 4.600 человек.
1-я колонна. Генерал-Майор Ласси, 6 бат. и 3 эскадр.
1 бат. Лифляндских егерей.
3 бат. Фанагорийских гренадеров — в резерве
2 бат. Тульского мушкетерского — в резерве
3 эскадр. Киевского конно-егерского полка — в резерве
2-я колонна. Полковник Князь Лобанов Ростовский; 5 бат. и 3 эскадр.
1 бат. Белорусских егерей
2 бат. Апшеронского полка
1 бат. Низовского полка
1 бат. Низовского полка — в резерве
3 эскадр. спешенных Кинбурнского полка — в резерве
Центр. Генерал-Лейтенант П. Потемкин; 12 баталионов и 16 эскадронов — 5.800 человек.
3-я колонна. Генерал-Майор Исленьев; 6 бат. и 8 эскадр.
1 бат. Лифляндских егерей
4 бат. Херсонск. гренадеров.
1 бат. Смоленск. Мушкетерского — в резерве
5 эскадр. спешенных Смолевск. драгунск. — в резерве
3 эскадр. Переяславского конно-егерского полка. — в резерве
4-я колонна. Генерал-Майор Буксгевден; 6 бат. и 8 эскадр.
1 бат. Белорусских егерей
2 бат. Лифляндских егерей
2 бат. Азовского мушкетерского
2 бат. Ряжского мушкетерского — в резерве
5 эскадр. спеш. Смоленск. драгунского полка — в резерве
3 эскадр. Ольвиопольского гусарского полка — в резерве
Левый фланг. Генерал-Лейтенант Барон Ферзен; 18 баталионов и 9 эскадронов — 7.000 человек.
5-я колонна. Генерал-Майор Тормасов; 6 бат. и 3 эскадр.
1 бат. Екатеринославских егерей
2 бат. Курского мушкетерского
1 бат. сводных гренадеров
1 бат. сводных гренадеров — в резерве
Новгородск. мушкетерского — в резерве
3 эскадр. Елисаветградского конно-егерского полка — в резерве
6-я колонна. Генерал-Майор Рахманов; 6 бат. и 3 эскадр.
1 бат. Екатеринославск. Егерей
3 бат. Сибирского гренадерского
2 бат. Днепровского мушкетерского — в резерве
3 эск. Воронежского гусарского полка — в резерве
7-я колонна. Генерал-Майор Денисов, 6 бат. и 3 эскадр.; 200 Черноморских казаков.
2 бат. Екатеринославских егерей
2 бат. Козловского мушкетерского
2 бат. Углицкого мушкетерского — в резерве
3 эск. Елисаветградск. конно-егерского полка — в резерве
Общий резерв. Генерал-Майор Шевич, 50 эскадронов — 4.000 человек.
На правом фланге. Бригадир Поливанов. 12 эскадронов: 2 Киевского конно-егерского, 2 Северского карабинерного, 2 Софийского карабинерного и 6 Мариупольского гусарского полков.
Между 4-ю м 5-ю колоннами. Бригадир Шталь. 12 эскадронов: 7 Переяславского конно-егерского и 5 легко-конного Александрийского полков.
Справа 5-й колонны. Бригадир Боровской. 13 эскадронов: 5 Черниговского карабинерного, 5 Глуховского карабинерного и 3 Ольвиопольского гусарского полков.
Между 6-ю и 7-ю колоннами. Бригадир Сабуров. 13 эскадронов: 4 Елисаветградского конно-егерского, 6 легко-конного Ахтырского и 3 Воронежского гусарского полков.
Артиллерия — 86 пушек.
Казаков — 2.655 человек: справа на берегу Вислы Подполковник Родионов, с 350 чел., слева 4-й колонны Подполковник Греков с 630; между 4-й и 5-й колоннами Подполковник Бузин с 750; на левом фланге Подполковник Андреян Денисов с 500; на берегу Вислы Подполковник Василий Денисов с 425 чел.
Общее обозрение.
Корпус Генерала Дерфельдена, 11 бат. и 6 эскадр. — 4.600 чел.
Корпус Генерала Потемкина 12 бат. и 16 эскадр. — 5.800 чел.
Корпус Генерала Ферзена 18 бат. и 9 эскадр. — 7.000 чел.
Резерв под командою Шевича 50 эскадр. — 4.000 чел.
Казаков — 2.655 чел.
Итого 41 бат. 81 эскадр. — 24.055 чел.
17 Ни в одном сочинении мы не встретили диспозиции к штурму Праги, напечатанной с подлинника. Д. Ф. Масловский на стр. 101 примечаний, в примечании 106, заявляет: «Донесения Дерфельдена и Ферзена Репнину не оставляют сомнения, что диспозиция, напечатанная Мухановым, есть действительно Суворова. Никаких частных недоразумений во сличении рукописных донесений с печатным текстом — нет». Действительно, в сочинении Муханова: «Штурм Праги 24 Октября 1794 г.» Москва, 1833 г., напечатана диспозиция; но там же сказано, что она перепечатана из сочинения. Фукса: «История генералиссимуса, князя италийского, графа Суворова-Рымникского», Москва, 1811 г., стр. 115-121. По поводу этой диспозиции Старков ( «Рассказы Старого воина» стр. 46) говорит:
«Диспозиция эта, сколько могу припомнить, не полна, не верна. Есть в ней много похожего на подлинную, но есть и не то, не Суворовское.» Недоумения «Старого воина» будут совершенно понятны, если принять во внимание, что диспозиция, напечатанная у Фукса и перепечатанная Мухановым, представляет плохой перевод диспозиции приведенной на немецком языке в цитированном уже нами сочинении Антинга: «Versuch einer Kriegs Geschichte des grаfen Аlexаnder Suworow», Gothа, 1795-1799, часть III. стр. 91 — 95. Интересно было бы найти подлинную диспозицию Суворова. За неимением ее приходится довольствоваться Антингом и Фуксом.
18 Неправильность перевода. Надо — генерал-поручик.
19 Надо — стрелков, ибо у немецкого автора Schiitzen.
20 Надо — от засек (Аbbаtis).
21 С шанцевым инструментом.
22 Как только достигнут до крепостных верков и захватят батареи, должны пробиться.
23 Два кавальера.
24 Этот пункт лучше перевести так: чтобы дать время неприятелю, который, по последним известиям, многочислен в этом месте, перейти на другую сторону и тогда с большей уверенностью можно достигнуть цели.
25 Все колонны.
26 Без потери времени.
27 Состоящие.
28 Трех.
29 Ретраншамента
30 Nаch der namlichen Аrt, аls vorgesаgt.
31 В некотором расстоянии.
32 Рассказы старого воина, стр. 45 — 46.
33 Петрушевский, т. II, стр. 109-110. Несомненно, что в тот же вечер солдатам протвердили из Суворовского катехизиса все относящееся до штурма укреплений (Глинка «Жизнь Суворова», Москва, 1819 г., часть вторая, стр. 92 — 93).
«Ломи чрез засек, — бросай плетни чрез волчьи ямы, — быстро беги! — прыгай чрез палисады, бросай фашины, спускайся в ров, ставь лестницы! — стрелки очищай колонны! — стреляй по головам! — колонны лети чрез стены на вал, скалывай, — на валу вытягивай линию! — Караул по пороховым погребам! — отворяй вороты коннице! — Неприятель бежит в город! — Его пушки обороти по нем, — Стреляй сильно в улицы, бомбардируй живо! — недосуг за этим ходить! — приказ! — спускайся в город, режь неприятеля на улицах! — конница руби! — в домы не ходи, — бей на площадях, — штурмуй, где неприятель засел, — занимай площадь, — ставь гауптвахт, — расставляй в миг пикеты к воротам, погребам, магазинам! — неприятель сдался! — пощада! стена занята! — на добычь!».
34 Рассказы старого воина, стр. 44 — 50. Петрушевский, т. II, стр. 113.

 


Назад

Вперед!
В начало раздела




© 2003-2019 Адъютант! При использовании представленных здесь материалов ссылка на источник обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru